Чтение онлайн

«Прорыв Хаоса, да…», – думал Дагомар. – «Ведь и лечить удается электричеством, некоторые неподдающиеся депрессии удается ослабить только так».

Оттого-то многие больные и стремятся получить электрическое лечение вновь, когда депрессия возвращается. Нечто в мозге при таком воздействии встает на место, хотя бы временно. Интересно, как это объяснить в терминологии Хаоса? Электрический удар изгоняет его из системы, но впоследствии тот возвращается через те самые места поломок?».

Ее разбудило ощущение холода. Она вся горела. На термометре 38.8. Раскалывалась голова, и болело горло.

Эрика заставила себя встать и выпить пару стаканов чая с малиной. Развела в воде пакетик какого-то лекарства с противным вкусом. Потом она заснула, но это был вязкий и утомительный сон.

Угрожающий треск, в полной темноте горит костер. Языки пламени и прыгают, и кружатся в неистовом темпе, и неумолимо ползут к ней. Искры пучками выстреливают в мутно-черное небо. Огромный страшный костер пылает. От него идет жар. Слышны крики, но слов не разобрать.

Она пытается пятиться и понимает, что связана, как тряпичный человечек, прилепленный к столбу. У ног лежит что-то тяжелое. Дым от огня душит ее, но ей холодно. А в голове какая-то нерешенная шарада, которую обязательно нужно закончить…Она засыпает в этом ледяном пламени, и перед тем, как закрыть глаза окончательно, видит, что у ног ее лежит детское тельце в обгоревшем платьице.

Кошмар выплевывает ее из костра, который превратился в огненного дракона. Но дракон неожиданно добр, и она в поисках утешения прижимается к его прохладной морде. Ей становится лучше, она согревается, и голова перестает так сильно болеть. Эрика в порыве чувств целует дракона и смотрит в его желтые неподвижные глаза.

Эрика и раньше видела этот огненный сон. Он навещал ее с детства, но сегодня стал глубже и понятнее. Она помнила, что раньше это были просто языки пламени, искры. А сегодня жар подобрался ближе и странно переплелся с холодом, идущим изнутри. И это тельце у ног… Хорошо, что добрый дракон выручил, вовремя достал ее из жутких видений.

Эрика так впечатлена была своим сном, что отвлеклась и от болезни. Хорошо, что картина этого наваждения прояснилась, ей отчего-то так легче. С рассветом она стряхнула липкий дурман и…поняла, что здорова.

Эрика, как ветер, носилась по квартире, собираясь на работу. Первый день, опаздывать нельзя.

Должность в отделе маркетинга небольшой производственной фирмы Эрике предложил Эрнест, убедив ее, что это именно то, что ей нужно. Владельцы, семейная пара, работали, не покладая рук, и по-домашнему заботились о сотрудниках.

Решение руководством маленькой организации было принято быстро, на следующий день после собеседования с директором. Эрика рада была новому опыту в тесном кругу людей, с которыми приходилось работать бок о бок. Ей, бывшей студентке, было комфортно в этой гибкой организации.

Предприятие производило обувь из текстиля. В том числе, для кукол. У владельцев была причуда – на предприятии жил паук, символ текстильной промышленности. Правда, паутину он не плел, зато вид имел гордый и внушительный. Жил он в домике в виде ключницы, что, по мнению владельцев, привлекало удачу. Над стеклянным ящиком, где обитало существо, висели кукольные башмачки.

Сотрудники любили своего паука и гордились им. Он вместе с домиком красовался на торговом знаке и был частым сюжетом рисунка на выпускаемой продукции.

Эрику паук очень заинтересовал. Ей хотелось стоять и смотреть на него, но было неудобно – еще подумают, что она легкомысленная бездельница. Эрика решила задержаться вечером после всех, чтобы разглядеть местного любимца хорошенько.

На самом деле, ей действительно хотелось почувствовать себя профессионалом. Еще до собеседования она собрала данные о работе компании, и уже сегодня могла представить результаты этапа аналитики. Изучив целевую аудиторию и выбрав возможную нишу, Эрика погрузилась в «анализ конкурентов». У нее уже был готов свой вариант стратегии развития для компании, но она хотела посмотреть, что подкинет реальная жизнь.

Пробегав целый день, знакомясь с сотрудниками и производством, Эрика не забыла о своем намерении. Оставшись в конце дня под предлогом желания изучить документацию, она принялась наблюдать за пауком, который к вечеру оживился и слонялся по своей территории. Было в нем нечто завораживающее. Так много у него глазок!

Когда что-то влечет, нужно уделить этому внимание и разобраться в истоках своего отношения. Таково было правило Эрики, записанное в дневник, поэтому она решила, что почитает про паучью нервную систему. К чему там подсоединяются эти глазки в мозге существа?

Над стеклянным ящиком висели кукольные башмачки, сделанные вручную. Эрика сняла их и долго разглядывала. Каждый из них был вдвое меньше ее ладони. Как много труда вложено в вышивку!

Ее отвлек звонок Эрнеста, интересовавшегося, как прошел день. Он предложил заехать за ней, и она начала быстро собираться.

Доктор Дэм пытался разговорить давно известного в больнице пациента. Альберт был хитрым и скрытным. Много лет назад он в приступе болезни поджег подпольный дом утех, и тогда серьезно пострадали находившиеся там люди. В тот раз Альберт долгое время состоял на лечении в закрытой больнице, а после был выписан, и ряд лет о нем ничего не было известно.

И вот на днях кто-то из медбратьев, случайно прогуливаясь, увидел давнего пациента, причем в качестве охранника и при оружии. Вид у Альберта был слишком уж задумчивый, и медбрат заподозрил, что у их старого знакомого галлюцинации.

Альберт, узнав медика, сразу напрягся. В ответ на расспросы он сначала отмалчивался, а потом неосторожно заявил, что «охранять – его миссия». Это привело к расспросу сослуживцев и членов семьи, и через пару часов бывший охранник уже был доставлен в больницу и беседовал с доктором.

По прошлому опыту Альберт знал, что откровения с медицинскими работниками заканчиваются нарушением всех планов того, что он полагал «волей высшей». Он сильно сожалел, что разговорился с опознавшим его медбратом, и теперь в разговоре с доктором Дагомаром пытался взвешивать каждое слово.

Доктор Дэм решил остаться с пациентом наедине и попросил медбрата выйти. Альберт сидел напротив и слегка улыбался. Он пытался выглядеть добродушно и «неподозрительно», но в то же время был явно напряжен.