Мертвый космос. Падение
Шрифт:
Пискнул сигнал вызова, и в шлемофоне прозвучал голос Кендры:
— Прости, Айзек, но я не могла позволить ему докопаться до истины. Наверно, я должна быть ему благодарна за то, что он нашел Обелиск. Мы справились даже без помощи «Вейлора»…
«Кендра…»
— Кендра! Какого черта?! — перебил ее инженер, чувствуя, как сбивается дыхание. Понимание пришло резко и напоминало вылитое на голову ведро ледяной воды, но как же Айзеку хотелось сейчас поверить в то, что он ошибся…
— Да и тебе стоит сказать спасибо. — Кендра усмехнулась. — Мой отдел уже давно пытался обнаружить это место. Видишь ли, Кейну в голову не пришло, что весь этот бардак начало правительство. Оно же превратило всю планету в один большой эксперимент. Обелиск? Священная реликвия? — Она повысила голос. — Как же! Его создали люди. Скопировали с настоящего инопланетного Обелиска, найденного пару сотен лет назад на Земле. Его выкопали, изучили и сделали собственный вариант, который притащили на Эгиду-7 и включили. Результат ты видишь сам: открылись врата ада. Самое разумное, что оставалось делать, это объявить всю систему запретной. — Кендра выдержала паузу и продолжила все тем же спокойным тоном с нотками насмешки: — Но тут является CEC и начинает раздирать планету на куски. А эксперимент-то все еще жив. Кейн был прав насчет Разума Роя — Обелиск его сдерживал… Но какая теперь разница? Обелиск у меня, а вся система может катиться обратно в ад.
Она говорила, а Айзек в какой-то момент понял, что забыл, как дышать. Картина чудовищного заговора, сложившаяся в его голове за все прошедшее время, не отражала и половины истинного положения вещей. Кендра предала его… Нет, она с самого начала была врагом, умело втершимся в доверие. Кендра использовала Айзека для достижения своих целей — и вот теперь она хладнокровно убила Кейна и захватила челнок вместе с Обелиском. И она знала все с самого начала.
…А ведь пока их было еще трое, она так старалась посеять недоверие между сокомандниками. Айзек стиснул кулаки. Понимание выстраивалось в еще более ясную картину.
— Ты все знала, — даже не прорычал, а почти прошипел Айзек, не в силах подавить ярость. — И это ты глушила сигнал Хэммонда, верно?
— Не буду отрицать. — Кендра явно не испытывала угрызений совести от содеянного. — Дело есть дело, не так ли? Не знаю, имеет ли это для тебя значение, но ты проделал отличную работу, Айз. Еще увидимся… Хотя вряд ли.
Связь прервалась, оставив Айзека бессильно сжимать кулаки от злости, глядя на закрывшиеся снова ворота ангара.
Крепче вцепившись в винтовку, Кларк резко выдохнул сквозь зубы. Сейчас он с удовольствием свернул бы Кендре шею голыми руками. Она знала, она все знала с самого начала — но не предупредила команду. Она явно была в курсе, что «Вейлор» прибыл сюда для зачистки. И если бы она не глушила сигнал Хэммонда — как знать, возможно, капитан бы не погиб.
А теперь эта гадина сбежала с Обелиском, оставив Айзека одного на готовом развалиться на части «Ишимуре», лишив последней возможности спастись из этого кошмара — после того, как сделала его руками всю работу.
В этот момент отчаяние взяло верх над страхом и яростью. Это конец. Ему отсюда не выбраться, сколько он еще успеет пробарахтаться здесь раньше, чем патроны закончатся и некроморфы разорвут его на куски? Скорее всего, так и вышло с большинством членов экипажа… И даже если получиться отбиться — что дальше? Бежать не на чем. Помощь не придет.
Айзек крепко зажмурился. Он не хотел умирать так. Все, что он сделал, оказалось напрасным. Он послужил лишь инструментом в руках циничной твари в человеческом обличье, вот так запросто погубившей других людей ради своей цели. Кендра не просто выполняла свое задание — ей словно нравилось играть с людьми, и даже Айзека она бросила на растерзание некроморфам, хотя могла просто застрелить его, как Кейна…
И именно в этот момент снова ожил коммуникатор.
— Айзек, это Николь! — послышался такой родной и любимый голос в ушах. — Ты должен помочь мне, ты должен помочь нам!
— Николь! — Айзек вскинулся, словно надеялся заметить ее рядом. — Где ты?
Николь жива, но ей наверняка нужна помощь… Остальные проблемы подождут. Но где она и почему связалась с ним только сейчас? Вряд ли Кендра в самом деле с ней разговаривала, но Николь могла и слышать переговоры… Проклятье! И что теперь делать?! Как ее отсюда вытащить и выбраться самому?
— Я… я в диспетчерской! — Голос Николь сильно дрожал. — Пожалуйста, поторопись! Молю, Айзек… Я люблю тебя…
Связь прервалась.
— Николь? — позвал Кларк, опасаясь самого худшего. — Николь!
Но она не отвечала. Мысль о том, что его любимая в смертельной опасности, мигом отрезвила Айзека. О том, что монстры все-таки успели до нее добраться, он себе думать не позволял.
«Так, и где эта чертова диспетчерская?» — снова привычно открыть схему, найти нужное место, мысленно проложить до него маршрут… И постараться хотя бы немного успокоиться, потому что с трясущимися руками и мечущимся из стороны в сторону взглядом он скорее сам станет жертвой некроморфов, чем поможет Николь.
К счастью, попасть в диспетчерскую можно было прямо из ангара. Расстояние до шлюза Айзек преодолел бегом, практически не оглядываясь. Николь совсем рядом. Николь нужна помощь. От выскочившего из-за ограждения прыгуна инженер просто отмахнулся, как от назойливой мошки, приложив его стазисом. С жужжанием закрылась за спиной дверь, оставив некроморфа позади.
В спешке Айзек едва не налетел на стража, прилепившегося к покрытой биомассой стене коридора возле поворота к лестнице. Хорошо, что удалось остановиться и отшатнуться: выстрелившее из распоротого живота монстра щупальце с лезвием не достало инженера совсем чуть-чуть. Страж завопил, выпуская остальные часть щупалец. Айзек сосредоточился на отстреле лишних конечностей, стараясь не смотреть на искаженное агонией лицо. Из всех некроморфов стражи единственные вызывали у Кларка не только ужас и отвращение, но и жалость. Эти несчастные словно так и остались в кошмарном пограничном состоянии, постоянно испытывая чудовищные мучения. Когда обрубки щупалец бессильно повисли, словно обрывки склизких веревок, а тощие руки отделились от тела, крик прервался. Айзеку даже показалось, будто не-мертвый страдалец под конец даже издал полный облегчения вздох…
Но сейчас у инженера не было ни времени, ни желания осмысливать это или осматривать останки стража. По лестнице он практически взлетел, перескакивая через ступеньки. Больше всего в этот момент Айзек боялся даже мысли о том, что он мог опоздать. К счастью, с дверной панелью не возникло проблем: несколько секунд — и он оказался в не слишком большом прямоугольном помещении со множеством голографических экранов и большим окном из бронестекла в стене. Через него можно было наблюдать за происходящем в ангаре.
Инженер вдавил кнопку у воротника, заставляя шлем с тихим шорохом сложиться. Стоявшая у окна светловолосая женщина в униформе медработника резко обернулась на звук — и застыла. Ее усталое лицо озарилось неподдельной радостью.
— Айзек! — Николь почти бросилась ему навстречу. — Это действительно ты?
В этот момент Айзеку показалось, будто с его плеч свалился камень размером не меньше висящей под кораблем скалы. Шагнув вперед, он крепко обнял Николь и прижал ее к себе — словно боялся, что она вот-вот исчезнет. Пережитый кошмар, схватки с ордами ходячей мертвечины, правительственный заговор и предательство — все это в одночасье будто бы стало неважно. Весь мир сузился до Николь — живой, настоящей. Нашел. Все-таки он ее нашел…
— Действительно я, — пробормотал Айзек, уткнувшись лицом в ее волосы. — Я здесь. Теперь все будет хорошо…
Сколько они так стояли, инженер не знал — и, наверно, окажись сейчас поблизости некроморфы, Айзек и не заметил бы их приближения. Он и вовсе не думал о них. Наконец, Николь немного отстранилась и с печальной улыбкой посмотрела в лицо Кларка.
— Я уже и не думала, что мы снова встретимся… — ее пальцы невесомо коснулись щеки Айзека. — Боже мой, мне так жаль! Прости за все, что я сделала… Я не хотела причинить тебе боль…