Чтение онлайн

А вот разговор с полицией был, да. На моё счастье, очень короткий — господа правоохранители были во мне максимально не заинтересованы и даже спокойно отнеслись к той новости, что я забыл документы дома и сказался им Василием Викторовичем Каневским.

Совпадение? Не думаю. Просто мне не нужно, чтобы всплыла фамилия Каннеллони. Думается, что Орловы сразу же вспомнят имя человека, убийство которого заказывали несколько дней назад.

И кстати, отмаза про забытые документы исправно работала с первого дня. А потому что они тут нахрен никому не нужны. А потому что ресторанка. Хоть и премиальная, а всё равно. Чтобы официально трудоустроиться, нужно минимум полгода капать на мозги руководству, ведь с их стороны никакой инициативы не будет — я гарантирую это. И такие вот забывчивые товарищи вроде меня ценятся, ведь за них не нужно башлять налоги.

Но к делу! Полиция явилась, но по сути ничего не случилось. Ситуация скорее потешная, а весь состав преступления сводится к тому, что некий шеф-повар прилюдно побывал лицом промеж грудей графини. Ущерб сугубо моральный. Будь Франсуа Денисович аристократом, мой сводный братишка мог бы вызвать его на дуэль, а так.

Так помимо разбитого хлебальника ему грозило увольнение, да ещё микроскопический срок за нарушение общественного порядка. Господа полицейские не увидели в деле никаких следов ментального воздействия, скрытых смыслов и умыслов. Бытовуха на почве ревности, и та без криминала. Упаковали шефа, да повезли.

Спасли по сути, ведь кто знает? Если бы не органы, отошедшая от первого шока вдова Орлова могла бы приказать своим ребятам прокатить Франсуа Денисовича полюбоваться лесным массивом. Или дном Москва-Реки. Или камерой крематория изнутри, чёрт его знает, какие у графини методы.

— Так, ребят, — это Стася Витальевна спустя какое-то время после инцидента собрала весь персонал на кухне. — Думаю, вы сами всё понимаете. На несколько дней придётся закрыться.

Мишаня Кудыбечь тут же поднял руку. Стася крепко держала подчинённых, — надрессировала, ага, — и перебивать её было чревато.

— Миша?

— На несколько — это насколько? — уточнил бородатый.

— Неделя, может чуть больше, — развела руками управляющая. — Сегодня же начну искать нового шефа. Абы кто не сойдёт, нужна звезда и…

…и дальше её уже никто не слушал. Как будто ясно солнышко из-за тучек вышло, на лицах работников общепита начали расцветать улыбки. После связанной с употреблением эликсира перегрузки, как маг я из себя ничего не представлял, но если бы мог сейчас прочитать их мысли, то потонул бы в потоке всеобщей радости.

Банкет-то ребята отдали, и отдали хорошо. Обещанные деньги уже жгли карман, а тут ещё и внезапный отпуск нарисовался. С лёгкой руки шефа Франсуа, так сказать.

— Домой слетать, что ли? — Гио мечтательно замер, наполовину стянув с себя китель и начал мурлыкать под нос. — На Кавказе девушки, с-с-с-самые крас-с-с-сивые.

— Нахрен садик! — а это Мишаня решил поведать о своих планах. — Арендую тачку и палатки, свожу пацанов в Карелию. Бесов нос, языческие лабиринты, Смерть-Гора. Отдохнём хоть разок в жизни по-человечьи!

— Да? Да-а-а-а! — а вот Санюшка конкретики не дал, но видно было, что человек лучится счастьем и тоже найдёт чем себя занять.

Уже на выходе, ребята предложили бахнуть по пиву, но я отказался. Слишком многое предстояло обдумать. А именно: что делать, как делать, когда делать, с кем делать и так далее. Тяжко переворачивать мир, опираясь на зыбучие пески, а у меня кроме них никакой другой точки опоры не было.

Ну да ладно. Уже утих первый стресс от того, что я теперь наследник заводов-газет-пароходов, я успокоился и вспомнил истину. К жизни нужно относиться легче. В конце концов, мой подростковый возраст выпал на девяностые, молодость на нулевые, да и опыт в качестве ресторатора в пандемию имелся, так что с этой грёбаной имперской магократией я тоже уж как-нибудь справлюсь.

Главное найти за что зацепиться.

По пути из столицы, я полностью привёл мысли в порядок. А ещё чуть позже, пока трясся в автобусе по дороге к Пирогово, на меня вообще внезапно рухнуло счастье. Навалилось всем весом! Полное, блин, абсолютное и перманентное. Хотелось улыбаться прохожим, дарить девушкам цветы, баловать звиздюков мороженкой, танцевать и смеяться.

И песня ещё привязалась.

— Пьяный ветер в облаках! — довольно улыбаясь проорал я, убедившись, что вокруг никого. — Пыль дорог на сапогах! То ли радость, то ли страх! Мёд свобо-о-о-оды на губах!

И блин. Как точно классик описал мое нынешнее настроение! И про радость, и про страх, только вот вместо сапог старые убитые кроссовки.

Довольно щурясь от солнца, я шагал к пляжу и мозговал над своими дальнейшими планами. Будний день, время около четырёх, и потому народу здесь сейчас не было совсем. И даже местная разливайка закрылась, что для неё совсем нехарактерно.

Через перелесок, по песочку, по хлипкому причалу, я залез на катер и вошёл в кухню. И тут же услышал из каюты страстное:

— Ах!

А потом сразу:

— Ох! — другим голосом и шлепок, будто лопатой по тазику с дрожжевым тестом бахнули.

Задорный аудиоряд продолжился, а я маленько охренел. У закрытой двери в каюту сидела смущённая, насколько это вообще возможно для собаки, Тырква. И если бы она умела пожимать плечами, клянусь, при нашей встрече именно так бы и поступила.

— Кхм-кхм! — прокашлялся я и постучал в каюту.

Стоны резко смолкли и сменились активным шебуршанием.

— Минутку! — раздался крик Нечаева.

Прошла не минутка, а две, дверь открылась и на кухню вышли растрёпанные барышни. Тётя Света и тётя Катя — две кассирши-сменщицы из закрытой разливайки. Васька Каннеллони часто бегал к ним менять крупные купюры на сдачу.

Ну что ж, вот и минус одна загадка вселенной.

Побритый-помытый Вадим Агафонович времени зря не терял и решил устроить себе старую-добрую оргию. И либо просто не смог дотянуться до кого-то ещё, либо являлся большим почитателем пышек, — не путать пышность с рыхлостью! Да-да, обе кассирши были достопочтенными матронами в самом лучшем значении этих слов, и на двоих обладали так-эдак двенадцатым совокупным размером груди.

— Здрас-с-сьте, — поздоровалась красная как рак тётя Катя и двинулась на выход.

— Добрый день, — буркнула тётя Света и тоже прошмыгнула мимо.

Ну а я на свой страх и риск шагнул в каюту. Обмотанный полотенцем Агафоныч как раз хлестал воду прямо из кастрюли, — видать, другой посуды не нашёл. И что интересно, при виде меня Нечаев расстроился.

— Не прокатило, — вздохнул он, отпрянув от кастрюли.

— Что не прокатило?

— Ну как «что»? — Вадим Агафоныч начал одеваться. — Эликсир № 11. Ты, конечно, паренёк смышлёный, но против нормальных одарённых это не панацея. Думал грохнут тебя сегодня, и я катерок по-тихому утащу. Без обид только! Больно уж он мне понравился. Но раз уж ты живой, то ладно, будем учиться. И будем считать, что ты прошёл первую проверку. Поздравляю!