Медицинская шарага
Шрифт:
– Ты все еще не поняла?
Полина помотала головой - поняла.
Девушка сняла футболку, надела толстовку Жени, которая пропахла одеколоном. Вернула футболку Васе.
После завершения пар, Женя, обнимая, сказал Полине, чтобы она перестала ходить в тонкой одежде.
– Заболеешь еще от переохлаждения какой-нибудь пневмонией, - говорил он, - а там в твою попку десяток уколов в течение нескольких дней будут колоть. Надо оно тебе? Вот и я думаю, что не надо.
Девушка поняла Женю, однако сегодня ей нужно было остаться в колледже, заполнять журнал пропусками прогульщиков. Женя же пошел догонять Васю.
Он догнал его на выходе из колледжа. Под предлогом пройтись, покурить, они пошли за угол здания. Вася был дружелюбными доверял Жене, а вот парень Полины полностью подчинился ревности.
– Я вот хочу себе пирсинг сделать, - говорил Вася, вытаскивая из кармана сигареты, - вот тут вот, над бровью. С девушкой своей договорились, что где-то в начале мая я поеду к ней в Москву, сделаем...
Вася рухнул в сугроб, уронил и потерял в снегу коробку сигарет. Он не сразу понял, что произошло. Успел увидеть, как Женя подскакивает к нему, хватает за ворот за капюшон куртки одной рукой, а другой - бьет прямо в нос. Теплая кровь брызнула из носа и потекла из носа в рот.
– Ты... бля, - Вася не мог подобрать слова. Он с трудом перекатывался на живот, чтобы опереться на руки и ноги, а потом поднять свое толстоватое тельце.
– Какого...
Женя сделал снежок размером в свой кулак. Взмахнул и снизу ударил им в упор по лицу одногруппника. Тот снова перекатился на спину, прикрывал нос.
– За что?
– ныл Вася.
– Стоит тебе еще хоть раз подойти к Полине, - говорил Женя, скребя зубами, - и я тебе сделаю еще больней, чем сейчас. Понял меня?
Вася кивнул. Приложив к опухшему носу снег, он остался лежать на снегу, пока Женя не пропал из виду...
Женя сполоснулся под горячей водой. Чувствовал он себя хорошо, лучше, чем последние несколько дней, сидя дома и ничего не делая. Он был уверен, что завтра, в четверг, он пойдет на практику. А там и Полинка вернется на следующей неделе.
Глава 16
Лев ходил по коридорам общежития, думал, чем себя занять. Уж точно не практикой, он до сих пор не мог отработать введение инъекции в вену, в мышцу, под кожу. Вместо этого он предпочитал сидеть где-нибудь или ходить. Однако Лев не встретил бы Яну, сидя на диване в фойе общежития, поэтому, поговорив с ее одногруппниками, он решил перехватить ее в коридоре. Поднявшись на второй этаж, где занятия группы «Леч Д» ни разу не проходили, Лев почувствовал себя потерянным. Вроде коридоры одни и те же, но в какой из них Яна со своей группой. Группа. Больше всего Льву не хотелось говорить с девушкой при однокурсниках. Он их просто не знал так, как знала Яна. Знал парней, и то не со всеми говорил.
Тут Лев заметил девочку с длинными, светлыми волосами, большими серыми глазами. Леве всегда казалось, что девушка чем-то изумлена, настолько любопытен был ее взгляд. Настя.
– Настя, - позвал ее Лев, но та не обратила на него внимания. Она была в наушниках. Лев принял ее одну попытку: - Настя, чтоб тебя!
Только когда слова разнеслись по всему этажу и отдались глухим эхом в каком-то кабинете, Настя заметила его, улыбнулась, сняла наушники.
– Что слушаешь, что меня не замечаешь?
– спросил Лев, обняв подругу.
– Да так, - пожала плечами Настя.
– А ты тут какими судьбами?
Лев сжал губы, увел взгляд от девушки.
– Янка в кабинете сидит, - поняла Настя, почему Лев так закрылся.
– Позвать, что ли?
– А ты...
– Лев не мог выговорить до конца, он не мог поверить, что такая глупая проблема, как страх перед одногруппниками девушки, решится так легко.
Лев был дружелюбен со многими девушками. С некоторыми он пытался флиртовать, с другими просто сдружиться, так как нужно поддерживать связь с другими группами, узнавать, что там у них происходит. Так получилось, что Лев приобрел друга в лице Насти. А познакомились они самым простым способом, каким могли только познакомиться студенты из разных групп, сидя на парах. Просто опоздать на пару и сесть в самый конец аудитории. Настя опоздала и села рядом с Левой, который стерег место для Жени, но потом подумал: «Пока Женек приедет, уже нужно будет идти на практику в общаге». Лев не спрашивал себя, почему не хочется закадрить Настю. Даже после разлуки с Яной, он не представлял себя рядом с Настей, что-то не то...
– Да, Лев, мне не трудно, - улыбалась Настя.
– Жди здесь. Кстати, мне сказать, кто ждет Яну в коридоре?
– Без понятия, - развел руки Лев.
Настя ничего не ответила - скрылась за ближайшим углом.
Лев слышал звонкий голос Настия, и имя бывшей заставило его немного вспотеть. Май был теплый, а в тесном кабинете и без того было душно. В коридорах еще нормально, прохладно. Но вот слова «Яна, иди в коридор - Лев пришел» заставили парня застыть на месте.
Женя целовался с Полиной в коридоре. Для него было облегчением, что она ничего не узнала. (Синяки прошли ближе ко дню Победы.) Он встретил ее на автовокзале и помог отвезти вещи домой. Остаться хотелось, но нужно было бежать на практику. Жене было все равно - практику можно отработать. Но Полина была против, аргументируя:
– Я и так отсутствовала после Майских, а потом еще день после девятого мая. Отработки... Черт, как же я не хочу отрабатывать все это!
Женя понимал, что ничего с этим не может поделать. Он бы хотел сказать преподавателю по практике, Сорокиной, что Полина отсутствовала по «серьезным» причинам. Но как тут докажешь, если училка приходила в общежитие будучи немного пьяненькой. Это не было секретом, учительница сама не стремилась сохранять это в тайне - поведение не скроешь. Да и внешний вид у нее был такой, что можно было подумать, будто она тусила всю ночь на дискотеке для тех, кому за пятьдесят. Как вот с такой договоришься? Тоже за пузырь, как с Амаевым в начале недели?
Однако не одной Полине нужно было искать выход. Вася вернулся на учебу. Он умел плести языком. Глядя на Васю, который просил милостыню у Сорокиной, Женя видел перед собой немощь, которая готова на все, только бы не отрабатывать, говоря, что он все знает. Верить хотелось, но не потому, что смотришь на человека и видишь его знания в глазах, а просто жалость пробирает изнутри. Настолько жалкое зрелище. Но Васе, как он любил выражать свою жизненную позицию, да и приоритеты в целом, было похуй. И добился он прощения самым странным способом, который Женя только мог себе представить. Женя слышал о «Побеге из Шоушенка» (фильм смотрел) и что снят он по книге. Так вот, - Сорокина попросила весь рассказ, не важно в каком виде (книга или распечатка), главное, чтоб на бумаге. Женя тогда чуть не упал на ровном месте. Как?..
Полина же оставалась после практики и отрабатывала. Женя видел ее уставшей, провожал ее до остановки, а затем она говорила ему:
– Как же я ненавижу этого Васю, - в ее голосе не было злобы, только непонимание, как такой человек смог избавить себя от отработок с помощью какого-то рассказа, а она, девушка-умница, которая училась на совесть (почти всегда), хотела большего, отрабатывает. Полина не злилась, но, как и многих, ее рвало на части, когда Вася сидит и... и все.
Женя, конечно, успокаивал ее, говорил, что это все фигня, и что такие люди будут ее окружать всю жизнь. Эта горькая правда утешала Полину, ведь Вася не будет с ней рядом после того, как она выучится и окончит колледж. Никого не будет рядом с ней, или с кем-то другим, из колледжа после его окончания...
И вот прошла халявная половина мая, праздников больше не будет. Полина отработала последнюю тему и шла наравне со всеми. Во время перерыва она как раз и встретилась с Женей. Порой она задавала вопросы.
– Что это с руками?
Женя смотрел на разбитые костяшки, которые медленно заживали.
– Да с отчимом перетаскивали всякий хлам, - врал Женя, - а там, знаешь, такие фигни есть, что, уронив их на руки, можно вообще пальцев лишиться. Повезло, что только кожу разодрало!
– Перчатки бы надел, - проходя холодными пальцами по разбитым костяшкам, сказала Полина.
– Как так-то?