Чтение онлайн

Пока они шли, Кейт время от времени видела начищенные сапоги, выглядывающие из-под отворотов штанин. Стражники, решила она, но даже не подняла глаза, чтобы взглянуть. Она могла лишь представить, каким отребьем они с Джеком выглядели.

Дворцовые двери были выше дверей обычных домов в деревне. Кейт представила тяжелые деревянные доски, из которых их сделали: как много мужчин должны были нести их, какие огромные деревья для этого срубили. Они светились тёплым древесным цветом, и Кейт знала, что слуги часами натирают их миндальным маслом и лимоном. Эти двери значили для королевства больше, чем она. Но раз уж принцесса исчезла, выходит, за этими дверями обитатели замка не в большей безопасности, чем за простыми дверями Бабулиной хижины. За этими дверями, железной оградой, знаменитым лабиринтом и грозными сапогами, встречающимися через равные промежутки.

Когда они добрались до огромных дверей, четырём мужчинам понадобилось минут семь, чтобы отворить их. Невидимая труба возвестила об их приходе. Вступив в замок, Кейт не сумела сдержать дрожь восхищения, несмотря на то, что явилась сюда не на бал и не на прием. Скорее всего, на допрос. С пристрастием. Король мог сделать с ней все, что угодно. Звук шагов по мраморному полу отдавался зловещим эхом. Трое молодых людей, добровольно вызвавшихся сопроводить констебля, чуть приотстали, будто опасаясь, что их примут за одну компанию с Кейт и Джеком. Кейт глянула вокруг и увидела, как приосанился констебль Стерлинг - грудь выпячена, подбородок приподнят. Он поймал её взгляд и поглядел на неё почти с добротой.

«Он отлично знает, что мы ни при чем». Кейт была в этом уверена так же, как в бабулином рецепте пирога с бараниной.

– Ваше величество, - пробормотал констебль, когда невидимая труба издала еще одно гулкое приветствие.

Кейт понадобилось несколько секунд, прежде чем она осмелилась поднять глаза. Мужчина перед ней выглядел величественно. Вильгельм IV был очень высок; узкое лицо было обрамлено густой седеющей бородой. Он был моложе, чем она себе представляла. Глаза у него были ярко-голубого цвета - такие бывают у маленьких детей и с возрастом обычно выцветают. Его глаза - нет.

Король Вильгельм был по случаю одет во что-то вроде форменного обмундирования. Кейт воображала себе малиновую мантию, но подумала, что униформа практичнее. На груди его были медали - в основном золотые и бронзовые, приколотые на разноцветные орденские ленточки.

Он заговорил глубоким мелодичным голосом. Кейт представила, как этот голос разносился по деревенским площадям во время церемоний и как бы сотрясал люстры, грохоча в гневе.

– Стерлинг, это они?

– Они. Джек Хэрикот и Кэтрин Худ, ваше величество.

– А ваши юные компаньоны?

– Что ж, - констебль кашлянул и вдруг заволновался: - Полагаю, вы помните молодого Купера. Двое других - сыновья сочувствующих членов общины.

– Я помню молодого господина Купера.

– Ваше королевское величество, - склонился Пол Купер.

– Эти три мальчика могут идти.

– Но, ваше величество, я полагаю, что могу быть полезен, – неожиданно воспротивился Купер, – Пожалуйста, позвольте мне помочь!

– Вы своё дело сделали.

– Ваше величество, я прошу вас.

Король чуть приподнял бровь, констебль Стерлинг шагнул вперёд и положил руку на плечо Купера:

– Пол.

Быстрым движением Пол Купер вынул кинжал из чехла на боку и приставил его к горлу Джека:

– Я могу заставить их говорить.

В следующие секунды из тени выступила королевская стража с мечами наперевес. Кейт услышала, как зазвенело оружие, выскальзывая из ножен. Джек с трудом сглотнул, и она испугалась, что он порежется.

Король даже не моргнул. В течение нескольких напряженных и безмолвных секунд он оценивающе глядел на Пола.

– Разумеется, ты можешь заставить их говорить, – сказал он. – И я ценю твоё усердие. Но у меня есть специально обученные люди, для таких случаев.

Король указал рукой на стражников и их сверкающие мечи:

– Уверяю тебя – мы вышлем гонца в твой дом, как только Элла вернётся домой. Ей будет лестно узнать о твоём рвении.

Лицо Пола сморщилось. Кейт почти слышала, как он уговаривал себя сохранить спокойствие перед лицом короля. Перед отцом девушки, которую любил

– Ты действительно очень помог, Пол, – сказал констебль Стерлинг. Он кивнул Баку и маленькому Питеру, подошедшими, чтобы увести Пола.

Кейт не могла повернуться и посмотреть, как они уходят. Но она вздрогнула, когда один из них пнул её, а потом ещё раз - когда услышала грохот закрывшейся гигантской двери.

Король Вильгельм вздохнул:

– Это было необходимо, Стерлинг?

– Простите, сэр. Я не учёл, что парень влюблён в вашу дочь, когда выбрал его. Я потушил один пожар, чтобы зажечь другой.

– «Зажечь» звучит чересчур драматично, верно, Хэрикот? Да и нож был маленький.

– В самом деле, Ваше высочество?
– ответил Джек.
– Я заметил только, какое у него острое лезвие.

Король Вильгельм кивнул, оценив ответ, и на мгновение даже будто развеселился. Но затем на лицо снова набежала тень. Кейт видела горе в его впавших щеках, беспокойство в морщинах на лбу.

– Её королевское высочество, моя дочь, пропала. Её комната, всегда такая прибранная, была брошена в крайнем беспорядке. Элла вела очень скромный образ жизни. Она позволила мне приставить к ней лишь одного стражника, которого мы нашли лежащим перед её дверью без сознания

– Вы бы не говорили этого нам, если бы считали, что мы за это в ответе, – выпалила Кейт.

– Элла – дочь государя этой страны, – заявил король Вильгельм. – Каждый житель моего королевства в ответе за её безопасность.

– Конечно, ваше величество, – она никогда не слышала, чтобы Джек говорил с такой почтительностью. – Хотя я все же не настолько умён, чтобы понять, зачем вам понадобилось тащить нас сюда, навлекая на нас тучу подозрений.

– Да, не настолько, - в голосе констебля Стерлинга прозвучало предупреждение.

Но король поднял руку в кольцах, сверкавших на свету:

– Я считаю это справедливым вопросом, - молчание заполнило глубокую комнату до самого потолка.
– При условии, что это действительно вопрос.

– Да, сэр.

– Ты и так жил под тучей подозрений. Вполне заслуженных. И все же смог скрываться в лесу последние полтора года. Ни один из моих собственных людей не демонстрировал такую смекалку и ловкость. Я также помню, что ты жаден и однажды чуть не променял всю свою деревню на золото. Все это меня заинтриговало.

Глубокий голос короля, в котором до того нарастало напряжение, внезапно загремел: