Чтение онлайн

— Саш, у тебя что-то случилось? — спрашиваю я, а затем поднимаюсь, открываю ящик, в котором храню лекарства, и достаю таблетку аспирина.

— У меня ничего не случилось, — фыркает она. — Проблема в папе.

— Проблема в папе? — переспрашиваю я. — И что же с твоим папой произошло?

— Я даже не знаю, как тебе об этом сказать, — хмурится дочь, стараясь не смотреть на меня.

— Ну скажи, как есть, — с улыбкой отвечаю я, понимая, что раз дочь потянулась на откровенность, лучше мне её сейчас не отталкивать, иначе она в следующий раз может и не подойти ко мне за советом.

Кажется, что дочь сейчас начнёт жаловаться на то, что Денис её обидел или сказал что-то не то, потому что у неё в последнее время возникают конфликты только на почве каких-то замечаний, которыми муж буквально осыпает Александру. Но то, что говорит Саша, застает меня врасплох.

— Ты ведь знаешь, что я дружу с девочкой, которая живёт по соседству с тёткой нашего папаши?

— Знаю, — киваю я, нахмурив брови.

— А ты знаешь, что тётушка нашего папаши всем рассказывает, что скоро он с тобой разведётся и женится на какой-то там молодой красивой девке, которая работает с вами в одной компании?

Я замираю, чувствуя как по спине пробегает холодок.

— Саш, — я вздыхаю, на секунду закусив губу. — Но ты же понимаешь, что эта женщина не совсем здорова? Не нужно слушать весь тот бред, который она несёт.

— А вдруг это правда? — прямо спрашивает дочь. — Вдруг он действительно кого-то себе нашёл?

— Ну если так, мы спокойно его отпустим, — пожимаю я плечами.

— Серьёзно? — хмурит Саша брови. — Вот так просто возьмём и отпустим?

— Ну а что ты предлагаешь сделать? — спрашиваю я, стараясь говорить как можно спокойнее.

Я не должна поддаваться эмоциям. Дочь ведь не виновата в том, что её подружка принесла ей сплетни от тётушки моего мужа. Нельзя втягивать её в эту грязь…

Я бы очень хотела оградить свою дочь от всей этой ситуации, но понимаю, что не могу на это повлиять. Я не могу контролировать то, что говорит эта старая ведьма.

— Давай сделаем так, — вздыхая, произношу я. — Ты ничего никому не говоришь, в особенности папе. А я наблюдаю за ним, и если вдруг что-то будет не так, я с ним откровенно поговорю и узнаю, о чём это рассказывала его тётка.

— Давай, может быть, я лучше за ним послежу? — с энтузиазмом предлагает Саша.

— Так. Нет, — я поднимаюсь. — Нет и ещё раз нет, Саша! Ты не будешь шпионить за своим отцом. Это неправильно.

— Неправильно то, что он, возможно, тебе изменяет, — обиженно замечает Саша. — А ты не хочешь этого узнать наверняка. Ты как будто страус, голову в песок решила спрятать и думаешь, что всё само собой рассосётся.

Дочь вскакивает из-за стола, чуть не опрокинув стул, и убегает в свою комнату. А я тяжело вздыхаю и возвращаюсь на своё место. Да, переходный возраст он такой. Саша может взорваться из-за любой мелочи. Но сейчас я действительно считаю, что ей не стоит следить за Денисом, потому что она может увидеть то, что ей совсем не понравится, а то и сломает психику на всю оставшуюся жизнь.

Денис возвращается домой за полночь, раскрасневшийся, лохматый, в ослабленном галстуке и с мечтательной улыбкой на губах.

— Зря ты так рано ушла, — замечает он, входя в спальню, где я лежу на кровати с книгой в руках.

Не могу даже смотреть на него без содрогания. Стоит, улыбается, а сам уже давно вынес мне несправедливый приговор.

Но я понимаю, что мне стоит взять себя в руки и делать вид, что я ничего не знаю. Притворяться всё той же глупой Людмилой, которую так легко обвести вокруг пальца…

— Я же тебе объяснила, у меня голова разболелась, — сухо напоминаю я и возвращаюсь к чтению.

— Ну да, я помню. А что это ты такая странная? Случилось что-то?

— Да, случилось, — я захлопываю детектив и кладу его на тумбочку. — Мне Саша сказала, что твоя тётушка распускает по всему дому сплетни о том, что ты скоро меня бросишь.

Я выпаливаю это на одном дыхании и во все глаза смотрю на мужа, который даже бровью не ведёт в ответ на мои обвинения. Он криво усмехается, расстёгивает рубашку и небрежно швыряет её на стул.

— Ты нашла, кому верить. Саше, — заявляет он, закатывая глаза. — Она же врёт, как дышит. С чего бы моей тётке рассказывать подобные глупости? Наша дочь неуправляемая. Её нужно отправить на какое-то время в интернат, чтобы она увидела, как живут другие дети, и начала ценить то, что у неё есть.

— А почему ты обвиняешь нашу дочь, а не свою тётю? Она ведь уже попадалась на чём-то подобном. Ей доставляет удовольствие придумывать всякие гадости и разносить их по нашим знакомым.

— Да что ты всё время к ней цепляешься? — фыркает Денис. — Не такая уж она и плохая. И я больше верю ей, чем Саше, которая в последнее время только и делает, что нервы мне треплет.

— Вот как, — вздыхаю я, сощурив глаза. — Значит, наша дочь — обманщица, по которой плачет интернат, а твоя сумасшедшая тётка вот-вот обзаведётся ангельскими крыльями.

— Ну может и не так утрированно, — кивает он, швыряет поверх рубашки свои брюки, стягивает носки и забирается под одеяло, обдавая меня запахом сигарет и женских духов.

— Ты бы хоть в душ сходил, — морщусь я.

— Отстань, Люд, — фыркает он, переворачивается на другой бок и натягивает одеяло на голову.

Я специально передала мужу наш разговор с дочерью, хотела посмотреть, как он отреагирует. Думала, что он хотя бы испугается. Но Денис как будто готовился к этому разговору. Возможно, он даже специально растрепал всё своей тётке, зная её вздорный характер и привычку рассказывать обо всём, что происходит в её семье, соседям. Но теперь он почему-то решил обвинить во лжи Сашу.

Удобно устроился, ничего не скажешь.

Хорошо, когда есть на кого всё свалить. В частности, на девочку-подростка, у которой сейчас гормоны так бушуют, что она едва может держать себя в руках. И этот взрослый мужчина, который должен души в ней не чаять, защищать её от всего и всех, на полном серьёзе говорит, что она пытается нас рассорить. И как я могу спокойно жить с ним дальше под одной крышей, позволять ему лежать в моей постели? Как я вообще могу разговаривать с ним, не пытаясь пристукнуть чем-то тяжёлым? Он ведь полностью заслуживает наказания.

Ещё вчера я могла с уверенностью сказать, что уверена в своём муже. Да, у нас бывают проблемы, мелкие конфликты и недопонимания, но мы всегда берегли чувства друг друга и относились с пониманием к тараканам, которые живут в наших головах. И что теперь? Во что превратилась моя любовь? А я скажу — в пепел. В обычный пепел…

Я смотрю на взбугрившееся одеяло рядом с собой, на тёмную макушку, которая мирно покоится на подушке, и не ощущаю ничего. Только леденящий душу холод и желание сходить в душ и сменить постельное бельё на своей половине кровати.