Чтение онлайн

Стояло раннее утро. За полукруглыми окнами Пенного зала лил дождь, столы пока что пустовали. Коррин завтракал овсяной кашей с медом, Гиральд и Дюг предпочли холодную телятину со свежим луком.

– Говорят, в стране голод, – сказал Коррин, глядя на то, как Двухголовый уплетает нежное мясо.

– Угу. Я тоже слышал, – прочавкал Гиральд. – Годы гроз и все такое.

– С голодом пускай разбираются крестьяне, это они растят еду, – сказал Пьерриг, ломая горячий белый хлеб. – Что дальше, Гвин?

– Надо подкупить слуг. Я займусь этим, а ты, Дюг, поговори с кальдийцами.

– С чего мне это делать?

– С того, что рыцарю инквизиции они доверятся скорее, чем просто рыцарю. Хотя с твоего языка слетает столько проклятий, что, быть может, и правда лучше мне.

– Не греби на себя так много. Я поговорю, если надо.

– Вот и славно, – Коррин отставил пустую миску. – Постарайся узнать, есть ли в башне другие воины, кроме паладинов. Кстати, ты ведь служишь архиепископу. Скажи, что его святейшество переживает за безопасность Наместника и надеется выделить солдат инквизиции для охраны. Что-нибудь такое.

– Ты всех считаешь глупее себя, не так ли? – осведомился Пьерриг, злобно глядя на Коррина. Бельмо на глазу придавало ему жуткий вид.

Корр пожал плечами. Он и впрямь не страдал от недостатка самоуважения, и частенько оказывался сообразительнее многих. Поэтому, не желая разгневать вспыльчивого Дюга, ничего не ответил.

– Ладно, мне пора на пост, – Гиральд отломил кусок хлеба с собой и поднялся. – Приходите, если будут новости.

– Хорошо, – Коррин тоже встал. – Мне нужно в западное крыло, там есть человек, который сможет помочь нам в бою. Вы идете, сир Пьерриг? Кальдийцев тоже разместили в западной части.

– Идем. По дороге расскажешь, с какого хрена ты такой самоуверенный.

– Потому что удача всегда на моей стороне, дружище.

– Ты уверен?

– Как в том, что каждый день восходит солнце, – улыбнулся Коррин.

Чтобы из Пенного зала, который находился в центре Кроунгарда, добраться до западного крыла, требовалось преодолеть немало лестниц и переходов, включая Морскую галерею, отделанную галькой со дна Скованного моря. На стенах там висели чучела рыб – от известной всем сталепёрки до редкого сабленоса, громадной рыбины с кривым костяным наростом на голове. Говорят, эти рыбы были жутко глупыми и сами всплывали к лодкам рыбаков, так что их можно было брать голыми руками. Потому их почти не осталось.

Но даже эти рыбы показались Коррину не такими глупыми, как молодой дворянин, в полный голос рассуждающий о том, что значил платок на руке Бесхребетного.

– Говорю вам, она отдалась ему! Сколько раз я предлагал леди Пьерриг свою руку и сердце, и получал отказ. Их семья небогата, а я после смерти отца стану графом – может ли дочь какого-то замшелого рыцаря мечтать о большем? Но нет, она предпочла стать всего лишь грядкой для трусливого семени…

Коррин посмотрел на Пьеррига, чье квадратное лицо исказила звериная ярость.

– Дюг…

Он бросился вперед. Дворянчик заметил его и обомлел, надменное выражение сменила паника.

– Сир Пьерриг, – он поднял руки. – Уважаемый сир, я…

Тяжелый кулак врезался ему в щеку, и графский сынок упал навзничь. Слушатели расступились, широкими глазами взирая на сцену. Прижимая ладонь к лицу, юноша отползал от наступающего Пьеррига.

– Довольно, сир! – восликнул он. – Вы…

Удар сапога заставил его зубы сомкнуться, и раздался громкий хруст. Дамы вокруг ахнули и отвернулись, а дворянчик завопил, двумя руками хватаясь за сломанную челюсть.

– Кто еще желает оскорбить мою семью?! – проревел, оглядываясь, Дюг.

Все молчали, пока другой юноша не вышел вперед.

– Вам не стоило делать этого, сир, – сказал он.

– Неужели? – навис над ним Пьерриг.

– Да, – голос парня дрогнул, но он стоял на своем. – Как рыцарь, вы должны были вызвать его на поединок. Мы не простолюдины, чтоб отвечать на оскорбленья кулаками.

Пьерриг хмыкнул и повернулся к скулящему дворянчику.

– Ты кусок вонючего, поганого дерьма. Вызови меня, если хочешь. Когда срастется челюсть.

С этими словами он повернулся и громко зашагал прочь – в противоположную сторону от той, куда они с Коррином направлялись.

– Дюг, подожди, – Корр встал у него на пути. – Куда ты собрался?

– К сестре. Передам, что бывшие женихи о ней говорят.

– Она и так узнает.

Пьерриг сжал кулаки, и на мгновение Коррин подумал, что сейчас и у него будет сломана челюсть. Но Дюг всего лишь оттолкнул его в сторону.

– У нас есть дела! – прошептал Корр, хватая Пьеррига за плечо. – Они важнее!

– Для меня семья важнее. Потому я и с вами. Отпусти.

– Мрак с тобой, иди, – Гвин разжал пальцы. – Но не забудь, что надо сделать.

– Я помню! – рявкнул Пьерриг и пошел прочь.

Скоро сир Гвин добрался до покоев сира Роберда, легендарного копейщика, прозванного Жалящий Змей. Он был уже стар, но продолжал давать уроки и по слухам, был полон сил. Говорят, даже Щиты тренировались у него, хотя мечом Роберд владел далеко не так хорошо, как копьем.

На дверях покоев висел треугольный щит с гербом – синее поле и копье с распущенными белыми крыльями по бокам. Коррин постучался, и дверь ему открыл прямой, худощавый мужчина с острым носом, сам похожий на копье.

– Доброе утро, сир Роберд. Меня зовут сир Коррин Гвин. Вы позволите войти?

– Желаете взять пару уроков, сир? – жестом приглашая внутрь, спросил Роберд.

– Не совсем так, хотя мастер копья пригодился бы нашему делу.

Жалящий Змей опустил одну бровь и поднял другую, недоверчиво взирая на Коррина.

– Дело? Что за дело?

– Месть. Я и мои соратники желаем отомстить паладинам за смерть Эрига Раддерфорда, и схватить Великого Наместника, чтобы привести его к Законнику.

Роберд крякнул:

– И вы так прямо говорите об этом?

– Я надеялся, что пришел к рыцарю, верному Америи. С чего мне юлить?

Все еще стоя у двери, Роберд усмехнулся в тонкие седые усы.

– Вы хотите напасть на паладинов Престола?

– Верно.

– И ворваться в башню Наместника?

– Именно.

– И схватить Люцио Третьего?

– Нельзя сказать точнее.

– Вы и ваши друзья – покойники, – спокойно заметил Змей. – Вы что, хотели, чтобы я пошел с вами?