Чтение онлайн

Пробуждению же моего сознания способствовали достаточно сильны толчки в области левого плеча. Создавал их никто иной как Ипполит. Доктор, несмотря на то, что улыбался, выглядел рассерженным.

— Что случилось? — еще борясь со сном, спросил я.

— Ты, конечно, хорош! Ты просто мастер потрясающих шуток! Я ценю это, но, дорогой Ид, нам сейчас нужен результат или хотя бы продвижения, а не идиотские игры… — злобно сказал Ипполит.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я, начиная понимать, что самое время принять недоумевающий вид.

— Что имею ввиду? То, что ты дурак! Кого ты привел? Это всего лишь на всего какая-то сумасшедшая! Я сказал тебе, чтобы ты достал мне женщину с болезнью Кройцфельдта-Якоба, а ты привел какую-то старуху с какой-то странной формой шизофрении! Тебе не кажется, что название болезней очень и очень отличны друг от друга! Не веришь? Попробуй произнести по слогам. — и доктор отчеканил каждое наименование по слогам, а затем слегка истерично засмеялся.

Получается, что Хелен Медвий провел меня, как самого малого мальчишку, не гораздого отличить фальшь в поведении человеческом от искренности. Да, он точно лично знаком с Китом Лером, потому и повел меня по ложному следу. Правда вот, мне очень интересно, почему он просто не отказал в предоставлении бланка? Зачем дал другой, раз уж точно знал, что у меня нет полномочий требовать от него что бы то ни было? Может, он просто испугался меня? Откуда ему знать, что я не свернул бы ему шею, откажи он только мне? А может этому карлику каким-то образом удалось почувствовать, что я замешан в каком-то очень темном дельце, и он просто предоставил мне возможность наломать еще чуток дров перед тем, как быть арестованным? Как бы то ни было, стоит ожидать, что полицейские пойдут по следу, указанному каким-то убогим уродом, а это значит, что рано или поздно им удастся обнаружить, что пропала именно Мария Йамада. Скажет ли это им о чем-нибудь? Не знаю, зато моя голова почти сразу после осмысления всех ранее бывших скрытыми обстоятельств придумала отличный план, который если не полностью оградит меня от каких-нибудь подозрений, то неясности в ситуацию точно добавит. Они получат не то, что желают. Да, план определенно хорош.

— Успокойся, Ипполит. Я не ожидал такого поворота, но, кажется, знаю в чем все дело. У меня были проблемы сегодня, — говорил я, будучи уверенным в верности только что обдуманного плана, весьма спокойно, чем не мало удивлял не находившего себе места доктора, — И они посерьезнее всех предыдущих. Я даже думаю, что на нас могут скоро выйти, если мы позволим себе еще хотя бы пару опрометчивых поступков.

— Объясняй скорее, не томи! — нетерпеливо нервным тоном сказал мой единственный слушатель.

— Эту женщину подсунул мне один из работников Государственной службы, а потом, по всей вероятности, вызвал настоящих полицейских. Я это знаю по той причине, что перед тем, как приехать сюда, мне вдруг ни с того ни с сего вздумалось прокатиться по прошлому маршруту. И как ты думаешь, с кем у меня состоялась встреча? С собственным отражением! Там был Кит Лер, окруженный целым сонмом себе подобных. Впредь надо быть более осторожными с перевоплощениями в реально существующих людей… Этот Кит Лер теперь будет рыть как можно боле глубоко: как-никак для него тут присутствует и кое-что личное.

— Интересно… — после недолго молчания, бывшего, вероятно, отличным аккомпанементом для размышления, заговорил Ипполит. — Я не думаю, что это было спланировано, иначе тебя бы уже поймали. Все получилось абсолютно случайно, и мне кажется, что всему виной тот человек из Государственной службы. Либо ты плохо вжился в роль, либо у него были иные причины не доверять тебе. Впрочем, не важно; сейчас нужно придумать, чтобы предпринять.

— У меня есть кое-какие соображения… — поспешил я обрадовать своего напарника, — Не убивай эту женщину сейчас же, а сделай это вечером. Ни в коем случае не кремируй ее. И еще — подготовь одну дозу сильного снотворного, и набери ее в небольшой шприц.

После этого я изложил Ипполиту все пункты своего замысла. Ученый все одобрил, сказав, что метод рискованный, но в случае успеха, можно рассчитывать на спокойную жизнь и в дальнейшем. О мой дорогой доктор, я и без тебя знаю об этом!

Остаток дня придется потратить на приготовления, но это никак не огорчает меня, потому что предвкушение, сумей оно только забраться в сознание человека, заставляет позабыть обо всякой усталости: как физической, так и умственной.

Глава III

За несколько часов до наступления выбранного мною для реализации моего плана времени, я вышел из дома и направился в сторону здания, занимаемого Государственной службой статистических ведомостей по делам граждан. Подойдя к нужному дому, я, желая быть как можно менее заметным, остановился на почтительно расстоянии от главного входа. Примерно через двадцать минут после моего появления в указанном месте, из входных дверей вышел Хелен Медвий. Карлик как-то нервно огляделся вокруг и, не заметив ничего подозрительно, в том числе и меня, быстрым шагом пошел в направлении, которое предусматривало для меня роль догоняющего. Оно и к лучшему, потому что так у меня будет больше возможностей все время оставаться в тени.

Было заметно, что объект моей слежки очень торопился и, кажется, подобно мне, тоже старался быть максимально малозаметным — он постоянно оглядывался по сторонам, а когда доводилось идти мимо случайных прохожих, его длинные руки пытались как-то неловко прикрывать лицо. Чего он боится? Вот это по-настоящему загадка для меня, в поиска ответа на которую я порой доходил до того, что начинал примешивать сюда страх этого существа перед фальшивым господином Лером, то есть передо мной.

Однако подобного рода предположения оказались ошибочными, потому что спустя небольшой промежуток времени мне удалось раздобыть отгадки на все эти идиотские ребусы, созданные в моей голове благодаря странному поведению смешного уродца. Медвий не пошел к себе домой, вместо этого он решил стать посетителем «Мира кровавого туза». Теперь-то все его волнение стало понятной штукой для меня, более того, основываясь всего лишь на его поведении, знании специфики заведения, посещенного им, и кратком общении с этим субъектом сегодня днем, я могу составить психологический портрет сего товарища бюрократа. Попробуем. Личность он заносчивая; скорее всего полагает, что место работы несколько сближает его с людьми из касты управителей, почитаемых субъектом за неких божеств. Главная мечта — быть замеченным «сверху». Все, на основании этого можно судить об прочих качествах. Нервничал он и прикрывался, когда шел в бар, лишь потому, что считает не совсем характерным для столь «серьезных» персон, как он, посещение увеселительных заведений. Но ему оказалась нужной проститутка, ибо в борьбе с физиологией поражение обычно терпит вторая сторона. Подтверждение теории о том, что в деле замешана дама легкого поведения, не заставило себя долго ждать — в «Тузе» я увидел, как Медвий, не обращая внимания на все происходящее, целенаправленно устремился к столику, за которым восседала уже известная мне горбунья, еще вчера бывшая объектом вожделения того толстого парня, что так любезно согласился стать кавалером спутницы Евы.

Карлик что-то сказал ей, но из-за отдаленности и шума я не смог расслышать ни слова, зато последовавшую за этим громко произнесенную фразу проститутки мои уши разобрали детально: «Скажи, а ты везде такой маленький?!». За этим последовал смех. Лилипут сконфузился и, видимо, не сумев перебороть гнев, порожденный столь неприятным оскорблением, выкрикнул «Скотина!». Возможно, началась бы серьезная перепалка, из которой победителем вышла бы, конечно, горбунья, если бы только маленький покупатель женских телес не извлек из своих карманов, по всей видимости, деньги и не вручил бы их своей оскорбительнице. Такой ход резко изменил планы проститутки, до этого уже было собиравшейся надавать пару пощечин дерзкому коротышке. Да здравствует капитализм…как-то мне уже и самому не особо-то весело от скандирования этого лозунга.

После вышеописанного забавная парочка вышла из бара и пошла, как мне удалось потом узнать, в сторону дома Хелена Медвия. Его жилище располагалась всего в трех кварталах от начального пункта их шествия.

Когда они скрылись в слишком больших для того, чтоб ими владел такой маленький человек, покоях, я взялся за разведывание обстановки. Надо узнать все возможные варианты проникновения в это строение — мне это очень скоро понадобится. Выход нашелся быстро — задняя дверь, представлявшая собой тонкую полустеклянную конструкцию, была оснащена очень простым замком, который мне удастся открыть при помощи пары проволок, найденных на улице. Данное обстоятельство очень радовало меня — теперь оставалось дело за малым. Безо всяких промедлений я направился очень быстрым шагом в сторону своего жилища.

Придя домой, я первым делом спустился в лабораторию к Ипполиту и заявил ему, что пора приносить в жертву очередную ни в чем не повинную женщину. Эти указания были выполнены прямо перед моими глазами — доктор лишь ввел в вену Марии небольшое количество какой-то коричневой жидкости, и спустя минута она перестала дышать. Как же просто забрать жизнь, человеческую жизнь… Мертвой Мария выглядела красивее, чем при жизни — черты ее лица, которым так не хватало умиротворения, теперь были невозмутимы, голова не дергалась, веки не содрогались, губы были чуть приоткрыты, что создавала ощущение того, будто женщина ожидает готового пробудить ее поцелуя. Пятна на лице потеряли былую свою четкость и лишь блеклыми оттенками виднелись на ее коже. И в этот момент я примерно представил красоту ее молодых, нетронутых болезнью черт. Она была просто прекрасна…