Чтение онлайн

За сутки до знаменательного дня, что должен был подвести итоговую черту всему, Эззиан выводил меня с особым наслаждением. Неизменно смеясь, он напоминал мне, сколько раз я была в шаге от венца. Но раз не согласилась на добрых и выгодных условиях сначала Крэйвола, потом Герфельда, то теперь я буду королевой, не имеющей никакой возможности покинуть подвластное королевство, а значит и повлиять хоть на что-то.

Большая часть особняка, такие как приёмный холл и основные гостевые коридоры активно украшались в цвета королевства. После ужина Эззиан даже намеренно проводил меня к углу музыкантов, что должны будут развлекать народ в назначенный день. Глядя на покоящиеся сейчас рояль, виолончель и скрипку стало тоскливо. Что-то глубоко внутри начало ворошиться подобно длинной змее, что раскрывала и сжимала свои кольца. Эззиан же напомнил мне, что согласно обычаям островов играть могут только специальные люди, далеко не самого высокого сословия. Тогда осознала, что за время битв совершенно забыла о выверенной иерархии искусства Думонд. Представив череду балов, где каждый шаг должен быть идеален и непоколебим стало дурно. Душило пышное платье с идеально тугим корсетом, болели глаза от яркого кричащего убранства с изобилием красного и золотого, оглохла от тишины, где нет спокойных разговоров, только самодовольный смех и диалоги на острие ножа.

В свои покои летела так, что солдат еле поспевал следом, несмотря на то, что я была на каблуках туфель, а он в удобных сапогах. В комнате ждали служанки, что как и всегда кинулись ко мне, помогая раздеться и подготовиться ко сну.

— Вон!! Пошли все вон!!! Убирайтесь!!!

Отталкивая от себя служанок, даже вцепилась одной из них в волосы, скидывая ей косынку и выволакивая подвывающую от боли женщину прочь из комнаты. Захлопнув за собой дверь, начала с силой разрывать шнуровку корсета и ткань. Оставшись в одном нижнем платье, почувствовала себя слабой и совершенно беспомощной. Дышать было по прежнему тяжело, распахнув окно, позволила порывистому ветру хлестать по лицу и трепать волосы. Захныкав, поняла, что слёзы так не идут, как не появлялись с самой смерти Йохана. Последнее, что я могла сделать — кричать. И пусть мой вопль слышат все острова. Может, он долетит до Роберта и отца.

Холодный коридор уходил вдаль, обрамляемый бесконечными колоннами. Лунный свет, что лился между ними голубой прозрачной стеной не дарил ни тепла, ни уюта. Тем не менее, коридор казался светлым из-за оттенка молочных стен. Было жутко и неуютно. Оглядевшись, направилась в место, где было больше глухих стен, хоть и разделяемых плотно закрытыми дверьми. Мрак их тени казалось могли дать больше безопасности. Но не успела я отойти слишком далеко, как одна из дверей отворилась, в коридор вышел человек. Во мраке его фигура казалась крайне непропорциональной. Тем не менее, звук каблуков его ботинок был ровным, ритмичным, уверенным. Когда он почти поравнялся со мной, то мне показалось, что у человека слишком много конечностей. Я в ужасе побежала вперёд, но достаточно быстро заметила, что мои шаги не издают ни единого звука. Не желая столкнуться с человеком в коридоре, прижалась к колонне, скрываясь в её тени и начала выжидать. Когда лунный свет наконец осветил идущего, кажется забыла, как дышать.

Шёл Генри. Не взрослый Эззиан, разменявший половину столетия, а именно покойный король Крэйвола. Молодой, красивый, статный. Светлые волосы чуть отливали медным, колыхаясь при каждом шаге. Медленном, но уверенном. Лицо спокойное, а глаза всё такие же цепкие. Одет был в парадный белый камзол с изобилием яркой золотой отделки и шнуровки. На руках он нёс девушку. Складки атласного белого шёлка платья прикрывали руку несущего. В лунном свете нежно и трепетно блестела серебряная вязь гипюра на корсете и перчатках, руки в которых безвольно колыхались при каждом шаге мужчины. Разве что на груди что-то темнело. Возможно, украшения или декоративная вставка в ткань. Ярким пятном во всей картине выделялись рыжие волосы девушки. Всё происходящее было одновременно так возвышенно, красиво и ужасающе, что я не могла заставить себя ни пошевелиться, ни закричать. Последние сомнения о том, кого нёс Генри рассеялись, когда король Крэйвола прошёл наконец мимо меня. Из груди княжны Фрайфола торчал отцовский кинжал, окрашивая светлую ткань лифа и корсета в багровый. Заставить себя сдвинуться с места я так и не смогла. Смотрела в спину короля, уходящему всё дальше по бесконечному коридору, залитому холодным лунным светом и продолжая слушать удаляющийся стук каблуков его башмаков.

Когда в дверь постучали, я не сразу поняла, что произошло. Стук повторился ещё раз и снова, когда я наконец поняла, что всё происходящее было всего лишь сном.

— Кто это?! — Крикнула, не открывая глаз.

— Пора вставать, Ваша Светлость! Его Величество король Эззиан уже давно ожидает вас за завтраком! — Служанка вошла, не дожидаясь дозволения и с шумом раскрывая тяжёлые шторы, впуская в комнату утренний свет.

— Я слышал, как ты вчера кричала от восторга. Я тоже рад объединить наши земли, давно хотел. И первое совместное мероприятие, которое организуем — нападение на Партоломеи.

— Я поведу армию? — Спросила отстранённо. Вкус еды как и происходящее вокруг стало пресным и безжизненным.

— Ни в коем случае. Я в отличие от Алана и Роберта буду беречь тебя. Островам Думонд срочно нужно продолжение рода, ведь династия не должна закончиться на мне.

Покачав головой, равнодушно вылила на пол содержимое своего бокала и потянувшись к Эззиану, взяла с его стороны графин с вином, наливая себе.

— Как мило, такая забота. — Усмехнулась, крутя бокал и наблюдая за брызгами жидкости о стекло.

— Каждый мужчина всегда защищает свой дом, свою семью и крепость. В данном случае ты враг, а значит всё равно, дама ты или мужчина.

— Ты рассматривал меня как потенциальную партнёршу…

— Нет. Я рассматривал тебя как жену, удобную для альянса. Не льсти себе, ты всего лишь товар.

— Так товар или враг? — Спрашивала больше по привычке отвечать и поддерживать беседу. В остальном однотипность диалогов была скучна.

— Враг, которого нужно сломить.

— Сокрушить. Врагов сокрушают

— Нет, тебя нужно именно сломить. Катерине удалось, удастся и мне. На сколько я вижу, — Эззиан подался в бок, облокачиваясь и акцентируя внимание на луже от напитка на полу и бокал с вином в моих руках, — я уже славно справляюсь

— Тогда напомню, каким в итоге остался Крэйвол, а каким Фрайфол.

— Попробуй. — Как всегда беспечно пожал плечами король.

От роскоши и изыска в особняке, ставшим дворцом тошнило. Но это состояние въедалось кажется в сами рёбра, изнутри. Всё вокруг смешалось в один длинный кошмар, не понятно когда начавшийся и не ясно когда завершится. То и дело вспоминала сон и прокручивая в голове варианты того, что он мог значить. Давно не видела таких детальных и длинных. Сидя на лавке в аллее смотрела на дворец, где в окнах на меня так же смотрели мои люди. По крайней мере они будут жить.

— Ваша Светлость! Принесли ваше платье на завтрашнюю церемонию, его необходимо примерить. — Прибежала ко мне служанка. Местная прислуга мне категорически не нравилась. И даже не потому, что все они говорили со мной на крэйволе, а из-за их манеры делать всё так, как положено. Они всегда помогали раздеться, одеться и собраться быстро, грубо, не реагируя на возражения.

Это было дико. Мне принесли удивительной красоты белоснежное платье с пышной многослойной юбкой и тугим корсетом, где за серебряным кружевом гипюра не было видно ткань основы. Но не это бросалось в глаза. На верхних слоях всего платья были вышиты рубиновые бусины разных размеров, имитирующих капли. Чем легче была ткань, тем больше было алых «брызг». Жестокая издёвка стала особенно очевидна, когда на примерке служанки закрепили мне фату. Я смотрела на своё отражение в зеркале, на капли, что застыли на прозрачной ткани, создавая ощущение, что ткань мокрая от крови, но по прежнему не могла выдавить и слезинки.

Хозяина торжества в следующий раз встретила ожидаемо в обед. Вообще я радовалась, что не смотря ни на что за всё время мы виделись только в столовой. Главной причиной было в конечном счёте желание чтобы он не видел меня сокрушённой. Я же себя ощущала не многим лучше, чем в темнице Крэйвола. Разве что тепло и сытно. Можно сказать что я внешне даже похорошела — отоспалась и восстановилась, но воля и желание бороться были скованы. Стражники замолкали едва я подходила, словно могла их понять. Прислуга была грубой, не скрывая своей неприязни ко мне. Радовало, что после того как оттаскала одну из них за волосы больше не лезли без приглашения. На долго ли? Сам Эззиан обещал, что займётся моим просвещением, наняв учителя, что заполнит все пробелы в моих знаниях подвластных земель. Мне оставалось участливо кивать головой. Образы стен подземелья так и не пропадали. «Делай что хочешь, но только в отведённой каменно коробке». В моём случа за пределами этой коробки бескрайняя вода, ведь даже жители не могли покинуть острова без особого дозволения монарха. Сам король вновь ушёл в красочное описание какое великолепное у него, а скоро и у меня, королевство. Целый мир чудес и великолепий. Король не почитал свой народ, но сами земли — другое дело.

За ужином Эззиан был бодр и весел, если не сказать больше — воодушевлён. Он с нескрываемым энтузиазмом рассказывал союзниках островов, названия чьих государств я слышала в первый раз, а потому в большинстве случаев понятия не имела, о чём вещал король. Позже речь и вовсе зашла о Партоломеи, как мы разгромим их тем же способом, как и когда прибыли герфельды, то есть высадимся и войдём в города как союзники, а потом захватим королевство изнутри, застав врасплох. Я не встревала в монолог и не выказывала никакой заинтересованности, только перебив, задав единственный вопрос, что терзал меня.