Чтение онлайн

— Таким образом, мне ничего не принадлежит, — ответил Уилл и оттолкнулся от камина, как если бы он был немного пьян. — Если я даже не владею моей собственной жизнью…

— Разве кто-то когда-нибудь говорил, что мы должны быть счастливы? — мягко сказал Магнус и вспомнил дом, где он жил в детстве, и свою мать, отшатнувшуюся от него с испуганным взглядом, и ее горящего мужа, который не был его отцом. — А как на счет того, что мы обязаны другим?

— Я уже отдал им все, что имел, — сказал Уилл, схватив пальто со спинки стула. — Они уже достаточно получили, и если это то, что ты должен был мне сказать, то лишь потому, что ты маг.

Он бросил последнее слово, как ругательство. Сожалея о своей горячности, Магнус начал вставать, но Уилл проскочил мимо него к двери. Она стукнула позади него. Мгновение спустя Магнус увидел его проходящим мимо окна, закутавшись в пальто, его лицо наклонилось против ветра.

Тесса села перед трюмо, закутавшаяся в халат и катала пуговицу туда-сюда на ладони. Она попросила оставить ее одну, чтобы сделать то, о чем ее попросила Шарлотта. Это был не первый раз, когда она превращалась в другого человека; Темные Сестры заставляли ее делать это не раз, хотя это было специфичное чувство, оно не сопровождалось ее отвращением.

Она увидела темноту в глазах Старкуэзера, легкий отблеск безумия в его голосе, когда он говорил о полученных трофеях. Это были не те мысли, с которыми ей хотелось бы ознакомится. Она подумала, что не должна этого делать.

Она могла выйти из него и сказать остальным, что пыталась, но это не сработало. Но она понимала, что даже несмотря на промелькнувшую мысль, она не сможет так поступить. Так или иначе, она пришла к мыслям о лояльности к Институту. Они защитили ее, показали ей доброту, научили ее правде о том, кто она, к тому же у них была общая цель — найти Мортмейна и уничтожить его.

Она подумала о глазах Джема, наблюдающих за ней, постоянных серебристых и полных веры. Глубоко вздохнув, она обхватила пуговицу.

Пришла темнота и охватила ее, окунув в леденящую тишину. Слабый звук от огня в камине и ветра, бьющего по стеклу исчезли. Темнота и тишина. Она почувствовала, как изменилось ее тело: руки стали огромными и разбухшими, пронизанные болью от артрита. Ее спина болела, голова была тяжелой, ноги тряслись и болели, а во рту чувствовался горьковатый привкус. Гниющие зубы, подумала она почувствовала себя столь плохо, что пришлось заставить ее сознание вернутся к темноте, окружающей ее, в поисках связующего света.

Она нашла, но это был не такой свет, как всегда, он был устойчивый как маяк. Это было похоже на разрозненные фрагменты, как если бы она смотрелась в разбитое зеркало. Каждая часть отображала картинку, отражение ее, некоторые с ужасающей скоростью. Она увидела лошадь, становящуюся на дыбы, темный холм, покрытый снегом, черную базальтовую комнату Совета Конклава, треснувшее надгробие. Она старалась схватить и поймать единственное воспоминание.

Здесь было одно: Старкуэзер танцует на балу со смеющейся женщиной в приталенном бальном платье. Тесса откинула его, потянувшись к другому: это был маленький дом, расположенный в сумерках между холмами. Старкуэзер наблюдал из тени рощи деревьев, как открылась дверь, и из нее вышел мужчина. Даже в воспоминаниях Тесса ощутила, как сердце Старкуэзера забилось быстрее. Мужчина был высокого роста, широкоплечий и с зеленой кожей как у ящерицы. С черными волосами. Ребенок, которого он держал за руку, напротив, казался нормальным, как и все дети — маленький, с пухлыми ручками и розоватой кожей. Теса знала его имя, потому что его знал Старкуэзер.

Джон Шэйд.

Шэйд поднял ребенка на плечи и в дверь просочились странные металлические существа, они были похожи на что-то среднее между ребенком и куклой, но ростом с человека и их кожа была сделана из блестящего металла. Существа были безликие. Но, как ни странно, они были одеты — некоторые в грубую рабочую форму, фермеры Йоркшира, другие — в простые муслиновые платья. Роботы взялись за руки и начали раскачиваться, как если бы танцевали Контрданс. Ребенок засмеялся и захлопал в ладоши.

— Посмотри на них хорошенько, сынок, — сказал зеленокожий человек, — однажды я буду править механическим королевством, а ты станешь принцем.

— Джон! — из дома донесся голос женщины, она высунулась из окна. Её длинные волосы были цвета безоблачного неба. — Джон, зайди. Кто-нибудь увидит, к тому же, ты напугаешь мальчика!

— Он совсем не напуган, Энн. — Он рассмеялся и поставил мальчика на землю, взъерошив его волосы. — Мой маленький механический принц.

В воспоминаниях Старкуэзера в его сердце набухла ненависть, так неистово, что он вновь отправил Тессу витать в темноте. Она начала осознавать, что же происходило. Старкуэзер стареет, теряя нить, соединяющую мысли и воспоминания. Которые, казалось бы, приходили и уходили из его сознания случайно.

С усилием она постаралась представить семью Шэйда снова и смогла поймать короткий обрывок — разрушенная комната, всюду винтики, гайки, шестеренки и рваный метал, растекшаяся жидкость, темная как кровь, среди руин лежат два тела — мужчины с зеленой кожей и женщины с голубыми волосами.

Затем все пропало и она снова и снова видела лицо девочки с портрета над лестницей… Ребенка со светлыми волосами и упрямым выражением лица… Увидела ее едущей на маленьком пони, ее лицо выражало решительность, увидела ее волосы, развеваемые ветром, веющим с болот… Увидела ее кричащей и извивающейся от боли, стило, направленное на ее кожу и черные знаки, покрывшие ее.

В конце, Тесса увидела собственное лицо, появившееся из сумеречного мрака Йоркского института, она почувствовала волну шока, пульсирующего сквозь нее с такой силой, что ее выкинуло из его тела обратно в ее собственное.

Произошел слабый удар, и пуговица выскочила из ее руки, ударилась об пол. Тесса подняла голову и посмотрела в зеркало на ее трюмо. Она снова была собой, и горький привкус во рту сменился вкусом крови от того, что она укусила губу. Она поднялась на ноги, чувствуя себя дурно, и подошла к окну, оставив его открытым, чтобы чувствовать потной кожей прохладный ночной воздух.

Снаружи ночь была призрачная и тяжелая; дул легкий ветер, и черные ворота Института казалось, нависли перед ней, говоря о гибели и смерти больше, чем когда-либо.

Её глаза поймали небольшой отблеск движения. Она посмотрела вниз и увидела белую форму, пристально наблюдающую из глубины неподвижного двора. Лицо, немного двоящееся, но узнаваемое.

Миссис Дарк.

Она задохнулась и рефлексивно дернулась от окна, отведя глаза прочь. Сквозь нее прошла волна головокружения. Она отчаянно трясла подоконник, вцепившись в него руками, вновь подтолкнув себя вперед, она с ужасом посмотрела еще раз-но во дворе не было ни души, ни движения, лишь тени.

Тесса закрыла глаза, затем вновь открыла их медленно и положила руку на тикающего ангела, висящего на шее.

Там не было ничего, и она сказала себе, что это лишь ее дикое воображение.

Говоря себе, что ей нужно обуздать свое воображение, иначе она сойдет с ума как старик Старкуэзер, она закрыла окно.