Чтение онлайн

Стап и ещё трое отправились на запад, в известное им место - извещать остальных своих соплеменников о достигнутой с Дрю договорённости. Идея подкопа карликов проняла, правда не сразу. Но когда Стапу были предъявлены взятые с собой лопаты, а среди них - лопаточка Ома, весь скепсис растаял без следа. Подкоп под чёрную стену - штука такая, которую проще всего выкопать великану, а пролезет в неё легче всех, несомненно, карлик. Вдохновение на лице Стапа при виде лопат было такого заразительного свойства, что Дрю надеялся: оно передастся всем запорожским отшибинцам, которым только будет сообщено об идее подкопа.

К ночи укрытые туманом болота остались на западе, впереди во тьме замаячила какая-то высоченная преграда, закрывшая луну, а под ногами отряда Дрю заскрипела трава. О том, что трава может так скрипеть, Дрю ранее не догадывался. Скрип стоял такой, как от снега в трескучие морозы. Но снега никакого на земле не лежало, да и откуда ему взяться в пору весеннее-летнего порубежья.

Склонившись к почве, Дрю стал обследовать едва заметную в сгущающейся тьме траву. Она была травой - во всей определённости своего обычного произрастания, кроме разве таинственного скрипа. Когда же происхождением непонятного звука заинтересовался Амур, то пришёл к неожиданному выводу:

– Знаете, что происходит? Трава со скрипом исчезает под нашими подошвами. Вот, поглядите: скрипнула - и её уже нет.

– Удобная трава для следопытов!
– похвалил это чудо природы подошедший Кло.

– И неудобная для тех, кто, как мы, пытается не оставить следа, - вздохнул Амур.

– "Не оставляющий следа...", - вспомнил Дрю, - в "Книге семи божеств" это сказано о человеке.

– А я слышал, что кто-то из мудрецов говорил, будто живой человек подобен траве, - решил блеснуть эрудицией Кло.

– Это сказал Блез из Приза, - уточнил Дрю.
– Только он имел в виду не всякую траву, а именно тростник. Или камыш, я уже не помню.

– Кстати о живых людях!
– раздался встревоженный голос подошедшего Пендриса.
– Охотники на чешуйчатых выдр очень плохи.

– Что с ними?
– оторвался Дрю от обследования травы под ногами.

– Совсем не могут идти. С полдороги от места встречи с карликами они стали сильно отставать; пришлось их нести...

– Кто их нёс?
– спросил Дрю, но тут же увидел ответ на свой вопрос: мимо, громко скрипя огромными ступнями по исчезающей траве, прошагал Ом, держа под правой мышкой Калеба, под левой же - Дуо.

Оба живых охотника выглядели не просто затрудняющимися переставлять ноги; они смотрелись не очень-то живыми. Может, старина Ом их сильно прижал ненароком? Или просто под великанскими подмышками их так укачало?

Амур, также заметив плачевное состояние Калеба и Дуо, попытался их окликнуть, но ни малейшей реакции не добился. Словно два мешка с солью из Адовадаи, висели несчастные жертвы неведомой болезни. А мешки с солью в обычных случаях никому не отвечают.

– Привал!
– скомандовал Дрю.
– Ом, спусти-ка на землю охотников!

Ом, прежде чем подчиниться, спросил:

– А на этой трескучей траве им ничего не сделается?

– Боюсь, что уже ничего, - ответил Дрю, и когда Ом послушно уложил Дуо с Калебом на странную траву Запорожья, спросил у склонившегося над ними Пендриса:

– Они ещё дышат?

– Пока что да!
– Пендрис казался даже немало удивлённым. Шутка ли: так выглядеть, и ещё дышать...

– А почему остановились?
– спросил кто-то.

– Если мы снова не сбились с пути, то чёрная стена где-то здесь, перед нами, просто на фоне ночи её не видно, - произнёс Дрю, - а раз так, нам нужно искать укромное место для подкопа, и при этом не наследить. Заметили, что здесь за трава растёт?

Траву заметили: Ом уже некоторое время из чистого озорства топал по ней своими ножищами и смеялся, как счастливый ребёнок. Понимая, что лужайка и без него изрядно вытоптана, великана никто не останавливал. Пусть порадуется: ему ведь скоро придётся много копать!

В ожидании утра и лучшей видимости ватага уселась прямо на исчезающую траву, да на липкую почву под нею. Ждать предстояло недолго: уже начинало сереть. В предрассветный час Дрю сделал неприятное для себя открытие: на месте ночного выхода из туманных болот никакой чёрной стены не просматривалось. Преградой, за которую зашла луна, выступили горы: обыкновенные человеческие горы, правда, скалистые, вздымавшиеся ввысь совершенно отвесно, а кое-где даже нависающие над скрипучим лужком мрачными карнизами. На такие скалы даже при большом желании не заберёшься. Высоченная же чёрная стена Порога спряталась где-то за ними.

Дождались рассвета. С первыми лучами, окрасившими ночное Запорожье хоть в какие-то цвета, Кло и Амур одновременно присвистнули. Краски лугового мира, тянувшегося за пределами туманных болот до самых гор, выглядели несколько необычно. Скрипучая трава оказалась не зелёного, а желто-бурого цвета и поражала взор богатством тошнотворных оттенков. Под ногами она не то, чтобы исчезала, а превращалась в однородную немного липкую массу. Гадость какая-то, а не трава, одним словом. И эта гадость теперь украшала одежду и обувь расположившихся на травке бандитов.

Дрю, который единственный из мертвецов своей банды раньше бывал за Порогом Смерти, особенно не удивился и не заинтересовался.

– В Запорожье зелёной травы вообще не бывает, - припомнил он, - правда, не всякая трава хрустит, да ещё к подошвам липнет, но цвет у неё здесь всегда такой - не совместимый с жизнью.

Следы банды Дрю на желто-бурой лужайке выделялись с куда большей отчётливостью, чем на тонком слое мокрого снега. Пендрис попытался очистить свои одежды от превращённой травы, да где там! Расстроившись, он предложил здесь не задерживаться, а убраться подобру-поздорову. Резон в его словах присутствовал: не надо большой сноровки в следопытском деле, чтобы найти банду там, куда она по этой травке зайдёт. Оставалось одно: наследить здесь побольше, запутывая следы, а потом вернуться к болотам и выйти из них в другом месте, менее заметном для рыщущих вокруг карательных отрядов.

Дрю задумался. Предложенный Пендрисом план был тем уместнее, что и подхода к чёрной стене с противного жёлтого луга, по-видимому, не было. Скалистые серокаменные горы, закрывавшие обзор, не подпускали к стене, а кроме того породы, из которых эти горы состояли, не внушали оптимизма никакому энтузиасту подкопов. Одно дело прорыть подземный ход в обыкновенной земле, совсем другое - долбить серый камень.

– А что это за горы-то?
– заинтересовался Кло, впервые отрывая взор от травы под ногами.

– Серогорье, - ответил Дрю, - в этом месте почти к самым болотам подходит юго-западная, полностью неприступная сторона хребта Серогор.

– О!
– обрадовался карлик Трюмз. Вот не ожидал! Так это наши места: земли Великого народа...

– Да, - заметил Дрю, - кажется, часть Отшибины ныне вошла в состав Запорожья. За этими горами расположена долина Збуш Книл, если не ошибаюсь.

– Так эти песоголовцы нашу родную Отшибину поделили!
– люто скрипнул зубами Трюмз.