Чтение онлайн

Во как…

— Давай, Василий Викторович. Докажи, что ты не только языком болтать умеешь. Ну так как? Согласен? — князь улыбнулся и протянул мне руку. — Справишься, и поговорим про пляж.

Неожиданно, конечно, но-о-о… я ведь и сам про себя размышлял о том, что вся эта тема с аномалиями крайне перспективна. Возможно даже, что именно в этом и есть моё будущее. Надо развивать направление, вот заодно и займусь.

Спрашивать, что будет в том случае, если я откажусь, я не стал. Нахрена? Лишний раз расстроиться и узнать, что твои яйца сжимает чья-то чужая враждебная рука? Оно ведь и так понятно; откажусь и за князюшкой не заржавеет устроить мне проблем. Так к чему тогда портить такой замечательный момент?

— Согласен, — сказал я и пожал Волконскому руку…

— Приехали, Василий Викторович.

Машина князя высадила меня у деревянной арки. В небе к этому времени забрезжил рассвет, появилась лёгкая влажная дымка, и музыка со стороны пляжа уже не звучала. Вот-вот и утро наступит. Шуруя по помосту в сторону катера, я разминулся с компанией гашёных озорных гуляк и уступил им дорогу.

— Сып-па-сиба!

Два мужичка около тридцати буквально несли своего друга на выход. Взгляд у того был отсутствующий. Ноги по земле волочатся, изо рта тягучая струйка слюны стекает, мычит чего-то, короче… так себе зрелище. Однако я не мог отнестись к нему иначе, кроме как с теплотой и нежностью. Ты ж мой хороший! Ты ж мой золотой! Если ты умудрился так убиться у меня на вечеринке, то наверняка оставил в кассе не меньше десяти тысяч. Спасибо тебе, мил человек.

— Приходите ещё! — крикнул я мужичкам вслед.

— Пырь-ни-пырь-мена! — отозвалось тело по центру.

Дальше мне почти сразу же встретились две «официантки». Усталые и молчаливые. Будто пешие мотоциклисты со шлемами, барышни несли подмышкой свою униформу — разноцветные ослиные головы.

— Девчонки, как дела? — спросил я. — Станислава Витальевна с вами рассчиталась?

— Да-да, — кивнула одна из них. — Спасибо большое.

— А по чаевым как вышло? Надеюсь, жирно?

Тут усталость с их лиц будто рукой сняло. Улыбнулись, переглянулись; одна даже захихикала.

— Очень жирно. Мы даже не знали, что можно столько заработать вот так, а не… не по-другому, короче говоря. Сонька до последнего переживала, что сейчас начнётся. Говорила, мол, истыкают нас, как подушечку для иголок, ан-нет. Гости очень приличными людьми оказались.

— Ну класс! Короче говоря, вам понравилось?

— Ага.

— Ещё поработаем вместе?

— Если позовёте.

— Обязательно! — с тем и разошлись.

А я подумал о том, что если мы действительно начнём работать на постоянной основе, — и в том случае, если мадам Сидельцева отпустит своих работниц, — то я за них возьмусь плотно. Устрою корпоративный спортзал с обязательным посещением, штатных мастеров красоты найду, и приведу придорожных фей в кондицию. Чтобы и вечеринку на пляже обслужить, и великосветский приём.

Ну… Само собой, если барышни сами изъявят такое желание. Благо, синдромом спасателя я не страдаю, и насильно причинять добро никому не собираюсь.

— Васька! — крикнул Агафоныч.

Бомж-барон кинулся в мою сторону, едва я сошёл с помоста на гальку. Подбежал, обнял, по плечу похлопал. И это, блин, тот же самый человек, который совсем недавно расстраивался, когда я вернулся живой после заварухи с эликсиром № 11.

— Что там было-то? — спросил Агафоныч. — С князем с этим?

— Нормально всё, — улыбнулся я в ответ. — Заказ нам подогнал. Доверил обслуживать аристократический званый ужин в качестве кейтеров.

— Серьёзно?!

— Ещё как…

А про все подробности завтра! Пошли уже вторые сутки без сна… или даже третьи? Не суть! Суть в том, что мысли в голове уже еле ворочаются. Мозг требует пощады. Молодой организм пускай и прощает очень многое, но проверять его на прочность без крайней необходимости всё равно не стоит. Устал. Максимально устал. Да о чём говорить, раз я даже деньги считать не хочу?!

Гостей на пляже уже почти совсем не осталось. Так, несколько загулявших до утра компашек, рассредоточенных тут и там. И они, я уверен, справятся как-нибудь сами, без нас. Кухня в стоп, бар закрыт. Был «El Baion», да вышел весь, и дальше наши полномочия всё.

Чуть проспавшийся Санюшка сидел на катере, свесив ноги с палубы, задумчиво смотрел вдаль и курил. Гио куда-то пропал, — хотя знамо куда, конечно, — неугомонный Миша Кудыбечь замывал кухню, а Стася Витальевна распустила команду официанток и игралась с Тырквой. Собаченька явно запала в душу бывшему кинологу.

— Ребят, всем спасибо за работу! — крикнул я. — Завтра подобью кассу и со всеми рассчитаюсь! Миш! Брось нахер гриль, завтра сам домою!

Дальше случился последний на сегодня серьёзный разговор. Тет-а-тет со Стасей про княжича Волконского. Я вывалил всё как есть, объяснил свой поступок и спросил, правильно ли сделал? Ну… потому что кто там с кем, кого и как — это вообще не моё дело. И как знать? Может, Малыгина всю жизнь хотела себе богатого хахаля, а какой-то Васька Каннеллони взял и решил всё за неё. Однако:

— Всё правильно, — улыбнулась Стася. — Спасибо.

Ещё полчаса пост-рабочих шуток-прибауток, сборы, вызов такси, — за мой счёт, естественно, — и вся команда отправилась по домам. Мы же со старым сенсеем снова остались вдвоём.

— Извини, Агафоныч, но завтра без счастливых часов, — сказал я и побрёл в каюту. — Кассирши подождут, а мне выспаться надо…

Лёг я где-то в шесть часов утра, а проснулся только в шесть вечера. Меня разбудил металлический лязг с кухни — это шакалил Агафоныч. Столовой ложкой, сенсей шумно выгребал остатки чили кон карне из сорокалитровой кастрюли, мазал его на подсохшую тортилью и уплетал за обе щёки. Хоть бы прогреть додумался.

— Утро доброе.

— Утро, ага, — хохотнул Агафоныч и облизнул ложку. — Мастер ты, конечно, харю давить.

— Пивка?

— А давай.

Первые несколько глотков, — те, что после зубной пасты, — были не очень, а вот потом пошло как домой. В качестве завтрака у меня сегодня тоже была чилюха — её остатков хватило как раз на два буррито.

Сели, стало быть, поели. Чуть поржали, вспоминая вчерашний день, и теперь настало время пожинать лут! Расположившись на палубе, я принялся подбивать кассу. Нал, безнал, налоги, остатки алкоголя. Поскольку предприятие у нас микроскопическое, его и считать было удобно. А главное — быстро.

— Ну хорошо, — улыбнулся я цифрам. — Очень хорошо.

Что же получилось в итоге? Если добавить к наличке ту, что мы заработали в парке, можно было целиком погасить долг перед Сидельцевой, что уже нихрена себе какая победа. Есть окуп! С безналом ещё лучше: малой частью я сразу же закрыл пустую кредитку, а вот над большей пришлось подумать.

Но то, само собой, были приятные муки. Основная дилемма заключалась в зарплатах: сколько заплатить пацанам? В конце концов я решил, что по тридцатке будет самое то. Если перевести в поварские смены — получалась плата за семь-восемь выходов. Ну разве плохо? Конечно же хорошо.

Да, с одной стороны есть вариант разбаловать ребят, а с другой — их ведь и прикормить надо. Чтобы они поняли, что всё не зря, и перспектива есть, и держаться меня в их же собственных интересах.

Вслед за тремя переводами, мне на телефон тут же пришли три сообщения. Миша написал: «Ништяк!», Гио просто: «Спасибо!», а Санюшка ограничился стикером с охреневающим котом. Реакция мне понравилась. Хорошая реакция, правильная.

Так… Теперь Стася Витальевна. Пускай по часам она отработала куда меньше остальных, её вклад невозможно недооценить. Малыгина поставила работу «зала» и всю дорогу правила железной рукой. Не исключаю, что без неё вечеринка могла бы развалиться в самом своём начале. А потому тоже тридцать! По-братски, чтобы никому не было обидно.