Чтение онлайн

— Унд я-а-а-а, понимайт! — подмигнул мне Шварц. — Работа, она такая! Но и без неё не обойтись. Нужно же как-то добывать средства, чтобы удовлетворять свои маленькие слабости? Хабе ихь рихьт? Правильно я говорю?

— Зришь в корень, — кивнул я. — Кстати, а ты чего тут один? Где Неждан? Женёк? Хоть кто-то?

— Вайс ихь нихьт! Не имею понятия! — развёл Пастор руками. — Унд я-а-а-а, время неурочное. Видимо, не только у тебя дер умштенде… дела и заботы! Кстати, а что так рано, юнгеман?

Чёрт, точняк! Для меня время тоже неурочное. Я обычно сильно позже в игре появляюсь. Рабочий день до шести, плюс до дома добраться, плюс туда-сюда — умыться, переодеться, пожрать, котейку обиходить… часам к восьми по самарскому времени в виртуал ныряю. И это в лучшем случае, когда обстоятельства удачно складываются. А тут нате вам — пяти ещё нет! Немудрено, что Шварц удивился.

— А сам чего? — технично перевёл я стрелки, очень вовремя припомнив принцип «лучшая оборона — это нападение». — Ни свет, ни заря!

— Ах, юнгеман, юнгеман! — страдальчески закатил глаза Шварц. — Хотел бы я, чтобы у меня были дер умштенде… дела и заботы в реальности! Но чего нет, того нет! Вот и приходится коротать время в имагенере вельт… в воображаемом мире! Ихь вюрде куда деваться?!

Так-так-так… а с чего это Пастор вдруг так разоткровенничался? Раньше, помнится, из него клещами слова лишнего не вытащишь, в смысле, по делу. Так-то он потрепаться любит, хлебом не корми! Вернее, брут унд буттер!

Впрочем, пофиг. Главный вывод я сделал: наш Пастор Шварц не просто игрок, убивающий свободное время в виртуале. Он к игре привязан. Либо контрактными обязательствами, либо какими-то жизненными обстоятельствами. Какими? Да элементарно! Будь у меня возможность в старом мире после получения инвалидности зависать в виртуальной реальности, да ещё и с эффектом полного погружения, я бы именно так и делал. Потому что здесь, в конце концов, возможностей для заработка ничуть не меньше, чем в традиционном для Земли прогейминге. Всяко бы родственникам было полегче меня содержать. Да и ухода сильно меньше потребовалось, поскольку львиную долю забот на себя бы взяла капсула. Кстати, понятно теперь, отчего такая реакция. Ну кому, скажите на милость, приятно о собственной немощи распространяться? Ещё поймут не так! Жалеть примутся! А это самое худшее, что только можно представить. В смысле, для и без того надломленной психики. Так что не буду докучать бедолаге, захочет ещё что-то сказать — скажет. Ну а на нет и суда нет. Как говорится, нет, нихьт, найн!

Единственное, возникает один щекотливый вопрос: а чего это он тогда на нашем с пацанами усреднённом уровне застрял? При его-то временном ресурсе? Да он же может едва ли ни круглые сутки качаться! Из рейдов не вылезать! Мало ли адекватных групп? Не с первого, так со второго раза к нормальным игрокам прибьёшься. Ну, или с десятого — плевать, если времени вагон и маленькая тележка. А он, понимаешь, с нами нянчится. Ц-ц-ц! А вдруг… это и есть ключевое слово? Я про «нянчится». Тогда понятно, почему он по уровням в отрыв не уходит. Вот только зачем это ему?! И вообще, а как он на меня вышел? В смысле, в самый первый день, когда мы познакомились? Меньше месяца назад, по факту, а кажется, что уже целая вечность прошла — настолько я с Пастором свыкся. И даже сжился. И уже не мыслю своего игрового существования без этого эксцентричного типа. И ведь не кто иной, как Шпеер-Макс, его появление анонсировал! И отрекомендовал ещё как-то затейливо… точно! Так и сказал: желаю интересных знакомств! И ведь не соврал! Н-да… и впрямь, что ли, заморочиться, да отследить «кабель»? Ну, насколько это в принципе будет возможность? Пожалуй, так и сделаю. Только сначала неплохо бы усыпить бдительность тёмного кхазада. И здесь как нельзя кстати будет испытанный способ — заболтать до полусмерти. Вернее, сделать так, чтобы это он меня забалтывал. А для этого большого труда — равно как и ума — не надо…

— Пастор?

— Я-а-а, юнгеман?

— А расскажи-ка, друг ты мой сердешный, что у нас на Просторе за эти дни стряслось?

— Ихь бинютиге дитайс! Поконкретнее, битте!

— А что, краткую сводку слабо? — усмехнулся я.

— Нихьт обижайт дер Пастор Шварц, юнгеман! Чтобы я, честный кхазад, и сплетничал кратко? Да вы за кого меня принимайт, майн фройнд?! — возмутился мой приятель. — Рассказывать, так с подробностями!

— Да-да, я знаю — с чувством, с толком, с расстановкой! — поддержал я собеседника. — Ладно, сдаюсь! Но тогда хотя бы не обо всём подряд!

— Ихь вюрде как получится! — развёл руками Шварц. — Поэтому и говорю — генауэр гезагт! Поконкретнее, биттер! День, час, регион?

— Только не говорите, Пастор, что у вас есть собственная… как там её? Ин-фор-ма-ци-онс динст! — тщательно выговорил я… тупо озвучив возникшее прямо перед глазами системное сообщение.

Фига се! Это у меня теперь что, собственный переводчик появился? Ну, игровой? А раньше почему не было? Типа, на автомате работал, по умолчанию, а я с некоторых пор каким-то неведомым образом могу вмешиваться в настройки системы?! Причем изнутри этой самой системы? Не выходя в соответствующее меню? Хм… любопытно!

— Ихь вюрде вы мне льстить, юнгеман! — отпёрся Пастор. — Нихьт информационная служба! Так, слухами Простор полнится!

Опять намёк? Ну, что весь этот тевтонский — тьфу, кхазадский! — колорит суть наносное? А так-то он наш, исконно-посконный, славянский? Так я в этом уже давно не сомневаюсь! Или это у меня паранойя обострилась? Если так, то весьма печально. И даже досадно.

— Что ж, Пастор, насчёт региона никаких ограничений вводить не буду… что же касается всего остального… а что у нас в воскресенье минувшее происходило? Ну, из такого, — неопределённо покрутил я ладонью в воздухе, — из резонансного? В районе полудня по времени Бурноградска?

— Вот только не говорите, юнгеман, что у вас там, в делах и заботах, доступа в сеть не было! — как-то странно покосился на меня Шварц. — Да об этом событии до сих пор бурные споры не утихают! Столько копий поломано! Столько ди арше подгорело, вы бы знали, юнгеман! Унд я-а-а, так уж и быть, поведаю вам сию поучительную историю! Расскажу всё, что сам знаю!

— Заинтриговали, Пастор!

— Мя-а-а-а-у-у!

— И ты слушай, кляйне катце!

— Пастор, не томи!

— Ихь вюрде дайте с мыслями собирайтс! Фертихь, собрался! В общем, в воскресенье около полудня некий цузаменшлюсс дер кленс… содружество кланов вознамерилось добраться до Гроссартихь Кто-то Там! Пощупать, так сказать, его дер арш!

— И-и-и?.. — ожидающе уставился я на Пастора.

— Нойе рекорт ин арбайт! — развёл тот руками.

В который уже раз, да-да. Но что поделать, если это у него любимый жест? Понять и простить. Но меня куда больше поразил тот факт, что отдельного перевода не потребовалось — во-первых, по контексту догадался, а во-вторых, снова из ниоткуда вынырнуло системное сообщение с продублированной на русском (естественно, латиницей!) фразой Шварца: новый рекорд в прогрессе достижения. Так-то удобно, конечно, но, блин, пока что напрягает. Вот когда привыкну…

— Ну как, юнгеман? Я вас впечатлил?

— Вполне, Пастор! — подыграл я соратнику. — Ну а теперь — жажду подробностей! Или вам некогда? Может, качаться пойдём?

— Куда вы торопитесь, юнгеман? Отставание у вас зимболиш… символическое! За айн… нихьт! Цвай штундн нагоним!

— Два часа, говоришь? — хмыкнул я. — Твоими бы устами, Пастор!

— Я-а-а! — радостно осклабился тот. — Так вы готовы слушайт детайс, майн фройнд?

— Готов, — смирился я с неизбежным. — Выкладывайте всё, что знаете, Пастор!

Это я, конечно, зря. Такой сейчас ящик Пандоры открыл, что мама не горюй! С другой стороны — а чем это не очередное подтверждение моей безумной теории? Вот именно, что оно и есть! А кто может больше информации предоставить, чем Пастор Шварц? Ну, разве что Шпеер! Но до него ещё докричаться надо — раз, и я лучше к нему подготовленный явлюсь, чтобы задавить массивом данных — два. Авторитетом-то не получится, вот и приходится изгаляться. Такой вот у меня хитрый план. Ну а потом, конечно, пойдём качаться. Как иначе-то, если на вечер у нашей дружной пати очередной рейд запланирован? Очень бы не хотелось друзей-соратников подводить под монастырь. Потому что они мне потом общими усилиями отформатируют мозг. Циркулем.