Чтение онлайн

– Я вчера перевёл тебе деньги на гостиницу, - прошипел Михаил.
– На пару дней точно хватит.

– На пару дней?
– Лена всхлипнула.
– Миша, ты обещал, что мы будем вместе! Что ты разведёшься и...

– Тише!
– перебил её Михаил.
– Сколько раз повторять - не торопи меня с разводом. Я сам решу, когда будет подходящее время. Нужно всё сделать аккуратно, чтобы Марго не заподозрила раньше времени.

У меня перехватило дыхание. Руки задрожали так сильно, что кофе выплеснулся на блюдце. Вера замолчала на полуслове, с тревогой глядя на меня.

– Но ты же сказал, что давно её не любишь!
– Лена повысила голос.
– Что остаёшься с ней только из-за...

– Из-за квартиры и бизнеса её отца, да, - закончил Михаил.
– Но это не значит, что можно действовать как слон в посудной лавке! Если бы она вчера что-то заподозрила, всё бы рухнуло. А так я её убедил, что ты сумасшедшая фанатка.

– Я не сумасшедшая!
– голос Лены дрожал от слёз.
– Я люблю тебя! А ты... ты вчера по телефону так грубо со мной разговаривал, будто я и правда какая-то навязчивая дура!

– Потому что она слушала! Нужно было сыграть убедительно. И знаешь что? Получилось. Она мне поверила.

Я почувствовала, как по щекам текут слёзы. Вера схватила меня за руку:

– Марго, что с тобой? Ты вся белая!

Я не могла ответить. В голове звучали слова Михаила: «квартира», «бизнес отца», «сыграть убедительно». Три года брака - и всё это было ложью?

– Завтра после работы поедем смотреть тебе квартиру, - продолжал Михаил уже мягче.
– Найдём что-нибудь приличное. Потерпи ещё немного, детка. Через пару месяцев я подготовлю почву, и мы сможем быть вместе открыто.

– Пару месяцев?
– Лена всхлипнула.
– А потом опять пару месяцев? Сколько ты будешь кормить меня завтраками? При чём здесь бизнес её отца? У тебя своя фирма. Уйди от неё и всё.

– Своя фирма?
– Михаил усмехнулся, и в его голосе появились циничные нотки, которых я никогда раньше не слышала.
– Лена, детка, ты такая наивная. Это не моя фирма, а фирма её отца, я там финансовый директор, просто имею право первой подписи на всех документах. Думаешь, он оставит меня на этой должности, если я брошу его драгоценную дочурку?

Я вцепилась в край стола, чувствуя, как мир рушится вокруг меня. Папа... Мой отец, который так радовался, когда Михаил попросил моей руки. Который говорил, что наконец-то нашёл достойного преемника для семейного бизнеса.

– Но ты же говорил, что любишь меня!
– Лена плакала уже в голос.

– И люблю, - его голос смягчился.
– Но любовь любовью, а бизнес есть бизнес. Марго - это просто... необходимость, инвестиции. Временная. Она скучная, предсказуемая. Вечно со своими дурацкими картинками, как ребёнок. Знаешь, как меня бесят её рисунки? Зайчики, белочки... Тридцать два года, а всё в сказки играет.

Вера крепче сжала мою руку. Я не чувствовала своего тела, словно наблюдала за происходящим со стороны. Скучная? Предсказуемая? Мои рисунки, которые он всегда хвалил, на самом деле его бесили?

– А секс?
– голос Лены стал требовательным.
– Ты с ней...

– Приходится, - Михаил вздохнул.
– Для вида. Раз в неделю, не больше. Закрываю глаза и думаю о тебе. Она даже не замечает - лежит как бревно, ждёт, когда закончится. Не то что ты, моя страстная девочка.

Меня замутило. Вера поднесла к моим губам стакан воды, но я отрицательно покачала головой. Если выпью хоть глоток, меня вырвет прямо здесь.

– А дети? Она же хочет детей, - Лена уже успокоилась, её голос звучал почти деловито.

– Вот уж нет!
– Михаил фыркнул.
– Хватит с меня её самой. Придумал, что не готов к отцовству. Она поверила, даже к маме своей ездила жаловаться. А я просто не хочу, чтобы появились лишние связи. Развестись с бездетной женой гораздо проще. И дешевле.

– Ты такой умный, - в голосе Лены послышалось восхищение.
– Всё продумал.

– А то! Знаешь, сколько я вложил в эти отношения? Три года притворства. Три года «любимая», «дорогая», «единственная». Романтические ужины, которые меня тошнит устраивать. Цветы по каждому поводу. Совместные поездки, где я умираю от скуки. Но это инвестиции, понимаешь? Скоро они окупятся.

Я прижала ладонь ко рту, сдерживая рыдания. Наша поездка в Италию, где он сделал мне предложение на мосту Вздохов. Ужины при свечах, которые он, оказывается, ненавидел. Цветы, которые я так любила... Всё было ложью. Каждое слово, каждый жест, каждый поцелуй.

– Миша, - Лена помолчала, потом спросила неуверенно, - а если она сама захочет развестись? После вчерашнего...

– Не захочет, - уверенно ответил он.
– Марго из тех женщин, которые держатся за брак до последнего. Гордость семьи, понимаешь ли. К тому же она меня любит. По-настоящему любит, бедняжка. Вчера видела бы, как она мне поверила. Даже извинялась, что усомнилась. Я чуть не рассмеялся ей в лицо.

– Жестоко, - пробормотала Лена, но в её голосе не было осуждения.

– Бизнес - жестокая штука, детка. Ладно, пора идти. Она сегодня на какую-то выставку собиралась с коллегой, но лучше не рисковать. Встретимся завтра, в семь возле агентства недвижимости на Садовой. И Лена... больше никаких сюрпризов вроде вчерашнего, поняла?

– Поняла, - буркнула она.
– Прости.

– Вот и умница. А теперь выходи первая, я расплачусь и выйду через пять минут. Нечего нам светиться вместе.

Я услышала, как зашуршала одежда, стук каблуков Лены, удаляющийся к выходу. Потом голос Михаила:

– Счёт, пожалуйста. И ещё американо с собой.

Обычный, спокойный голос. Голос человека, который только что растоптал три года моей жизни и теперь заказывает кофе, как ни в чём не бывало.

Вера осторожно приподняла меня за локоть:

– Марго, может, пойдём отсюда?

Я отрицательно покачала головой и прижала палец к губам. Нельзя, чтобы он меня увидел. Не сейчас, когда я едва сдерживаю истерику. Мы сидели,

затаив дыхание, пока Михаил расплачивался, пока его шаги не удалились к выходу, пока не хлопнула дверь кафе.

Только тогда я позволила себе разрыдаться. Тихо, беззвучно, уткнувшись в салфетку. Вера обняла меня, гладила по спине, шептала что-то утешительное, но я не слышала слов. В ушах звучал только голос Михаила: «Скучная, предсказуемая», «лежит как бревно», «бедняжка».

– Сволочь, - наконец выдохнула Вера.
– Какая же он сволочь. Марго, милая, ты не заслужила такого.

Я подняла на неё заплаканные глаза: