Чтение онлайн

И вот теперь Стус сидел на скамье перед музеем. Давно он не испытывал такого подъема.

Да, эта выставка как нельзя кстати! Картину можно взять. Люди “Черного беркута” Сделают это, — размышлял Стус. Он был доволен, что “беркут” не смог устранить Стабулниека, а даже желал последнему доброго здоровья. Сообщение Стабулниека не будет иметь никакой ценности, если картина не попадет в руки к чекистам.

Стус посмотрел на часы. До двух, когда он мог встретиться с “Черным беркутом”, было еще далеко. Поэтому часть пути до кладбища он решил проделать пешком.

Он не спеша шел по нарядной улице Ленина с видом праздного человека, окидывая взглядом сверкающие витрины магазинов. На углу улицы Фридриха Энгельса завернул в магазин научной книги. Купил несколько брошюр.

Посмотрев в окно, Стус заметил на противоположной стороне улицы парня, которого он уже видел около музея. Посланец “беркута”? Это избавляло его от необходимости ехать на кладбище. Стус вышел из магазина и, дойдя до улицы Революции, свернул влево.

Прошел два квартала. Прохожие попадались редко. Остановился на углу, закурил. Место для встречи было подходящим, но никто к нему не подошел.

Стус снова вернулся на улицу Ленина к троллейбусной остановке. Парень возник как из-под земли и остановился в сторонке. “Странно, — подумал Стус. — Почему он не подошел ко мне в безлюдном месте? А вдруг это чекист? Слежка?”

Стус понял, что ехать сейчас на кладбище нельзя.

Пробыв дома два часа, Стус взял футляр со скрипкой и вышел на улицу. Парень стоял под деревом и, казалось, с интересом наблюдал, как в витрине магазина девушка подвешивала вазоны с какими-то вьющимися цветами.

Стус сделал вид, что ничего не заметил, прошел мимо парня и направился на трамвайную остановку.

И хотя до начала репетиции в филармонии было еще далеко, он все же решил ехать в Старую Ригу. Здесь лучше, чем где-либо в другом месте, мог проверить, следят ли за ним.

В сквере перед филармонией было пусто, лишь какая-то старушка дремала на солнышке, пока ее внучек срывал на цветнике левкои. Стус просидел на скамейке полчаса, но к нему никто не подошел. Тогда он пересек сквер и углубился в лабиринт улиц Старой Риги. Несколько раз обернувшись назад, он заметил, что за ним кто-то идет. Но за ним ли? Уверенности не было. И Стус решил проверить.

Старую Ригу он знал так же хорошо, как свою квартиру. Вот сейчас должна быть узенькая улочка, которая кончается за поворотом тупиком. Завернув за поворот, вскочил в знакомый двор, взбежал по лестничке на второй этаж полуразрушенного дома и посмотрел из окна вниз. Под стеной торопливо шел какой-то парень. Неожиданно он уперся в тупик и остановился. Потоптался на месте, озираясь по сторонам, и осторожно прошел во двор, противоположный тому, где находился Стус.

Стус стремительно спустился на землю и, перебежав двор, выскочил на другую улицу. И снова лабиринт улиц старого города, но сзади уже нет преследователя. Недалеко стоит машина с контейнером. Шофер садится в кабину.

Стус подошел к нему.

— Товарищ, вы на контейнерную станцию?

— Да. А что?

— Пожалуйста, подвезите, если поедете по улице Горького. На фабрике “Дзинтарс” готовим выступление.

— Что за разговоры, садитесь! Круг небольшой.

Машина тронулась. Миновав Рижский замок, свернули на улицу Горького.

Вдруг Стус почувствовал головокружение и тошноту. Нестерпимая боль исказила его лицо.

— Что с вами? — встревожился шофер.

— Наверное, приступ аппендицита. Давно это у меня.

Через несколько минут он уже входил в ворота больничного городка. Понимал, что больница — это не самое лучшее место для спасения, но чувствовал, что приступ аппендицита может свалить его прямо на улице. И тогда конец. Больничная палата хоть на какое-то время отодвигала развязку. Теплилась надежда, что за это время удастся найти выход из создавшегося положения.

Хирург Дарзинь вышел в приемную. Стус поднялся ему навстречу.

— Опять мучает аппендицит? — воскликнул доктор вместо приветствия и протянул руку Стусу. — Я же говорил, что резать надо. Давненько мы с тобой не виделись.

— Да, Элмар, человек начинает лечить свои болячки только тогда, когда не в состоянии двигаться. Прямо с репетиции к тебе.

14

Полковник Гулбис только что вернулся с совещания и не успел даже выкурить папиросу, как явился капитан Раскатов.

— Стус попал в больницу. Только что Дарзинем прооперирован. Аппендицит.

— С перепугу, значит, разыгрался, — рассмеялся Гулбис.

— А вдруг нет, товарищ полковник? Может быть, Дарзинь прооперировал Стуса, чтобы создать ему убежище?

— Вряд ли, Саша, Дарзиня мы проверяли. Но ввиду чрезвычайного стечения обстоятельств…

В дверь заглянул майор Чалов.

— Разрешите, товарищ полковник.

— Да, да, пожалуйста, Михаил Петрович.

— Пакет из колодца исчез.

— Исчез? Каким образом? Майор Чалов пожал плечами. Да, было чему удивляться!

После допроса Брукиса выяснилось, что его кабинет в ателье мужского платья является центром, куда сходятся тропки, по которым поступает информация из разных источников. Брукис сознался во всем.

В обязанности Брукиса входила передача сведений человеку, который приходил не в определенные дни, а каждый раз после того, как поступала очередная информация. Как он узнавал об этом? Брукис не знал. Появлялся всегда один и тот же человек, постоянный клиент ателье. Куда он относил полученные пакеты, Брукису было неизвестно. Чтобы выяснить это, Гулбис решил оставить Брукиса на старом месте, поместив рядом с ним своего наблюдателя, который в любой момент мог направить чекистов по следу курьера. И вот курьер пришел.

Содержание пакета необходимо было заменить подходящими по теме чертежами, ассортимент которых был заранее подготовлен. Но сделать это не успели, так как курьер явился буквально через полчаса.

Механизм работал слаженно и безотказно.

Наблюдая за курьером, чекисты установили, что из ателье он направился к себе домой, а оттуда вечером поехал к одному из кладбищ и там бросил пакет, завернутый в черную тряпочку, в старый заброшенный колодец.

Колодец был взят под наблюдение. Но прошел вечер, ночь, следующий день, наступила еще одна ночь, а у колодца никто не показывался.