Чтение онлайн

— Ты попал в самую точку! — Покрутив ножкой бокала, Сивер признался: — Мы тренируем отряды по борьбе с терроризмом во взаимодействии с полицией на случай общественных беспорядков.

— Отличная идея.

Хикс отрезал кусок филе.

— Мы, как и в вашем ведомстве, ждем неприятностей от любого контингента, мыслимого и немыслимого.

— Ну, это естественно.

— А еще нас интересует, — невинно начал Сивер, счищая с картофелины кожуру, — не могли бы вы одолжить нам систему «Парапойнт». Разумеется, исключительно в целях тренировки.

Хикс бросил на него быстрый взгляд:

— С этим мне придется обращаться на самый верх.

— Разумеется, — невозмутимо отозвался Сивер.

Они замолчали, потому что к столику подошел официант. Они поизучали меню десертных блюд.

— Пирог с черникой — это просто замечательно, — сказал Сивер.

— Хорошо, пусть будет пирог с черникой. Платишь-то все равно ты. — После того как официант отошел от столика, Хикс допил виски и, в свою очередь, поинтересовался: — А у вас в департаменте есть кубинские иммигранты первого или второго поколения?

— Парочка есть.

Сивер насторожился в ожидании ответной просьбы.

— Мы ищем надежных людей, хорошо знающих Гавану и провинцию Сиего-де-Авила.

Сивер достал блокнотик и сделал пометку.

— Я проверю по картотеке.

Отрезая себе сочного пирога, Хикс сказал:

— Если мы их вам и одолжим, то без какой бы то ни было канцелярской волокиты.

— Насчет этого не беспокойся. По телефонному звонку их можно передать в ведение Полицейской академии на девяносто дней, а в дальнейшем продлевать этот срок хоть до бесконечности. И если вам угодно, мы и телефонограмму можем зашифровать. А потом вычеркнуть этот звонок из памяти абонентной сети.

— Это было бы замечательно.

Хикс облизал вилку.

Протокол предписывает платить по счету стороне, инициировавшей встречу. Поэтому заплатил — посредством кредитной карточки своего ведомства — Сивер. После чего спрятал карточку в бумажник.

— Это был великолепный ленч, Энди. Спасибо.

— Рад стараться.

Сивер предложил Хиксу выкурить короткую сигару.

Хикс охотно согласился. Неторопливо раскурив ее, он сказал:

— Насколько я понимаю, в последний уик-энд имел место визит на гасиенду.

— Да. Я просто без ума от гор Блю-Ридж.

Произнеся это, Сивер подумал, много ли известно Хиксу о том, чем именно он занимался на гасиенде. Он и его спутник.

Он препроводил друга к выходу и усадил в такси. Вернувшись в гостиницу, проследовал в кабинет администратора банкетного зала на верхнем этаже — большую и просторную комнату, увешанную картинами старых французских мастеров и украшенную великолепно аранжированными букетами свежесрезанных цветов. Какая-то парочка сидела у письменного стола, планируя рассадку гостей на предстоящей свадьбе. Сивер остановился у большого стола, принявшись безмятежно листать крупноформатные фотоальбомы со снимками серебряной и фарфоровой посуды, а также всевозможных букетов и цветочных гирлянд. Затем, подойдя к застекленному боксу администратора, заглянул внутрь. За изящным резным столом там сидела женщина. Их глаза встретились, вспыхнули светом тайного узнавания и сразу же разминулись. Он пошел прочь, спустился по лестнице к гостиничной стойке и сказал портье:

— Меня зовут Гарри Паркер. Я забыл, в каком номере живу.

Сверившись с компьютером, портье ответил:

— Анфилада 1506. — И, достав из ящика стилизованный под старину ключ, вручил его постояльцу.

Анфилада была с балконом, откуда открывался вид на город. Положив руки на перила балкона, Сивер полюбовался панорамой, вздохнул и подумал о том, проснулся ли уже Алехандро. У него за спиной дверь в номер открыли. Вильма Гальт, его подружка-трудоголичка, бросилась к нему с нескрываемой радостью на лице.

Высокая женщина, одетая в прелестное черное платье, упала в его объятия.

— Мне тебя не хватало!

Жар поцелуев уже отозвался во всем его теле. Они прижались друг к другу, их языки пустились в неистовую пляску. Ее рука скользнула ему в пах, сразу же возбудила его.

— Мне нравится ощущать тебя! — Она укусила его нижнюю губу, принялась тереться о него бедрами.

Он потянулся расстегнуть «молнию» на брюках.

— Не здесь, — шепнула она, взяла его за руку и повела в спальню.

Позже, когда они, изнеможенные, лежали на постели, она шутливо потеребила его член и промурлыкала:

— Бедненький, во что он превратился! А был такой величавый!

— Не убирай руку, и он встанет снова.

Она повернулась на бок, лицом к нему, поглядела ему в глаза:

— Я страшно скучаю по тебе, Энди. Но звонить тебе на службу больше не стану. Потому что каждый раз, как я звоню, мне отвечают, что ты на дежурстве. — Она не без любопытства посмотрела на него: — Какие могут быть дежурства у простого клерка?

Сиверу удалось довольно естественно и убедительно расхохотаться.

— Ты не понимаешь, что такое служба в полиции. На меня возложена обязанность хронометрировать работу других сотрудников. Это означает, что я должен обойти все суды, чтобы проверить, появлялись ли там детективы, которым предстояло там появиться. Я составляю расписание вызовов на целую неделю, а это означает, что мне приходится присутствовать на множестве всевозможных совещаний, на которых дают задания сотрудникам. И я должен также принимать жалобы у населения и передавать их по назначению.

— Ах ты Господи, — воскликнула она, почувствовав, что к предмету, который она держала в руке, вернулась жизнь. Продолжая гладить его, она спросила: — А как ты думаешь, нам когда-нибудь удастся послать все это к чертям собачьим и зажить по-человечески?

— Когда-нибудь да удастся, — ответил он, принимая устремленное к нему тело.

Отдел анализа и исследований занимал верхний этаж грязновато-желтого семиэтажного здания, в котором прежде размещалась фабрика, в пяти кварталах к северу от Голландского туннеля. В прекрасный летний день, в начале четвертого, Сивер вошел в захламленное помещение первого этажа, где все было поддельным — кожа кресел, искусственные цветы в вазах и суть того, чем здесь занимались. Женщина за обшарпанным зеленым металлическим пультом спросила у него:

— Могу ли я быть вам полезной, сэр?

Сивер бросил взгляд на вывеску на стене, гласящую «Промышленная продукция», и протянул женщине свои документы. Она повернулась к компьютеру и напечатала его имя.

Тут же на экране появились его фотография и краткие анкетные данные.

— Когда поступили на службу? — спросила она.

— Первого января 1962 года.

— Порядковый номер класса, в котором вы учились в Академии?

— Второй.

— Номер бляхи при несении патрульной службы?