Чтение онлайн

После капитуляции Флорентийской республики в 1530 году папа Климент VII и император Карл V заключили соглашение в Барселоне, согласно которому 20-летний Алессандро Медичи назначался пока что официальным главой республики и пожизненным гонфалоньером при поддержке императора и его испанских наемников. При этом дочь императора, Маргарита Австрийская, предназначалась в супруги Алессандро, но Маргарите тогда было восемь лет. Бракосочетание пришлось отложить до весны 1536 года, когда ей должно было исполниться 14 лет. Как только флорентийцы узнали, что Климент VII выбрал главой республики Алессандро, они возненавидели понтифика. Если бы им дали выбор – они бы предпочли Ипполито, сына Джулиано Медичи, который унаследовал все лучшие черты характера своего отца. Они считали, что Ипполито гораздо лучше справился бы с ролью гонфалоньера республики, чем избалованный и эгоистичный Алессандро. Жители Флоренции еще не знали, что их ждет впереди.

Республиканская форма правления во Флоренции не устраивала Климента VII: слишком ненадежно, народ может снова поднять восстание и изгнать Медичи, как уже было три раза. Папа долго убеждал в этом императора. Наконец, в мае 1532 года он добился от Карла V для своего «сына» герцогского титула, передаваемого по наследству. С тех пор Синьория во Флоренции была официально упразднена, республика превратилась в герцогство, а Алессандро Медичи стал первым герцогом Флорентийским. Это не было неожиданностью для горожан, они прекрасно знали, что что-то подобное должно произойти. Вот только не знали, кто будет герцогом и надеялись, что император Карл V выберет Ипполито. Их надежды не оправдались.

Несмотря на сильное возмущение народа, вооруженных бунтов не было. Какой смысл, если на стороне «Мавра» сам император со своей армией в союзе с папой Климентом VII. К тому же 10 месяцев осады и голода умерили пыл флорентийцев: более 10 000 жителей города погибло, многие дома вокруг Флоренции были разрушены, а хозяйства в округе полностью разорены. Поля не были засеяны, урожай не собран, голод продолжался. Кроме того, приходилось оплачивать пребывание испанских солдат, готовых пресечь любую попытку восстания. Это сильно опустошало городскую казну, в которой и так было мало денег. Пришлось повышать налоги, что еще больше ударило по карману населения. Среднего класса больше не было, был только большой контраст между очень богатыми и очень бедными. Богатые строили грандиозные палаццо и виллы за городом, устраивали роскошные банкеты, одевались в элегантные платья по последней моде из самых дорогих тканей, покупали огромное количество драгоценностей и обильно использовали духи, потому что очень редко мылись. Бедняки ютились в маленьких лачугах и еле-еле сводили концы с концами, количество нищих на улицах города значительно увеличилось.

Алессандро был необразованным, грубым и неотесанным человеком, но в то же время щедрым правителем. Он поселился в палаццо Медичи и регулярно принимал просителей. Сам сын рабыни, он прекрасно понимал, что такое нищета. Поэтому сочувствовал бедным и обездоленным и никому не отказывал в материальной помощи, хоть что-то в нем было хорошее.

Но со своими министрами он вел себя достаточно жестко и деспотично: за годы его правления слетело с плеч немало голов. Около 1000 человек было казнено, брошено в тюрьмы или отравлено, множество семей отправилось в изгнание. Он упразднил все республиканские учреждения, при нем флорентийские институты сохраняли лишь подобие демократии. Был учрежден символический совет Двухсот, состоящий из двухсот человек. Для членов совета построили отдельный зал в палаццо Веккио, он так и называется: зал Двухсот, но сейчас этот зал закрыт для посещения туристами. Еще был учрежден символический сенат, состоящий из сорока восьми членов, назначенных с 1532 года. Алессандро навязывал свои методы правления: его законы и указы было строго запрещено обсуждать, все должны были беспрекословно подчиняться его приказам. Тем, кто пытался с ним спорить, грозило разорение – Алессандро восстановил старые, мафиозные приемы своего предка Козимо Старшего Медичи. К неугодным ему людям приходили представители налоговой инспекции и проводили дотошное расследование финансовой деятельности. Часто документы подделывали и выставляли такой громадный счет, что человек становился банкротом. Самых непослушных бросали в тюрьму или приговаривали к смертной казни по какой-нибудь выдуманной причине. Документы подделывали – и непокорных обвиняли в заговорах или убийстве какого-нибудь подчиненного герцога. При этом невинного убивали наемные убийцы.

Затем «Мавр» приказал изъять все оружие, принадлежавшее частным лицам. Он окружил себя личной охраной, состоящей из ландскнехтов – наемных солдат из низшего сословия, вооруженных алебардами. Появление герцога на улице в окружении вооруженных воинов вызывало ужас и страх у простых горожан. Алессандро приказал разрушить старинный монастырь за пределами городских стен на севере города и построить на его месте Нижнюю крепость, по-итальянски она называется Фортецца да Бассо. Она построена в форме пятиугольника с широкими стенами и пятью бастионами. Камни, которыми облицованы бастионы, были обтесаны по-разному и чередовались: одни были в форме шара, а другие – в форме бриллианта конической огранки. Таким образом, для облицовки бастионов были использованы оба символа Медичи – шары и бриллиант.

Со стен крепости открывается вид на весь центр Флоренции, и прекрасно видно, чем занимаются ее жители. Там и расположились испанские солдаты с артиллерией и пушками. Только эти пушки были направлены не наружу, в сторону предполагаемых внешних врагов, а на город, в сторону внутренних врагов. В случае восстания можно было легко подавить бунт, а сам Алессандро мог укрыться в цитадели в целях безопасности. В остальное время Фортецца да Бассо использовалась «как тюрьма и бойня врагов герцога». Фортецца была построена в кратчайшие сроки: за один год. Над ее постройкой работали по 3000 рабочих каждый день. Среди них были все заключенные плюс все жители города, которые жили поблизости. Они были обязаны работать над постройкой крепости под страхом смертной казни в случае отказа. Эта крепость сохранилась до сих пор, сейчас там проводятся показы моды зимой: Питти мужская, Питти женская и Питти детская мода. Летом там организуют ярмарки и разные празднества. На Рождество и Новый год вокруг Фортецца да Бассо заливают ледяную дорожку, где можно кататься на коньках.

Затем герцог приказал разрушить все мансарды, построенные еще со времен Средневековья. Он хотел сделать город более гармоничным, а улицы – более широкими и светлыми. Был вынесен запрет на строительство не только новых мансард, но и балконов. Только архитектору семьи Веспуччи удалось перехитрить герцога: по их заказу он спроектировал новый дом с элегантным балконом и представил проект Алессандро для одобрения. Тот немедленно отменил проект из-за балкона, но архитектор не сдался. Под давлением семьи Веспуччи он представил герцогу новый проект, и тоже с балконом. На этот раз зодчий уже настаивал: «Теперь-то ты разрешишь?» Столкнувшись с такой наглой настойчивостью, герцог не ограничился простым отрицанием, а ответил: «Наоборот». Архитектор сделал вид, что понял буквально слова Алессандро – и тут же принялся за работу: он построил балкон, где расставил капители, балюстрады и полки с точностью до наоборот. Кажется, самого герцога позабавило шутливое непослушание, и он решил оставить балкон как есть. Так и остался по сей день этот балкон «наоборот». Его можно увидеть на улице Борго Ониссанти, недалеко от церкви Всех Святых, где похоронены члены семьи Веспуччи и Сандро Боттичелли.

Алессандро Медичи поручил Бенвенуто Челлини изготовить монеты другого номинала вместо флорина: с его собственным изображением вместо флорентийского ириса на одной стороне и со святыми покровителями Медичи Космой и Дамианом вместо святого Иоанна Крестителя – на другой. Эти монеты сейчас находятся в национальном музее Барджелло вместе с флоринами, дукатами, монетами с изображениями других герцогов и деньгами других государств. Всего в Барджелло собрано более 10 000 типов разных монет, но выставлено лишь чуть больше тысячи.

Своим личным символом герцог Алессандро выбрал носорога, а девизом – «Не вернусь без победы». Тиранические методы правления «Мавра» вызывали горечь и гнев почти всех флорентийцев, включая Микеланджело Буонарроти. Именно поэтому в сентябре 1534 года, после смерти отца, скульптор внезапно все бросил, собрал только самые необходимые вещи и уехал в Рим навсегда. Микеланджело оставил во Флоренции незаконченной не только Новую ризницу, но и пять наполовину обработанных статуй для гробницы папы Юлия II в своей студии. Все равно делла Ровере опять заказали поменять проект памятника и уменьшить количество изваяний, так что эти четыре «Узника» и «Гений победы» больше не нужны. Так пусть и остаются во Флоренции, а там будь что будет.

После смерти Климента VII Алессандро потерял своего защитника и наставника. У него остались родственники по прямой линии: Ипполито Медичи и Екатерина Медичи, но они оба ненавидели его с детства. Ипполито жил в Риме и был кардиналом, но с удовольствием бы снял сан, чтобы самому стать герцогом Флоренции. А Екатерина через год уехала во Францию, где вышла замуж за принца Генриха Валуа. Еще оставались дальние кузены, потомки Лоренцо Старшего Медичи: Козимо, сын Джованни делле Банде Нере и Марии Сальвиати, и Лоренцино с братом Джулиано и сестрами: Лаодамией и Магдалиной. Лаодамия и Магдалина воспитывалась в монастыре Санта-Мария дельи Анджели во Флоренции. Мария Сальвиати с сыном Козимо и Мария Содерини с детьми провели два года в Венеции – городе, полном денег, роскоши и соблазнов.

Роскошь в Венеции была такая, что улицы застилали алыми бархатными коврами, а окна украшали дорогими шелковыми тканями. Для трех мальчиков из провинции это было необычным и поразительным. Как раз в те годы Серениссима узаконила проституцию как нормальную профессию. Все «ночные бабочки» работали легально и платили налоги, их обязывали носить головные уборы с желтой полосой, чтобы они отличались от других женщин. Бордели находились на каждом шагу, и вход туда был свободен даже несовершеннолетним. В те же времена в Венеции находился Пьетро Аретино, мужчина очень любвеобильный и распутный. Он был готов с удовольствием познакомить сына и родственников своего друга Джованни делле Банде Нере с тонкостями ночной жизни столицы разврата.