Чтение онлайн

– Ханз Зиммер, Лорн Бэлф, Рамин Джавади, Патрик Доил... мне перечислять дальше?
– спросил он.

– Э, - для девушки это был набор имен, не более.
– И кто все эти люди?

– Композиторы. Они пишут саундтреки к фильмам, сериалам или играм. Зиммер, например, написал музыку к...
– парень скривил губы, нахмурил лоб. Через несколько мгновений раздумья он сказал: - К «Бегущему по лезвию 2049», а еще «Темному рыцарю», там, где Бэйл и Хит, царство ему небесное, Леджер играли. Смотрела?

Галя кивнула.

– Вот, - появилась широкая улыбка, которая показала клыки, - а Рамин написал саундтрек к «Игре престолов» и «Варкрафту». Ты, кстати, смотрела, ну, «Игру»?

– Нет, - Галя сжала губы.
– Но Алена смотрела.

Юноша повернулся к аудитории, нашел Алену. Подруга Гали спала, спрятав голову под тетрадью.

– Значит, это из-за них у тебя такой?..

– Миномет?
– перебил одногруппник.
– Нет, ни разу. Ну, то есть у меня есть пара песен, из-за которых у меня слезы появляются на глазах, а так - это, - парень показал на свое лицо, которое стало более дружелюбным, - мое базовое выражение. Всегда с таким хожу.

– А ты не пробовал улыбаться, или сделать лицо менее равнодушным?

– Это как?

– Не знаю, как тебе объяснить.

– А ты попытайся, Галя.

Вот и завела себя в ловушку, зачем только спросила.

– Равнодушное мое лицо или нет, - не ожидая ответа от Гали, сказал одногруппник, - но я скажу тебе одно... Лучше идти по улицам с меланхолией на лице, чем показать другим, что ты счастлив. Никому не хочется видеть незнакомца, идущего по дороге, счастливым. Его могут принять за придурка.

– Теперь только придурки ходят по улице с улыбкой на лице, хотя бы небольшой.

– Почему же... нет, конечно. Но улыбнись так, как улыбаешься обычно, когда тебе хорошо, и толпа посчитает тебя странным.

– А не все ли равно, что посчитают другие?

– Это твое мнение, Галя. Однако дискутировать на эту тему я не хочу.

– Мы же просто болтаем. Впервые так долго говорим!

– И мне это нравится. Поэтому давай поговорим о другом.

Нет ничего лучше, чем беседа с девушкой. Я не мог оторвать глаз от Гали. Она говорила тихо, чего нельзя было сказать обо мне. Я так давно не говорил с девушками, то есть ни о чем. В голове бурлила кровь, я едва успевал набрать воздуха, говорил, как пулемет, - неразборчиво, бывало в пустоту. Но я не замечал этого.

Галя, словно таран, пробила во мне брешь, из которой моментально вылетело все накопившееся. Меня переполняло желание говорить с ней всю пару, но я знал, что силы иссякнут, а Галю отвлечет кто-то другой, более интересный, живой.

Сегодня было только три пары, и Женя хотел пойти в тренажерный зал. Он надеялся, что Лев пойдет вместе с ним, но тот ответил:

– У меня абонемент закончился, а на новый денег нет.

– И когда пойдешь в следующий раз?
– спросил тогда Женя.

– Не знаю. У меня денег-то нет, чтоб купить новый абонемент. Может, через неделю.

Женя глубоко вздохнул, нечего было сказать, придется ходить одному какое-то время. Они надели куртки, и вышли на улицу.

Было тепло. С утра так нельзя было сказать - над городом нависали облака. К началу дня выглядывало солнце, согревая землю. Нерастаявший снег покрывался грязью от выхлопных газов, местами сверкал под солнцем. Студенты медфака стояли около своего корпуса и курили в небольших кучках. Кто-то шел на остановку, которая давно перестала иметь такое название, теперь это курильня, где собирались юноши и девушки. Во дворы редко кто ходил. Во-первых: далеко и не хочется тратить где-то три минуты на ходьбу. Во-вторых: жители чуть ли ни каждый раз кричали, чтобы студенты ушли восвояси. Некоторые студенты, жильцы общежития, шли обратно домой. Их ни с кем нельзя было спутать - они всегда, при любой погоде предпочитали ходить только в халатах. Кому было холодно, тот бежал, кому нет, тот просто шел быстро. Но все знали, эти ребята из общаги.

Женя и Лев вдохнули свежего весеннего воздуха, и пошли в сторону остановки. И дошли бы, если бы не четыре парня, которые прегради путь.

– Позвольте, - сказал Женя, пытаясь пройти мимо них, но те встали плотной стеной.

– Это он?
– шепнул кто-то другому.

– Ща погодь, проверю, - сказал другой в спортивных трико и болоньевой куртке. У него были грязные волосы, похоже на сосульки, и зализанные назад. Парень тыкал большим пальцем по экрану смартфона.

Женя и Лев уже хотели пойти дальше, нет у них времени проходить фэйс-контроль от каких-то парней. Но никто не давал им проходу, держали.

– Он это, - сказали волосы-сосульки.

– Ну, очкарик, поговорим по чистоте душевной?
– поинтересовался первый в комбинезоне и обтягивающей шапке, из-за которой голова казалась маленькой.

Очкарик... Пришла беда, когда не ожидали, понял Женя.

– Женек, - сказал сквозь зубы Лев, он тянул друга за рукав, чтобы тот отступил. Рядом никого из знакомых нет, нельзя доходить до драки.

– Чего вам, и кто вы?
– спросил Женя вместо того, чтобы начать отходить.

Юноша не чувствовал страха перед незнакомой компанией. Они выглядели как деревенщины, которые только что зашли в спортивный магазин. Одеты, как спортсмены, но это не так. Один, тот, который захотел поговорить, был сутулый коротышка с короткими черными волосами. Второй - с длинными волосами-сосульками, словно он только что подставил голову под воду, и вот результат. У третьего и четвертого были покрасневшие лица. У того, что выше из всей компании, третьего, шли сопли; у четвертого, примерно ростом с Леву, торчал складной нож из переднего кармана трико.

– Мы друзья Павла, - ответил коротыш, - помнишь такого, с тобой еще учился, а ты у него девчонку забрал. Помнишь?

Этот Павел мастер пересказывать историю на свой лад. Не было такого, Полина никогда не была его девушкой! Учился он, ага, приходил и думал, как бы членом войти в какую-нибудь девчонку.

– Помню, что он приставал к ней, - ответил Женя, скрестив руки на груди.

– Так вот, пацан, - сутулый выпрямил спину с характерным хрустом в позвоночнике, - я, смотрю, ты видный кадр - хороший. Ты прости нас за угрозу в СМС, резко накинулись, признаем.

Женя не понимал, что происходит. Если парень хочет извиниться, то зачем пришел еще с трюма людьми?

– Павел говорит, что ты дрался не по-честному. Расскажи, что в твоем понятии честность.

Вот она стратегия - вызвать у противника совесть, чтобы тот чувствовал себя неправым, а там до морального унижения недалеко будет. Не дождутся.

– Я устану говорить, - сказал Женя.
– Но я знаю одно, то, как поступил Павел с девушкой, ныне моей, не то что честно, но и аморально. Думаю, он получил за дело.

– Хочешь сказать, ты был правым, то есть честным по всем понятиям?
– сутулый поднял бровь.

– Что тебе сказал Павел? Вернее, сказал вам всем.

– Ты избил его из-за девушки. Он хотел предложить ей встречаться, чтоб было из-за кого вернуться. Ждать дембеля. А ты взял и отмудохал его, сказал, что она твоя, а не его.

Ох, Павел, рассказчик хуев...

– Так, что, из-за этого пришли? Поверили своему Павлу, а теперь пришли толпой мстить за него?

– А ты бы не дрался за своего другана?