Чтение онлайн

По поводу выхода книги Серены Витале на русском языке радио "Свобода" в программе "Correspondent's Hour" сообщало следующее: "Письма Дантеса, сыгравшего роковую роль в судьбе великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина, совсем скоро увидят свет в Калининграде. И тот, кого интересует жизнь поэта в её мельчайших подробностях, должен получить немалое удовольствие. История о том, как архив стал достоянием общественности и как представительство Министерства иностранных дел России в Калининграде узнало о письмах, весьма любопытна. Она началась ещё в 95-м году, когда в журнале "Звезда" под заголовком "Пуговица Пушкина" были опубликованы отрывки из писем убийцы великого русского поэта, которые неизвестны даже пушкинистам. Исключение составляли только два письма Дантеса, которые хранились у его правнучки. Позже весь архив был переснят итальянским профессором Сереной Витале, которая на его основании и написала "Пуговицу Пушкина". Дело осталось за малым - перевести "Пуговицу Пушкина" на русский язык. О том, как развивались события дальше, рассказывает Зоя Кузнецова, сотрудник представительства МИД России в Калининграде.

"Был найден очень хороший переводчик в Москве, владеющий свободно итальянским, французским и немецким языками. Но я сама не проверила эти данные, мне сообщили, что он запрашивает очень большую сумму, что Серена Витале получила бы меньше его. И я решила сама через два месяца проверить: так ли это? И хорошо, что я проверила, потому что когда я позвонила в Москву и спросила его, то он мне сказал: а книга уже переведена, только нажать на кнопку компьютера и переслать перевод вам. Я спросила: "А как же вы переводили без контракта? Ведь вам могут не заплатить". И он мне сказал такие слова, от которых все запело: "А мне не нужны деньги, потому что имя Пушкина для нас - особенное имя. И вопрос русской культуры... вообще книга Серены Витале... Честь - переводить эту книгу. И когда речь идет о таких вещах, конечно, о деньгах не думаешь... Конечно, хорошо, если какой-то гонорар дадут, но если не дадут, мы будем не в претензии".

Сотрудники калининградского представительства Министерства иностранных дел разыскали в Италии Серену Витале. Пожилая профессор с удовольствием откликнулась на предложение увидеться и оказалась на редкость восторженной почитательницей великого русского поэта. По её словам, родственники Дантеса, несмотря на его роковую роль в судьбе великого русского поэта, относились и относятся к своему предку с почтением. Впрочем, материалы архива свидетельствуют о том, что не менее почитаем в этой семье и Пушкин. Пушкина и Дантеса столкнула судьба - считают потомки Дантеса. По словам Зои Кузнецовой, в конце встречи итальянка Серена Витале сказала: "Единственная ошибка в моей жизни - это то, что я не родилась в одну эпоху с Пушкиным. Я хотела бы родиться в прошлом веке, чтобы Пушкин хоть один разок на меня взглянул".

Итак, книга "Пуговица Пушкина", изданная на семи языках мира, скоро увидит свет и в России, и первыми её читателями станут калининградцы".

В этом сообщении радио "Свобода" все очень мило и благородно.

Переводчик отказывается от гонорара. Только непонятно, как это он успел сделать перевод пятисотстраничной книги за два месяца?

Совсем непонятно, какое отношение имеет калининградское представительство МИД РФ к изданию сочинений о Пушкине?

Но главное, очередная попытка поставить на одну доску Пушкина и Дантеса. Мол, шел себе великий русский поэт (авторы сообщения не забывают это подчеркнуть в каждом абзаце), и вдруг споткнулся о Дантеса, и умер. Ничего не поделаешь - судьба.

Нет, это не просто судьба. Это - заговор! Заговор, который длится уже второе столетие. Начался он ещё при жизни Пушкина.

Уже тогда прозвучали слова, оправдывающие Дантеса. 25 мая 1837 года граф Г.А. Строганов отправил небольшое письмо барону Якобу ван Геккерну. Он писал: "Я только что вернулся домой и нашел у себя на письменном столе старинный сосуд и при нем любезную записку. Первый, несмотря на свою хрупкость, пережил века и становится памятником, соблазнительным лишь для антиквара. Вторая же, носящая современный характер, пробуждает впечатления недавнего прошлого и возбуждает совсем по-иному идущие симпатии. С этой точки зрения и тот, и другая для меня очаровательны, драгоценны, и я испытываю, барон, потребность принести вам всю мою признательность. Когда ваш сын Жорж узнает, что этот сосуд находится у меня, скажите ему, что для него Строганов хранит его как память о благородном и лояльном поведении, которым отмечены последние месяцы его пребывания в России. Если наказанный преступник является примером для толпы, то невинно осужденный, без надежды на восстановление доброго имени, имеет право на сочувствие всех честных людей".

Кто здесь "невинно осужденный", вполне понятно - Дантес, но кто преступник, являющийся "примером для толпы"? Не Пушкин ли?! Тогда кто судьи? Кто эти честные люди? Они настолько честны, что высказывают мнение, идущее вразрез с мнением самого императора Николая I.

Граф Григорий Александрович Строганов (1770 - 1857) был двоюродным дядей Натальи Николаевны Пушкиной. Естественно, такая же степень родства связывала его с её сестрой Екатериной Николаевной. Когда последняя вышла замуж за барона Жоржа Дантеса, то последний автоматически стал родственником графа Строганова.

Это тот самый граф, который решил, что дуэль неизбежна, когда барон Геккерн показал ему письмо Пушкина от 26 января 1837 года. Жена графа, Юлия Павловна, урожденная графиня д'Ойенгаузен, по первому мужу д'Ега, постоянно находилась в доме поэта до самой его смерти.

Она была глазами, очень внимательными глазами, того круга лиц, в который входил и барон Якоб Геккерн.

Этот круг можно определить одним словом - масоны.

В центре этого круга выделяются две фигуры: граф Г.А. Строганов и граф А. Х. Бенкендорф.

Григорий Александрович Строганов - масон потомственный. Аналогичных данных о графе Бенкендорфе нет, но сам он масон. 14 декабря 1825 года молодые воспитанники масонов вышли на Сенатскую площадь в Петербурге, а судили их масоны высоких степеней, среди которых был и граф Строганов. Василий Федорович Иванов, отмечая активное участие масонов в расследовании мятежа 1825 года, писал: "Конечно, истинную роль главных преступников тогда установить было невозможно. Комитет по расследованию событий под председательством военного министра, генерала от инфантерии Татищева, ничего открыть не мог: в него вошли масоны Голицын, Голенищев-Кутузов, Бенкендорф".

Современный исследователь масонства О.А. Платонов считает, что граф Бенкендорф от масонства отошел, но в 1810 году состоял в ложе "Соединенных друзей".

Скорей, не отошел, а сделал вид, что отошел. "Бенкендорф, - пишет В.Ф. Иванов, - вошедший в доверие к Николаю Павловичу, помогал скрыть следы заговорщиков".

После возвращения из ссылки в 1826 году Пушкин постепенно обрывает свои связи с масонством, а через пять лет, опубликовав стихотворение "Клеветникам России", выступает против внешнеполитической травли России, развязанной в европейской прессе в связи с восстанием 1831 года в Польше.

Разрыв с идеологией и практикой масонства совпал с началом травли поэта. Пушкин не сдавался. Тогда руководители петербургского масонства приняли решение уничтожить непокорного. Поразительно, что в преследовании и убийстве Пушкина совпали интересы иезуитов и масонов.

Иезуиты с начала XIX века стали проникать в масонские ложи, стремясь использовать их разветвленную сеть в своих интересах.

Идеологи русского масонства решили, что мертвый поэт им полезней и безопасней, чем живой.

Сохранился масонский стих, подтверждающий практику мести тому, кто решил покинуть ряды братьев масонов.

Многие тому примеры, говорят, были,

Которые от сея веры отстать пожелали,

Но их оных никого в живых нет на свете;

Вить стоит смерть в его живом портрете,

Который лишь поранят пулей из пистолета,

В тот час увянет и лишится света.

Вполне возможно, что такой магический ритуал был совершен и над портретом Пушкина, а для верности подключились организационно к реально существующему конфликту между Пушкиным и Геккерном-Дантесом. Техническая сторона убийства, безусловно, легла на плечи Третьего отделения.