Чтение онлайн

– Сир Роберд, известный как Жалящий Змей.

– Старик выдумывает небылицы.

«Сучья тварь, если меня казнят, я достану тебя из самого Небытия!»

– Сомневаюсь, – Лекко говорил шепотом, прикрыв глаза, как будто и правда молился. – Я слышал, он не умеет врать.

«Как же. Соврал мне прямо в глаза, что никому не расскажет!»

– Принц Дагоберт был у него после обеда. И пока его высочество упражнялся, Роберд поведал мне о вашем утреннем визите.

– Чепуха.

– Сир Гвин, прекратите врать! – отчеканил Лекко. – Я знаю всё. К тому же мы молимся. Вы хотите оскорбить Всевышнего ложью?

– Мы не молимся, – пробормотал Коррин.

– Именно это мы делаем. Будьте уверены, прямо сейчас на нас кто-нибудь смотрит. Вы слишком самонадеянны, сир Гвин, и слишком неосторожны.

Корр промолчал. Что тут скажешь? В голове закрутились мысли о том, как избежать наказания. Свалить все на Гиральда? Это уж совсем бесчестно, Двухголовый – его давний друг. Все равно их всех казнят. Но если уж припрет, то…

– Я пришел сказать, что благословляю вас.

– Что? – Коррин не поверил своим ушам.

– Сделайте, что должно. Я сам кальдиец, но мне противно поведение паладинов и самого Наместника, да простит меня Господь. Повелитель церкви не должен трусливо прятаться в башне, боясь показать даже кончик носа. А его телохранители не должны устраивать кровавых зрелищ из честного поединка.

– Вы правы, – прохрипел Корр.

– Будьте осмотрительнее, – сказал кардинал. – Когда вы хотите напасть?

– Я ищу соратников. И думаю над тем, как проникнуть в башню.

– Попробуйте подземелья. Там много тайных проходов.

– Подземелья Кроунгарда опасны.

– Паладины тоже, как мы все успели убедиться, – Лекко поднял взгляд на каменный лик королевы и сотворил святой знак. – Покойтесь с миром, возлюбленная государыня.

Кардинал поднялся и осенил святым знаком Коррина.

– Да хранит вас Бог, сир Гвин, и да поможет он вам во всех начинаниях. Как посланник Святого Престола в Америи, я благословляю вас на всякое свершение во имя нашей страны.

С этими слова он бесшумно направился прочь. Коррин поднялся и глядел ему вслед, и когда Лекко исчез, то стал думать – не приснилось ли это ему?

«Нет, не приснилось. Кардинал все узнал… и ничего не рассказал королю. Он благословил меня. Благословил перебить паладинов, мрак меня побери!»

Корр подхватил с земли мех и сделал несколько шумных глотков, а потом рассмеялся.

Жаль, что тут не было Дюга. У него бы не осталось сомнений в том, на чьей стороне удача.

Где-то в южной Лотарии

Темнота вокруг казалась вечной. Само Небытие не могло бы быть таким бездонным, как эта ночь.

«Чертоги небесные, – подумал Брон. – Опять».

Он шагал по узкой тропинке среди болот, сжимая секиру, и не видел ничего, даже собственных рук. Он шел по памяти и не боялся утонуть, ибо проходил через это место десятки раз.

– Ну давай! – крикнул Брон. – Я здесь!

Впереди зажегся огонек, словно чудовище, дремлющее в темноте, приоткрыло один глаз. Холодный ветерок что-то прошептал на тайном языке природы, и ладони Брона покрылись потом. Он крепче сжал секиру.

– Оно вернулось.

Голос раздался как будто возле самого уха. Брон закричал и взмахнул секирой, рубя густой от болотных паров воздух. Скрипучий смех заставил дрожь пробежать по спине.

– Оно боится.

– Я не боюсь тебя!

– Оно боится.

Сумрачный образ возник прямо перед ним. Брон кинулся вперед и ударил, но силуэт исчез во мраке. Он по колено угодил в трясину, трава опутала ноги, и почудилось, будто духи утопших тянут его на дно.

Брон с трудом выбрался на тропинку. В сапоги налилась холодная вода. Оказавшись на твердой земле, он увидел, что одинокий прогнивший дом стоит совсем рядом. В единственном окне мерцал неверный огонек. Дверь бесшумно распахнулась, и колдун возник на пороге. Он был обнажен, серая кожа болталась на костях, глазницы запали, а безгубый рот был как бездна, полная страхов. Живой мертвец, убитый много лет назад.

– Оно подчинится или будет страдать.

Брон плюнул в его сторону.

– Значит, оно будет страдать.

Колдун исчез и возник снова – но на этот раз его было много. Десятки одинаковых теней обступили Брона и протянули к нему костлявые руки. Он взмахнул секирой, но она вдруг стала слишком тяжела. Левая рука совсем обессилела. Тени обступили его – безглазые и безлицые. Они вырвали секиру, распахнули ему руки, словно собирались распять. Колдун вышел вперед и вытянул костлявую ладонь. Его палец коснулся груди Брона, и серый ноготь вырос, проникая под кожу, как червь, пока не добрался до сердца.

Брон распахнул глаза и попытался вдохнуть. Сердце трепыхалось, будто птичка, зажатая в сильном кулаке. Левая рука онемела, каждый крохотный вдох делал страдание сильнее. От боли, стянувшей грудь, он не мог пошевелиться.

Брон вырвал сумку из-под головы. Удары сердца становились горячее и быстрее. В палатке было темно, и становилось темнее с каждым мигом. Тело покрыл липкий пот.

Одной рукой Брон вытряхнул сумку и дрожащими пальцами раскидал содержимое. Фляги нет.

Сучье вымя, не та сумка.

Вдруг Брон почуял, что на него смотрят. Он повернулся и увидел крестьянскую девчонку лет четырнадцати. Одну из тех, что не отходили от принцессы. Длинные темно-рыжие волосы были распущены. Она стояла молча, слегка наклонив голову и наблюдала за ним. Лицо ее было пустым, как у спящей.

– Эй ты, – прохрипел Брон. – Что ты тут делаешь?

Девочка не ответила. Сердце потеряло ритм и мириады раскаленных игл вонзились в грудь и левый бок. Брон сжал зубы, со свистом втягивая воздух.

– Иди сюда, – едва слышно сказал он.

Девочка стояла на месте и не сводила с него глаз. Брон похолодел. Он подумал, что это и не девочка вовсе, не крестьянка и вообще не человек – а посланница того ублюдка, что преследует его во снах.

Он подумал, что сейчас умрет.

– Эй! – как мог громко сказал Брон. – Ты что, глухая?

Девочка тряхнула волосами и сделала шаг вперед. Она была босая, между пальцев ног застряли травинки.

– Кто ты?..

Девочка снова помотала головой и показала какие-то жесты. Брон вдруг понял – немая.