Чтение онлайн

— У меня для вас две новости — хорошая и плохая. С какой начать?

— Начните с плохой.

— Вместо больной ноги мы отрезали вам здоровую.

— А какая же тогда хорошая?!

— А больную ногу можно спасти».

— Зачем ты сказал Элишу?!

— Я ему не говорил, — невозмутимо пожал плечами Шэйн. — Он меня сам нашел. Я просто не стал врать, когда твой вампир высказал свои предположения. Отрицать было бесполезно.

— Ты такой интересный! Выбрал удачный момент, «обрадовал хорошей» новостью по нервной системе и уедешь с чувством выполненного долга. А мне, между прочим, сейчас туда возвращаться, — я раздраженно ткнула пальцем в стекло, указывая на дом Киры. — Я никуда не пойду! — решительно бросила я и упрямо вжалась в спинку кресла.

— Останешься жить в машине?

— Ваша ирония здесь неуместна, — сердито одернула я, ехидно улыбающегося парня. — Ты бы хоть сделал вид, что тебе стыдно!

— Честное слово, я пытался, — и он для убедительности приложил руку к сердцу, — но ты такая смешная, когда сердишься. Ай, ты, что делаешь?!

— Хотела тебя ущипнуть, но побоялась, что ребра сломаю.

Ловко извернувшись на своем кресле, он избежал расправы.

— Вот как мне теперь туда идти?

Вместо злости пришло отчаянье и страх.

— Боишься, что твой вампир будет зол на тебя за ложь?

Ядовитые нотки ревности в его голосе послужили бальзамом для моего уязвленного эгоистичного самолюбия.

— Я ему не врала, а тактично недоговаривала. И он не мой, — и мстительно добавила: — Хотя можешь еще поревновать. Мне это начинает нравиться.

— Ну, ты и язва.

— На себя посмотри. Гастрит хронический.

Я дернула за ручку, чтобы выйти из машины, но Шэйн крепко взял меня за плечи и развернул к себе.

— Не сердись на меня. Я не предполагал, что все так обернется.

Я уткнулась лицом ему в грудь и тяжело вздохнула.

— Ты же прекрасно знаешь, что я не умею долго на тебя сердиться, а ворчу скорее по привычке. Просто… Это и так усложнит и без того мою нелегкую жизнь. Я прекрасно понимаю, что Алдар относится ко мне гораздо больше, чем к другу. Мне проще воспринимать эти чувства, как тягу, вызванную кровью видящего. Тем более что был прецедент, когда Элиш попробовал мою кровь. Шэйн, как бы неприятно это ни звучало, но превращение в вампира ничего не изменит. Я все равно умру, но умирать вампиром я не хочу! Я родилась человеком и умру человеком. С даром механика.

— Мы обязательно найдем выход. Все будет хорошо.

Я только кивнула в ответ. Надежда умирает последней. Ведь так? Значит, дадим пожить этому светлому чувству еще немного.

Шэйн уехал, пообещав, что мы скоро увидимся, и я самыми мрачными мыслями поднялась на порог дома вампирши. Сегодняшний день принес мне больше, чем предыдущий месяц. От вечера я тоже ожидала много чего. В основном плохого.

Подходя к двери, я чуть было не получила ею же в лоб. Смеющаяся Кристина сделала вид, что не заметила меня, удостоив коротким скользящим взглядом, подхватила под ручку Аниту и они дефилирующей походкой спустились с крыльца. За ними вышел, как всегда ко всему равнодушный Илья и… Кира с Азарием?!

Увидев меня, удивленно застывшую на пороге, друг радостно заулыбался.

— Я уж решил, что ты сегодня не явишься, — с намеком пошутил он и заработал красноречивый недовольный взгляд от Кира. — А нас Криспиан к себе в гости пригласил.

— Всех?

— Всех, Катерина, — с плохо скрываемой насмешкой произнесла Кира, кутаясь в соболиный воротник. — Но если ты не хочешь, можешь не идти.

Перспектива остаться одной дома в сравнении с тем, что всего пару минут назад я готовилась к суровой взбучке, а, возможно, еще и при злорадствующих целителях, засветила для меня ясным солнышком среди зловещей тьмы.

— Надеюсь, господин Криспиан не сочтен мое отсутствие за проявление неуважения? — осторожно спросила я, стараясь не показывать насколько сильно мне не хочется идти с ними.

По-видимому, у меня не получилось. В глазах женщины заплясали чертенята и она осуждающе покачала головой.

— Вот ключи от дома, — вампирша подала связку ключей. — Если проголодаетесь, смело хозяйничайте на кухне. Вряд ли мы вернемся скоро, — и она с Азаром поспешила к нетерпеливо ожидающим их целителям.

Мои же мрачные ожидания не оправдались и окрыленная возможностью побыть одной дома (а в последнее время мне этого очень хотелось), я сразу отправилась на кухню (святое дело) поужинать. После ужина я проверила ф'езэ и убедилась, что оно готово. Если завтра все получится, то моя работа на древнего вампира может считаться оконченной. А если уж совсем повезет (не верю, но очень надеюсь), я сумею избежать разговора с Элишем.

Так как занять себя было нечем — читать не хотелось, а богатый эмоциями день утомил не хуже хорошей физической нагрузки, я незаметно для себя уснула в гостиной на диване. А ведь собиралась обдумать информацию, полученную от стеклодува. Вот всегда я так.

Засыпая, со стыдом вспомнила, что мы с Шэйном так и не удосужились узнать имени мастера. Впрочем, как и представиться самим.

Снилось что-то сумбурное и тревожное, оставляющее неприятный осадок. Снова послышался крик ворона. Короткий и злой. Вскинулась и проснулась. Большие часы из резного дерева гулко отбивали полночь. Это их я перепутала с криком птицы. По крайней мере, трусливо успокаивалась этим. Гнала от себя мысли, что песнь вестника не за горами, как только могла. Включая и самообман.

Комната была погружена в полутьму, и лишь зажженный камин освещал небольшое пространство, создавая мистическую, немного мрачноватую обстановку. В гостиной я была не одна.

Рядом что-то тихо зашуршало и на журнальный столик полетела небрежно сложенная газета. Я седа на диване и увидела, что в соседнем кресле вольготно расположился Алдар Элиш. Змеиные глаза светились в темноте пугающим красным огнем.

И как он только умудряется читать при таком скудном освещении? — не к месту мелькнула отрешенная мысль.

Кажется, я говорила, что удачно осталась одна дома и, возможно, мне удастся избежать разговора с Элишем? Забудьте.

У нормальных людей к коим я, к сожалению, не могу себя отнести (и это не самокритика, а объективное заключение, достигнутое путем многочисленных проверок) иногда случаются любовные треугольники. У меня же прям параллелепипед какой-то получается. Причем это слово необходимо произносить с чувством и неправильным ударением.

Что говорить и как себя вести я абсолютно не знала. Мне еще никогда не было настолько неловко рядом с Алдаром.

— Ты давно здесь? — откашлявшись, спросила я хриплым ото сна голосом, пытаясь хоть как-то разогнать гнетущую тишину.

— Достаточно долго, — равнодушно ответил он сухим тоном.

Он был зол и едва сдерживал свой гнев. Казалось, воздух начал потрескивать от напряжения.

А… была не была!

— Я знаю, что ты виделся с Тергишем и тебе все известно. Ты поэтому здесь?

Сердце билось, как сумасшедшее, а слова давались с невероятным трудом. На вампира я не смотрела. Не хотела. А еще до обидного было стыдно. Я не считала себя виноватой, могла найти сотни оправданий, но чувство вины неприятным грузом давило на плечи.