Месть. Под маской нежности
Шрифт:
Он подошёл позже, когда толпа начала редеть, и остановился у картины с лисёнком.
– Впечатляющая выставка, Марго,- сказал он, внимательно разглядывая полотно.
– Этот лисёнок... он нашёл дорогу.
– Нашёл, - тихо ответила я, чувствуя, как его голос будит во мне старые эмоции.
– И решил, куда идти дальше.
Илья улыбнулся, но в его улыбке не было прежней дерзости - только мягкость и лёгкая грусть.
– Мудрый лисёнок, - он помолчал, глядя на картину, а потом повернулся ко мне.
– Я рад, что ты нашла свой путь.
– Спасибо, - я встретила его взгляд, и на мгновение мне показалось, что время повернулось вспять.
– А ты? Как дела?
– Работаю. Восстанавливаю то, что сам же разрушил, - он усмехнулся, но в его голосе чувствовалась искренность.
– Лена вернулась, учится в университете. Встречается с хорошим парнем - не женатым, - добавил он с лёгкой иронией.
– Кажется, мы оба многому научились.
– Это хорошо, - я кивнула, стараясь скрыть, как сильно его присутствие волнует меня.
Мы замолчали, стоя рядом, глядя на картины. Тишина была не неловкой, а какой-то тёплой, наполненной невысказанными словами. Я чувствовала, что он хочет сказать больше, но сдерживается, как и я.
– Маргарита...
– начал он, и в его голосе послышалась нотка уязвимости. Он протянул руку, как будто начиная всё заново.
– Меня зовут Илья. Будем знакомы. Мне очень нравятся ваши работы. Не хотите выпить кофе как-нибудь?
Я посмотрела на его руку, потом в его глаза. В них не было ни капли насмешки и лукавства - только теплота и искренность. Три месяца назад я бы оттолкнула его, не раздумывая. Но время смягчило боль, и я научилась отпускать - ради себя. И всё же он был мне не безразличен. Его присутствие, его слова, даже эта робкая попытка начать сначала - всё это отзывалось во мне эхом былых чувств.
– Возможно, - ответила я, позволяя лёгкой улыбке тронуть губы.
– Позвони через пару недель.
Он кивнул, и в его взгляде мелькнула искренняя радость. Не обещание, не отказ - просто открытая дверь, за которой могло быть что-то новое.
Когда выставка закончилась, я осталась одна среди своих работ. Двадцать картин, каждая из которых рассказывала о падении, возрождении и надежде. Моя история. И, возможно, где-то в ней ещё найдётся место для новых глав.
КОНЕЦ.