Мертвая
Шрифт:
– Какие?
Лицо у нее остренькое.
– Не знаю… но думаю, что твоя смерть – не единственная… скажи, оргия, в которой ты участвовала. Кто тебя пригласил?
– Соня.
– Юльгеншнаудер?
– уточнила я, почти не испытывая удивления.
– Да… сказала… она ищет людей, готовых отыскать свой собственный путь… обещала силу… у нее получилось… она, как я была… стала…
Сила, стало быть…и с ней здоровье и продолжительность жизни, не говоря уже о возможностях. Что ни говори, но потенциал определяет многое.
– Патрик?
Призрак кивнул.
– Конрад?
– Ему нравилось причинять боль…
– Гертруда?
И снова кивок…интересно,те самые снимки сохранились? Если да, то сомневаюсь, что столь компрометирующий материал оставили в доме.
– Адлар?
– Только однажды… он сказал, что не одобряет…
Я не удержалась от улыбки. О да, он слишком правильный и осторожный… и откуда взялся тот артефакт… был ли он вообще?
– Кого ты убила?
Призрак задрожал.И промолчал.
– Кого, - я щелкнула пальцами, и на сей раз воронка тьмы коснулась призрачных ног. Марта рванулась было, но ловушка держала крепко.
– Ты…
– Ты получила силу. И не через постель… ты была в клубе? Состояла?
– Ты не понимаешь…
– Понимаю, - я чуть ослабила хватку, позволяя призраку отступить. Немного. – Твоя душа не задержалась бы здесь… полагаю,твои родители не стали бы оставлять ее, если бы смогли уничтожить.
– Твари…
– Не без того. Но… там ведь не только снимки оргии были?
Оргиями в наше развращенное время никого не удивишь, особенно если речь о темных… да и… скандал – это неприятно, но и только. Сошли девицу в монастырь, в закрытую школу,исправляться. Все так делают.И тебе посочувствуют.Но вот горло резать… для этого куда как серьезный повод нужен.
– В тебе слишком много тьмы, - я присела на диванчик с цветочной обивкой, закинула ногу за ногу.
– Чужая смерть… чужая боль… ты их присвоила вместе с чужой силой. А потом использовала, чтобы зацепиться за дом.
Она рванулась, но я не позволила.Жрица я или как?
– Я могу тебя изгнать, – я позволила тьме тянуть из призрака силы. – Стереть, как и саму память… а потом выйду и забуду о твоем существовании, как это сделала твоя семья.
Окно все-таки разлетелось стеклянными брызгами, а крови, из стен текущей, набралась целая лужа. Красная. Блестящая.Вот и нож появился.Для бумаг.Острый клинок, ручка из слоновой кости. Цветочный рисунок…
– Они… они были лишь… хиндары… низшие существа… ты не понимаешь… мы стоим выше… милостью богов… а они сотворены, чтобы служить нам…
Знакомый лепет.Не то, чтобы я поддерживаю безумные идеи некоторых о всеобщем равенстве, все-таки это чересчур идеалистично, да и очевидно, что люди появляются на свет разными. Но и политика социал-дарвинистов мне неприятна. Вот, говоря по правде, не могу даже сказать, чем именно.
…в прошлом году я, признаться, побывала на выставке людей.Впечaтлилась темным мавританцем, обряженным в львиную шкуру. И грозным индейцем, привезенным из нового света: от него несло смертью, а пояс был сделан из настоящих волос, снятых с живых некогда женщин…там многие были.Смуглые и узкоглазые жители севера, которые питались сырым мясом.Людоеды из влажных джунглей забытого континента. Карлики и великаны. Уродцы, на которых смотреть было неприятно,и невероятные по своей привлекательности аборигены дальних островов.
…поговаривали, что все ночи с ними были расписаны.Я не рискнула.Чересчур уж брезглива, знаете ли… главное, что в соседнем зале расположилась выставка черепов, собранных в колониях. И лектор весьма бодро рассказывал о том, чем отличаются люди белые от прочих… кажется, было там что-то об эволюционном древе.Происхождении от разных видов человекообразных обезьян.О близости иных раз к истокам.Сиречь, к тем самым обезьянам… примитивность культуры, невежество… в этом что-то да было, но… да, я вряд ли сяду за один стол с темнокожим, и уж тем паче признаю его равным, однако убивать…Право слово, это несколько чересчур.
– Они лишь скот… люди режут скот ради мяса и шкур… ради…
Я отмахнулась и уточнила:
– Сколько?
– Что?
– Скольких ты убила, прежде чем получить силу?
На мгновенье показалось, что она не ответит. Но нет, Марта оскалилась и произнесла:
– После десятка перестала считать… много… ты не представляешь, какое это удовольствие… какое невероятное удовольствие убивать… ты слаба, как и другие… не достойна…
– Патрик?
– Его стошнило… когда протрезвел. Сначала был не лучше других, а потом стал вопить всякие глупости…
– Соня…
– Она умела убивать медленно. И силу собирала всю, до капли…
– Конрад?
– Его не приняли во внутренний клуб…
Про Адлара и спрашивать не стоит.Я подумала… и убрала ловушку. Душа Марты вырвалась и завыла снова.
– Заткнись, - велела я, – пока я не передумала.
…убрать ее я всегда успею. А пока пусть побудет… опять же, наличие призраков весьма существенно влияет на цену недвижимости. А особняк слишком хорош, чтобы оставлять его без хозяйской руки.
Глава 42
В машине мы с Диттером переглянулись.
– И что думаешь? – он вытащил откуда-то из-под сиденья сверток, в котором обнаружилась пара бутербродов. Несколько помятые, они все же выглядели достаточно аппетитно, чтобы я приняла один.
Откусила.И задумалась.Я ведь ем… и пью… и не только вино. И не только пью. Следовательно, тело функционирует. отя бы частично. Мертвой материи, если следовать классическому описанию, еда не нужна. И даже те же упыри дерут живых не столько из-за голода, сколько из примитивного инстинкта, который, почему-то, единственный остается в разложившихся их мозгах.Свежая ветчина.Сыр.Масло, подтаявшее и впитавшееся в хлеб.И дождь начался. Капли стучат по крыше, потоки воды закрыли лобовое стекло… и как-то уютно вот сидеть.
– у них у всех была причина… думаю, если порасспрашивать родных Гертруды…
…правды нам не скажут.
– С Адларом ясно… а вот Патрик… он, конечно, бездельник и порой хамил изрядно, но… он не настолько был безголов, чтобы ложиться в постель с кем попало, а потом игнорировать симптомы. Он у целителя бывал каждый месяц.
…и возникает вопрос, как вышло, что целитель, весьма хороший целитель, к слову, ибо Патрик всегда требовал лучшего, не заметил болезни?Или же развилась она стремительно…а ведь можно… подтолкнуть…Ореховая зараза тем и опасна, что годами способна скрываться в теле. Нет, без вмешательства здесь не обошлось…Конрад и его сестрица.Она дура… нет, не та дурочка, которая красиво прячется за маской,ибо хорошеньким дурочкам прощается куда больше, чем тем, кто претендует на ум. Эта настоящая.Чую.И лепет ее детский не раз и не два заставил мамочку скривиться.