Чтение онлайн

Возможность заглянуть на кухню я не упустила. Через пару минут туда же пришел Кирилл, якобы затем, чтобы помочь заварить чай.

— Она здесь, — проговорил одними губами, словно боялся, что лихоманка услышит.

— Откуда знаешь?

— Домовой сказал, — парень указал на веник.

Из-за потрепанной щетины смущенно выглядывал крохотный, мне по колено, мужичок. Справный, ладный — в вышитой рубахе, в жилетке и до блеска начищенных сапогах.

— Примчалась, облапала здесь все и ну на молодой хозяйке ездить! — начал он жаловаться, но тут же смолк, остановленный раздраженным жестом Кирилла.

— Думай, как поймать! Тоня, ты как, в деле?

И тут я испугалась. Реально страшно стало! Как вспомнила Лихо, и эту бойню, так ноги к полу прилипли, а по спине мурашки побежали.

— Может, Бабу Ягу дождемся?

— Некогда. Улизнет. Она же кромешников за версту чует. Не пойму только как она во владения домового влезла. Объяснишь? — повернулся к маленькому Хозяину.

Тот смущенно потупился и что-то пробормотал в ухоженную окладистую бороду.

— Ритуал знаешь? — перебил его Кирилл.

Вот здорово! Оказывается, мы будем ловить эту бестию наобум! Это пугало. И в то же время будоражило. Состояние чем-то напоминало то, когда я вызвалась помочь Зареславу отыскать лихо: немного нервно, страшно и… любопытно. Хотелось бросить вызов судьбе, заставить ее отступить, признать поражение.

— Жаль, ноут не взял, — Кирилл уткнулся в телефон, — у меня там много по ритуалам.

— А как же Света? — вспомнила про подругу.

— Спит. Не бойся, ей ничего не грозит — лихоманке убить человека не так просто. Разве что старшая присоединится.

Подробности знать не хотелось. Потом как-нибудь. Да хоть вечером, когда мысли не мечутся, как безумные тараканы на свету и можно не опасаться за рассудок.

— Нужны лоскуты и нитки. Куклу делать будем, — скомандовал Кирилл домовому.

Тот с сомнением почесал бороду и исчез, а перед нами появилась плетеная из газетных трубочек корзинка, полная разноцветных тряпочек. Нитки домовой принес лично.

— Помогай, — кивнул ему Кирилл. — Ты же лучше этот обряд знаешь.

— Не надо бы, — протянул Хозяин, — ежели не справимся…

— Ежели не справимся, эпидемию получим. Или всех сестричек в гости. Хочешь?

Домовой стушевался и потянулся к корзинке. А я испугалась. Коли уж нечисть в панике, боится защищаться, то с чем нам придется столкнуться?

Память услужливо подсказала: с той, что сидит в темнице, на троне, прикованная к нему железными цепями. Замыкают их семь замков, о семи ключах каждый, да трижды три заговора наложено на лихоманку.

«Невея», «Невея», «Невея» — пульсом билось в висках. Знакомства не хотелось, и я кинулась помогать.

— Стойте» — подал голос домовой. — Зимних же крутить надо, а у вас ни палочки, ни щепочки…

— Сейчас будет! — отозвался Кирилл оглядываясь. Но стоило ему подойти к печке, как домовой схватился за голову:

— Нельзя! Мертвое дерево должно быть! Не от полена! Сухую ветку в лесу срезать надобно!

— Да где я тебе ее возьму, — задумался Кирилл, а потом спросил: — Тоня, в этом доме возятся деревянные китайские палочки?

— Не знаю, — честно ответила я и мы принялись искать. Домовой куда-то исчез. Это вместо помощи! Хорош хозяин!

Палочки нашлись в одном из ящиков стола. Использованные и чисто отмытые. Кирилл заглянул в телефон:

— Тут написано, нужно тринадцать кукол мастерить. Но это для профилактики. У нас же конкретная лихоманка. Делаем одну!

Он решительно сломал палочку, отмерив по безымянному пальцу. Обломок плотно закутал в кусок ткани и застыл, глядя на получившуюся «колбаску».

— Что там дальше?

— Нужно обмотать нитками, отметив голову и талию.

— Все, как обычно, — кивнул Кирилл и потянулся за катушкой. — Начинаем с пуповины, — обозначит талию, — завязываем… Перекидываем на шею крестом…

— Что твори-и-ит, — простонал домовой.

Ни я, ни Кирилл не обратили внимания: всем известно, что нечисть не приветствует кресты, вот и возмущается.

— Каким цветом сарафан сделать? Ты же девочка, разбираешься в этом.

— Как будто сам профан полный, — припомнила я ему и модную одежду, и стильную стрижку и прочие штучки. — Смотри, какой красивый! — откопала в корзинке шелковистый лоскуток. — И тесемка к нему!

— Для платка найди! — Кирилл взялся за ножницы, — сейчас намотаю…

— Сейчас по рукам получишь, по шаловливым, — в кухню ворвалась Баба Яга собственной персоной. Снова в душегрее и поневе, а следом торопился огромный мужик с длинными, заплетенными в косы волосами и короткой бородкой.

Сразу стало тесно. Куклу выхватили прямо из рук и разобрали на составляющие.

— Нет, ну ты глянь, он еще и зубочистку взял! Кирилл, — взгляд заведующей стал строгим и немного печальным, — вот от тебя такой небрежности я не ожидала. Кому, как хирургу знать, насколько важна точность. Горыня, помогай!

Услышав имя гиганта я во все глаза уставилась на мужчину. Горыня. Не от «Горыныч» же? Только не говорите, что это тот самый трехглавый змей из сказки!

Но у гостя была только одна голова, и это успокаивало. Заметив мой взгляд, он подмигнул, отчего изуродованное шрамом лицо стало совсем жутким. Я поспешно отвернулась, надеясь, что не обидела.

Горыня тем временем вытащил откуда-то из-под медвежьей шкуры, заменявшей ему плащ, сухую ветку и разломал на тринадцать частей.

— Одной довольно, — Баба Яга рылась в корзинке и приказала не глядя: — Отведи Горыню к хворой.

Света спала. На щеках горел лихорадочный румянец, губы алели и потрескались — кажется, опять поднялась температура.

Как ее шум не разбудил? Или не обошлось без колдовства? Я бросила взгляд на домового. Тот сосредоточенно провел ладошками по одеялу и кивнул собственным мыслям.

Горыня движением плеч скинул накидку и укутал ей больную так, чтобы медвежья голова оказалась на груди. И уселся на пол у кровати, словно охраняя.

Баба Яга появилась минут через пять. Уложила яркую куколку рядом со спящей, погладила девушку по намокшим от пота волосам и вздохнула: