Мертвые девочки не проболтаются
Шрифт:
– Дровосек? Кого интересует, что он мастерит? – Но Грант уже спускается вниз под серенады Эбби, чье пение эхом разносится по ущелью. – Эта Школа выживания такая странная, – ворчу я, осторожно двигаясь по крутому каменистому склону. Огибая скользкие валуны, Грант продолжает идти впереди и добирается до берега.
– Рыбу ловить будешь?
Грант с восхищением кивает на перочинный нож Сэма. По всей видимости, в походе Грант превращается в бойскаута-переростка.
Не поднимая головы, Сэм вытирает лезвие о штаны песочного цвета, на них остается зеленый след.
– Снасти не самые лучшие. У тебя нет ничего поприличнее?
– В рюкзаке, – улыбается Грант.
Он бежит назад по склону ущелья. Я остаюсь вдвоем с Дровосеком, который кричит вслед Гранту:
– И поищи какую-нибудь приманку.
Сэм меня не заметил, стараясь не упасть, на цыпочках иду назад.
– Хочешь попробовать себя в рыбной ловле? – звучит тихий голос у меня за спиной.
У меня учащается пульс.
– Я тебе говорила ко мне не подходить, – отвечаю я, не глядя на него.
Оторвавшись от своего занятия, Сэм смотрит на нас какое-то время, потом продолжает мастерить.
Я разворачиваюсь и пытаюсь пройти мимо Ноя, но он делает шаг вбок и оказывается прямо передо мной.
– Прекрати, Саванна. Ты же не думаешь, что это я оставил на палатке надпись? Да это просто смешно. За все годы, что мы знакомы, я хоть раз вытворял что-то подобное?
– Ной, уйди.
– Все нормально? – Сэм встает и, щурясь, смотрит на нас.
– Нет, все не нормально, – отвечаю я. – Можно одолжить у тебя нож?
– Эм, – хмурясь, Сэм переводит взгляд с меня на Ноя.
– Просто поговори со мной, – умоляет Ной. – Лучше там, где не будет его с ножом, – он поворачивается к Сэму. – Если не ошибаюсь, в прошлый раз мистер Дэвис сказал, чтобы ты больше не брал с собой нож.
Сэм гневно на него смотрит, Ной снова поворачивается ко мне.
– Саванна, нам нужно поговорить. Есть кое-что… что тебе нужно знать. Про Пайпер.
Сердце громко стучит у меня в груди. Вот оно – но где-то в глубине души я не готова это слышать.
– Пожалуйста.
Я медленно вдыхаю, затем поворачиваюсь.
– Хорошо.
Я возвращаюсь вверх по склону, туда, где камни встречаются с подлеском, потом начинается лес. Шелестят листья – это Ной идет за мной. Иду дальше, ныряю под ветку и углубляюсь в заросли деревьев. Оказавшись в тишине, я останавливаюсь у почерневшего, покрытого мхом бревна.
Ной молча на него усаживается, но я остаюсь стоять, скрестив руки на груди. Кажется, от напряжения трещит воздух, но голос Ноя заглушает его:
– Саванна, это не я оставил надпись на твоей палатке.
– Думала, ты прекратишь повторять одно и то же и скажешь что-нибудь новенькое.
Локон пепельно-каштановых волос падает ему на очки, но он его не убирает.
– Я собираюсь рассказать.
– Ну же, я жду, – говорю я, хотя на самом деле не готова это услышать. Особенно если Ной виновен в том, что сестра сейчас в коме.
– Я обидел Пайпер.
У меня перехватывает дыхание. Кружится голова.
– Это произошло на том школьном вечере, – говорит он, уставившись в землю. – Когда Пайпер танцевала с тобой и твоими друзьями, я отправился в фотокабинку с Джейси и… – на его лице появляется выражение раскаяния. – Мы…
И тут я поняла: Джейси и Ной в лесу. «Я же уже извинилась».
В горле скребется злость, я не могу говорить. Это была Джейси. Джейси, притворявшаяся, будто хочет выяснить, что же случилось с Пайпер.
– Я ее убью.
– Что? Нет, Саванна. И я еще не закончил, – его глаза под стеклами очков были полны страдания. На ресницах висит слезинка. – Мы с Джейси поцеловались. Но она не виновата. Точнее, виновата не только она. Я тоже этого хотел.
У меня перед глазами появляются черные мушки.
– Пайпер в тот вечер была так счастлива. Она тебя любит. Как ты мог так с ней поступить?
Сказав это, я представила себя и Гранта, как наши тела прижимались друг к другу на разгоряченном танцполе. Да я не лучше их.
– Она об этом знала?
Ной отвечает не сразу, пинает какой-то сорняк с желтыми цветами. Наконец кивает.
– Когда мы вышли из кабинки, она держала в руках наши фотографии.
У меня к горлу подступает тошнота. Как я могла об этом не знать? Все надежды Пайпер, должно быть, рухнули.
Но меня там не было. Я отправилась на вечеринку, которая проводилась после школьного вечера. Я – королева вечера, к тому же очарованная Грантом, – так увлеклась, что ничего не заметила. В результате я заснула у Джессики, а домой вернулась только в воскресенье поздно вечером.
– И вы расстались?
Проводя рукой по волосам, он бледнеет.
– Чтобы расстаться, нам для начала надо было стать парой.
У меня немеют ноги, и я опускаюсь на сгнивший кусок бревна рядом с ним.
– О чем ты говоришь? Вы же с Пайпер были парой.
Он вздыхает.
– Я знаю, что так думала Пайпер.
Меня тошнит. Я наклоняюсь вперед, опустив голову между онемевших ног.
– Понимаю, что это звучит ужасно, – натянуто говорит он, от бархатистости и глубины в его голосе не осталось и следа, остались только пустые звуки, из которых формируются ничего не значащие слова. – Но я понимал, что ей плохо. Она моя лучшая подруга, и я не мог ей сказать, что не разделяю ее чувств. Все было гораздо проще, когда нас было трое. Потом в прошлом году они с Джейси поругались, и мы с Пайпер стали проводить вместе больше времени, только мы вдвоем. Видимо, она решила, что мы пара, раз все время проводим вдвоем.
– И ты никогда не думал о том, чтобы с ней встречаться?
Он поджимает губы.
– Вначале я думал, что все может получиться. Я пытался сделать для этого все. Но спустя какое-то время понял, что обманываю нас обоих. Особенно после танцев.
– И ты разбил ей сердце.
А я об этом ничего не знала. Я так долго убеждала ее, что этот школьный вечер пройдет восхитительно, что она проведет его с тем, кто ее любит, и в итоге даже не удосужилась узнать, как все прошло.
Не шевелясь, он шепчет: