Чтение онлайн

Коридор был пуст. Его спасительница неслышно ступала вдоль стены, и он шел за ней. За стену было удобно держаться, и ему удавалось идти хоть и медленно, но достаточно тихо.

Он понимал, что в коридоре полумрак, но отвыкшие от света глаза все равно слезились и болели. Различать, что происходит вокруг удавалось с трудом, он даже идущую впереди женщину разглядеть почти не мог. Увидел только, что на ней черный костюм из немаркой ткани, маска, закрывающую нижнюю половину лица и старомодные очки с длинными окулярами. Она часто оборачивалась, чтобы проверить, успевает он или нет.

Плеснувший за спиной белый свет Уолтер заметил раньше женщины, по ударившей в глаза ослепляющей боли.

— Сзади, — тихо сказал он и тут же почувствовал мягкое прикосновение. Только через секунду он понял, что его отодвинули с дороги, и только через пару минут вспомнил, что за звук раздался вслед за прикосновением. Почти не слышный, мягкий, свистящий выстрел. В руках женщины он с трудом разглядел револьвер с непривычно длинным дулом. Уолтер знал, что это такое, и знал — подобное оружие запрещено. Впрочем, вытаскивать из тюрем заключенных тоже было незаконно.

«А стреляла она не глядя. Может, там какая-нибудь девочка-поломойка», — царапнула сознание мысль. Впрочем, мысль была абсурдной, он прекрасно это понимал.

Казалось, коридор никогда не кончится, но вдруг женщина остановилась и нырнула куда-то в тень. Уолтер, последовав за ней, оказался на узкой площадке перед винтовой лестницей, уходящей в темноту и понял, что прогулка окончена. Звук шагов мгновенно их выдаст, к тому же ему просто не под силу такой спуск.

Женщина молча обняла его за талию, быстро провела руками по плечам и тут же отошла. Указала в темноту:

— Прыгай. Сбоку от лестницы, старайся не цеплять перила. Приторможу сама.

На поясе он обнаружил широкую черную эластичную ленту с карабином. Идея прыгать с неизвестной высоты на таком сомнительном приспособлении казалась малопривлекательной, но Уолтер недавно собирался умереть от голода. Прыжок в темноту мог стать легким избавлением. Он перебрался через перила и шагнул в темноту, не успев даже задуматься что делает. Полета он тоже не успел ощутить, только услышал мягкий шорох. Пола он коснулся мягко — женщина и правда его придержала.

— Молодец. Идем.

Она отцепила карабин от его пояса, потом от своего и дернула за веревки. Снова раздался шорох, только на этот раз быстрый, свистящий.

Уолтер предпочел не задавать вопросов. Он все еще допускал, что происходящее — бред агонизирующего сознания, что это очередная пытка или его хотят подставить. Но это больше не имело никакого значения. Единственное, что пугало его сейчас — ощущение ясности рассудка, мучительное, тоскливое и зыбкое.

— Ты идешь? — прошипела женщина.

— Да.

Он шел, чувствуя, как медленно заканчивается действие зелья. Как усиливается тошнота, как туман постепенно заволакивает глаза, и все дальше и дальше становятся путанные узкие коридоры, которыми они пробирались. Почему-то совершенно пустые, не освещенные, все больше похожие на лабиринт…

«Ты сошел с ума, помнишь?» — раздался вкрадчивый голос Джека.

Уолтер тряхнул головой, стряхивая видение.

— Далеко еще? — прошептал он.

— Почти пришли. Потерпи, скоро сможешь рухнуть в обморок и хоть вообще в себя не приходить — наверх я тебя затащу.

«Наверх?..» — отстраненно подумал он, чувствуя, что рухнет в обморок очень скоро, и что шанс не прийти в себя вполне реален.

Единственное, что его утешало — если женщина говорила с ним, значит, спасение и правда близко.

А потом лицо его обожгло холодом. Он не сразу понял, что произошло — казалось, что в кожу вонзились разом тысячи иголок.

— Снег… — прошептал он. И черный альбионский туман наполнил его глаза, погасив сознание.

…

Он пришел в себя, лежа на холодном, тряском полу. Голова обмотана толстым черным шарфом, от которого едва заметно пахло благовониями, как в храме. Руки связаны за спиной, но не туго, так, что веревка не врезалась в кожу.

«Ну вот и все. Если меня будут вешать — мне даже в глаза некому посмотреть», — горько подумал он, снова проваливаясь в теплое забытье.

…

В следующий раз он вернулся в сознание, сидя в инвалидном кресле, которое катил по мокрому тротуару кто-то оглушительно цокающий каблуками.

Уолтер попытался оглядеться и без удивления узнал одну из центральных улиц Альбиона. Лестерхаус, если он не ошибался, находился за следующим поворотом.

Он заметил, что на него надели маску, поверх одежды накинули дешевый плащ с глубоким капюшоном, а колени укутали пледом.

«Удивительная забота», — зло подумал он, попытавшись дернуться. Руки оказались пристегнутыми к подлокотникам.

— Тише, мистер Роветс, все хорошо, чудесное утро, птички поют, солнышко светит, незачем волноваться, — проворковала девушка, которая везла коляску.

Голос принадлежал не его спасительнице.

А мимо проходили люди. Множество людей, и каждый прохожий мог бы услышать его крик о помощи через микрофон в маске. Но кто станет ему помогать?

«Я тебе помогу», — мягко прошептал ставший привычным голос, и сознание снова покинуло его.

…

Потолок. Серый, покрытый разводами сырости потолок, кружащийся над головой.

…

— Отравили, подонки… «Грай» на опиуме… а ты что хотела?! Паршивое чувство юмора… — услышал он сквозь пелену забытья женский голос, который показался знакомым.

…

Отравляющая темнота, густая, липкая, толчком подкатывала к горлу. Казалось, она растекается под веками изнутри. Хотелось открыть глаза и закричать, но сил не было.

…

Имя «Эльстер» означает «Сорока».

Ей нравятся блестящие вещи. У нее золотые глаза.

…

Джек любил зеленый цвет. Цвет глаз всех мужчин в семье Говардов. Изумрудный платок в камине Вудчестера.

Такой же платок был на Джеке в день казни. Под цвет глаз.

Это Джека казнили на городской площади.

…

Это Джек убил Кэтрин Говард.

…

Это Джек убил Уолтера Говарда.

…

Эльстер украла деньги из Вудчестера и сбежала.

…

Это Эльстер будет жить

…

Кто-то прижимался к нему под тонким шерстяным одеялом, пытаясь согреть. Гладил по здоровой руке прохладными пальцами и тихо всхлипывал.