Чтение онлайн

Я улыбнулась, залюбовавшись его внешностью.

– Ты такой красивый..

– Не иду ни в какое сравнение с тобой.

Мы остановились у большой кареты, запряженной четверкой лошадей.

Лошадей!

Боже, это поистине грандиозная свадьба. Мама, мне еще будет что сказать тебе.

Дейдара помог мне подняться в экипаж.

– Я поеду следом, встретимся у храма.

Моей холодной руки коснулись горячие губы.

– Ты само совершенство. – шепнул он напоследок и посторонился, помогая взобраться остальным изысканно одетым дамам в элегантную карету.

Хлопнула дверца, начался оживленный разговор, мама поцеловала меня в щеку и сжала мои пальцы, тетушка достала платок, Конан ласково мне улыбнулась, кучер что-то задорно прокричал, и мы плавно влились в торжественную процессию на пути к церемонии нашего бракосочетания.

*Мауна Кеа – самая большая гора в мире.

*Бункин-но такашимада – традиционная свадебная прическа японских женщин.

*Учикаке – свадебное кимоно-накидка, шьется из самых дорогих шелковых и парчовых тканей, украшается изящной вышивкой серебряными и золотыми нитями, или ручной росписью по шелку. Одевается на белое кимоно невесты после обряда бракосочетания.

*Окобо – обувь на большой деревянной танкетке.

*Хаори – куртка, одеваемая поверх кимоно.

*Хакама – традиционные японские длинные широкие штаны в складку, похожие на юбку или шаровары.

====== Глава 68. “Когда все, наконец, закончилось”. Часть 1 ======

Слова священника, обернувшиеся для нас полной неожиданностью, заставили и меня, и Дейдару ненадолго превратиться в каменные изваяния.

Похоже, за всей этой шумихой и суетой мы позабыли практически о самом главном.

Супружеские клятвы. По моей спине пополз холодок.

Почему мне никто не напомнил об этом?! Неужели они не видели, в каком я состоянии? Ладно Дейдара, тот всегда сохранял достойный вид, но я! Судя по выражению лица моего жениха, он больше беспокоится за меня, нежели чем за свою импровизацию.

Какой стыд, мы забыли о важнейшей составляющей свадебного обряда и теперь опозоримся прямо у алтаря!

Из-за затягивающейся паузы, в зале зашуршал легкий шепоток, а священник деликатно кашлянул. Свои молитвы он уже прочел, служительницы храма преподнесли дары Богу Оо-цути-но ками* и приготовили для нас священное саке.

Быть может, мама с девочками и говорили мне про клятвы, да я ведь все пропускала мимо ушей! Подготовка к собственной свадьбе превратилась для меня в подготовку к собственным похоронам. А надежный вид Дейдары не вызвал подозрений о забывчивости или попросту неосведомленности, ведь, сдается мне, он никогда раньше не интересовался особенностями вступления в брак!

– Сакура.. – голос без пяти минут моего мужа, рассек тревожную атмосферу в храме и понизил уровень тревоги в моей крови. – Признаться, клятвы я заранее не написал.

Послышалось чье-то изумленное «ох», а мне, наоборот, стало в сто раз спокойнее и лучше.

– Но скажи, зачем писать то, что ты и так знаешь наизусть?

Мои губы расплылись в счастливой улыбке.

– За двадцать два года я не хотел и не думал о том, чтобы учиться любить. В моей жизни никогда не было места для всего, что отдаленно напоминало бы романтику и взаимные симпатии, я жил одним днем и не заглядывал в будущее, я не ценил то, что имел и уж поверь, никогда не представлял себя в роли друга, способного так искренно и сильно полюбить.

Мое сердце застучало быстрей.

– Увидев тебя в первый раз, я просто почувствовал интерес к достойному соперничеству в битве, и мне было все равно на то, выживешь ли ты у нас или нет.

Краем уха я уловила проглоченный возглас негодования среди гостей.

– Когда ты была при смерти в больнице в стране Рисовых Полей, я начал что-то ощущать, что-то совершенно незнакомое и отталкивающее своею новизной. Ты умирала, и я с Сасори должен был тебя спасти на благо Пейна. Признаюсь, я думал лишь об организации, но твоя лихорадка и бред уже тогда проронили первые зерна неравнодушия в моей душе.

Я затаила дыхание. В голове вихрем проносились воспоминания давно минувших дней. Узнать о том, как зарождалась наша любовь.. Это ли не прекрасно?

– После того, как я вырвал тебя из лап Хидана и ты впервые, раненая и обессиленная, прижалась к моей груди, я понял, что не смогу не интересоваться твоей жизнью и решил насколько это возможно тебе помогать. И чем дольше я участвовал в твоей так называемой адаптации к Акацки, тем сильнее погружался в неизведанный ранее мир глубокой привязанности, которая быстро переросла в настоящую любовь. Ты спросишь, как же тот, который этого чувства никогда не знал и отвергал все, что похоже на теплоту и ласку, понял, что влюблен и готов до конца дней хранить этот душевный порыв в своем сердце? Ответ прост. Стоило мне представить, что тебя не станет, что в один далеко не прекрасный день я потеряю тебя – как вся моя суть перевернулась и в душу запала дикая отчаянная тоска, начисто выбившая все то, чем я когда-либо интересовался, чтобы скрасить скуку одиноких лет.

Дейдара легонько приподнял мой подбородок и внимательно посмотрел мне в глаза.

– Я клянусь, что позабочусь о тебе, клянусь, что сделаю все, чтобы ты могла чувствовать себя счастливой, клянусь быть поддержкой и опорой, верным мужем и любящим отцом. Сердце не обманешь, ты – моя первая и единственная любовь и останешься ею до конца моих дней.

Утонув в лазури его глаз, я не сразу расслышала восторженные перешептывания и усиливающийся гул одобрения в зале и не сразу поняла, что теперь моя очередь произносить священную речь.

– И слово предоставляется невесте. – громче чем надо огласил священник и вогнал меня в волнительный трепет желания поскорей раскрыть свою душу Дею, также как он раскрыл мне свою.

– Ты знаешь, я ведь думала, что уже однажды любила..

Глаза моего жениха вспыхнули искрами надежно спрятанной тревоги и зажгли огонь страха перед воспоминаниями ложной страсти его невесты.

Стоило мне сказать одну фразу, как настроение родственников и друзей превратило легкую атмосферу в храме в грозовую тучу.

– Я знаю, что это тревожит тебя, поэтому вынуждена говорить так прямо, немного омрачая наше с тобой торжество. Но если я умолчу о Саске, то между нами не будет полноценной искренности, которую я так хочу.

Просветлевший, но все еще тревожный взгляд блондина меня подбодрил.

– Я очень много лет страдала из-за него, это правда. Влюбившись совсем маленькой девчонкой, я усердно теплила это чувство в своем сердце и не позволяла забывать и переставать надеяться на то, что однажды меня, наконец, заметят. На мою долю выпало немало передряг и испытаний: часть из них произошла до нашего знакомства и они не помогли мне повзрослеть и превратиться в сформировавшуюся личность. Четыре года после его ухода я блуждала в лабиринте собственных спутанных чувств и упрямо верила в то, что люблю его и смогу вернуть любой ценой в Коноху. Наша битва при деревеньке Юнмен, где я обучалась у Нарин, впервые помогла мне верно расставить приоритеты. Пусть озарение и запоздало, но все же мне еще было что терять, я открыла глаза и увидела горькую правду и эта правда уберегла меня от дальнейших ошибок.