Чтение онлайн

– Он... Макс, я..., - зажмурившись, спросила: - Ты приедешь?

– Уже еду. Млять! Ты куда смотришь? Придурок!?

– Что?

– Это я не тебе, понакупают прав...

– Ты на машине?

Говорить было трудно, но лучше общаться с Максом, вслушиваться в его интонацию, в смысл слов, чем тонуть в мареве боли, накатывающей на меня волнами. И не то что бы болело что-то конкретное, нет, просто казалось, что все тело, недовольное пренебрежительным к себе отношением, разом решило устроить забастовку, выражая протест дикой слабостью на грани потери сознания.

– Да, парни помогли отремонтировать, так что я на колесах.

– Здорово... Макс, не молчи, говори ... хоть что-нибудь...

– Говорить?
– брат переспросил и задумался.- Хорошо...Что именно?

– Все равно.

– Так, ладно, я сейчас на светофоре стою, у тебя буду минут через десять. Нормально?

– Да, - я не поняла , что именно нормально, что будет через пять минут, или его рассказ о своих действиях, в принципе мне подходило и то и то. Главное, слышать его голос.

– Зеленый, мы едим. Кстати, я забрал доки из больницы, завтра на работу, так что даже не знаю, как мы будем тренироваться. Или тебе сейчас нельзя?

– Не знаю, - я отвечала не задумываясь, какая разница: можно или нельзя? Как-нибудь разберемся.

– Ага, так вот, насчет тренировок, я тут подумал, а почему ты выглядишь по старому, а? Может давай попробуем изменить твой облик на новый?

– Тебе не нравится старый?

– Мариш!? Конечно нравится, но ты не думала, что будет довольно странным, а может быть и небезопасным твое такое появление, м? К тому же не забывай, тебя вообще не должен никто видеть.

Макс был прав, это могло быть проблемой.

Закрыв глаза, повернулась, положив трубку под ухо. В такой позе тошнило чуть меньше, да и голова не норовила оторваться в дикой карусели.

Это не только могло быть проблемой, это уже стало проблемой.

Перед глазами пронеслась встречами с мужем. Мое удивление, его шок и желание меня схватить и, как следствие, мой испуг, ну и полутрупу, на закуску. Я конечно думала о мести, но не о таком кардинальном решении проблемы. Слишком быстро и кроваво.

– Мелкая? Ты тут?

– Да, - успокоив всполошившегося брата, уточнила: - Ты где уже?

– Уже подъехал. Скоро буду.

И точно, в динамике послышался хлопок дверцы, быстрые шаги по асфальтовой дорожке, хлопок подъездной двери, шаги по лестнице и немного хриплое дыхание, торопящегося человека.

– Открывай, я перед дверью.

– Ага.

Подумав о том, что нужно вставать, мысленно взвыла. Одно дело лежа разговаривать по телефону, корячась на кровати и выбирая удобную позу, другое - встать и сделать несколько шагов.

– Сейчас.

Опустив ноги на пол, аккуратно села и тут же наклонила голову ниже, пытаясь справиться с усилившимся головокружением. Спустя почти минуту, точнее сорок восемь секунд, да, я считала секунды, чтобы на чем-то сосредоточиться, все же поднялась, и цепляясь за стену, пошла к двери.

– Наконец-то, - брат ворвался в распахнутую дверь. Заметив меня, выругался и, подхватив на руки, потащил к месту временной дислокации, на ходу ругая меня, себя и Глеба: - Сумасшедшая! Ты себя в зеркале видела? Млять, Марина! Это ни в какие ворота! Куда вообще Глеб смотрит?

– Он на работе, - меня аккуратно погрузили на диван, осмотрелись и укрыли валяющимся на полу одеялом.

– Я уже позвонил ему, знаю.

– Что? Зачем?

– Марина? Ты вроде взрослая девочка, а эта сволочь взяла на себя ответственность о твоем здоровье. Делай выводы.

– Он не знает...

Позвонил? Он что, приедет? Черт! А как же моя карта?

– Теперь знает. Подожди, - мужчина уселся рядом и , достав телефон, набрал быстрый вызов.
– Глеб? Да, приехал. Симптомы?

Мне совершенно не хотелось смотреть на недовольного родственника, но пришлось, с закрытыми глазами на спине было еще хуже.

– Бледная она, даже зеленая. А я откуда знаю? Шаталась, на ногах почти не стояла. Марин?
– брат меня внимательно осмотрел и спросил: - Тошнота? Головная боль? Головокружение?

Он что-то еще спросил, но на все я хрипло отвечала "да".

– Перенапряжение, значит? А ты куда смотрел, куратор хренов? Это не оправдание. Я ее забираю, все равно лежит тут без дела. Какая разница где ей лежать?... Да! Уверен? Хорошо, посмотрим.

Сбросив вызов, с силой сжал телефон и нахмурился.

– Марин? Ничего не хочешь мне сказать?

– Нет, - я качнула головой и сразу же пожалела об этом действии, тошнота напомнила о себе с новой силой.

– Хорошо, лежи, - Макс недовольно вздохнул, поднялся и направился к дверям.

– Куда?

Я вдруг испугалась, что он уйдет и оставит меня одну. Просто уйдет. Обидится, решит наказать за дурость, ведь наверняка понял, почему произошло перенапряжение, Глеб долго что-то говорил в свое оправдание, а макс... Да сглупила, с кем не бывает, но почему бы меня не пожалеть? Просто взять и пожалеть?

На глаза навернулись слезы, на свою дурость, на упертость, на парней... Почему на них? А на всякий случай! Потому что чувствовать себя в роли единственной идиотки не хотелось.

– На кухню, - мужчина остановился в дверях и снова вздохнул: - Лечить тебя будем, болезная, а потом ты мне точно все расскажешь.

И меня лечили. Долго поили непонятной гадостью с плавающими в ней частичками травы, контролировали мои походы в туалет, в ванну, и снова поили. Вначале мне было неловко, стыдно, все же родственник мужского пола, но потом я смерилась с ним в роли няньки и вяло огрызалась на сто первое едкое замечание о моей неспособности к самостоятельности.

– Но ничего, мелкая, найдем тебе как-нибудь нормального заботливо парня, и я заживу, наконец, свободно!
– в очередной раз "подбадривал" меня братец, спаивая четвертый стакан гадости. Но, как ни странно, лечение помогало, и я уже не чувствовала себя начинающим трупом. Да, слегка качало, но голова оставалась на месте, да и желудок угомонился.

– Ну что? Полегчало?
– зеленые глаза просканировали меня не хуже детектора валют, определяющих ценные бумаги на подлинность и, удостоверившись в соответствии предполагаемым результатам, удовлетворенно вспыхнули.
– Полегчало. А теперь, дорогая моя сестренка, любящая лезть куда не нужно, ты мне все и расскажешь.