Чтение онлайн

Тяжесть в голове сразу исчезла, грудь дышала ровно и спокойно.

Только когда Дарзиньш встал с дивана, чтобы сходить попить водички, во рту пересохло, ноги его задрожали мелкой дрожью и комната сделала медленный „круг почета“. Пришлось даже Дарзиньшу опять плюхнуться на диван и пересидеть сей неприятный момент.

— Ножки отказали? — насмешливо пропела Ольга. — Я такая! У меня оба мужика, царство им небесное, пусть земля им будет пухом, едва ноги таскали, сходя с постели. О! — оживилась она. — Анекдот хороший вспомнила. Первая запись в дневнике Жанны: „Приезжал Поль, отвез на велосипеде на Сену, стал приставать, убежала, ноги — мои верные друзья“. Запись вторая: „Приезжал Пьер, отвез на мотоцикле на Сену, стал приставать, убежала, ноги — мои верные друзья“. Запись третья: „Приезжал Андре, увез на Сену на шикарном лимузине, стал приставать, ноги — мои верные друзья, но даже самые верные друзья иногда расходятся“.

— Далеко увез! — откомментировал с ухмылкой Дарзиньш.

— Глупый! — пропела Ольга. — Просто на мягком сиденье автомобиля заниматься любовью намного приятнее, чем на влажном и грязном берегу Сены.

— Тоже верно! — согласился Дарзиньш, заставив себя подняться и сходить на кухню попить воды.

После того как он выпил пару кружек воды, сердце его внезапно стало биться в два раза быстрее. Дарзиньш испугался и поспешил сесть на ближайший табурет и подождать, пока обезумевшее сердечко придет в себя и забьется в прежнем ритме.

Несколько раз глубоко вздохнув, Дарзиньш привел ритм сердца в норму и вернулся к Ольге, которая бесстыдно развалилась на диване в „чем мать родила“.

— Ты бы прикрылась! — сделал ей замечание Дарзиньш. — Неровен час Ама войдет. Неудобно получится.

Ольга сразу помрачнела и стала быстро одеваться. Одевшись, она заметила Дарзиньшу:

— Твоя Ама — ведьма! И пару столетий назад ее сожгли бы на костре!

— Костры из бабских языков сжигают не менее больно. Так же хорошо! — с ехидством ответил Дарзиньш.

Он себя прекрасно чувствовал, просто великолепно. Ольга обратила внимание на его сияющий вид и сказала одобрительно:

— А ты клево выглядишь! Кстати, раз уж ты заговорил об Аме…

— Я о ней не заговорил, — прервал Ольгу Дарзиньш. — Ама сама по себе, мы — сами по себе. Ясно?

— А трахать нас будешь по очереди? — насмешливо пропела Ольга.

— Она в такие игры не играет! — разуверил ее Дарзиньш.

— Только не говори мне, что она девственница, — нагло и злобно проговорила Ольга, — и что она с тобой не трахалась.

— Она была замужем и со мной жила, — не стал отрицать Дарзиньш. — Я имел в виду любовь втроем.

Очень хотелось Ольге рявкнуть на старика, чтобы в таком случае он и трахался с этой ведьмой, а ее оставил в покое, но вовремя прикусила язычок.

„Пусть будет, как есть, — подумала она. — Что тебе этот старый пень? Только средство передвижения, если, конечно, не обманет этот импотент майор“.

Почему Ольга поверила майору, она и сама не смогла объяснить. Поверила и все тут, утопающий хватается за соломинку.

— Как скажешь, хозяин! — раболепно протянула она, смирно и серьезно.

Дарзиньш сразу успокоился.

— Вот и хорошо! — радостно сказал он. — Умница. Что тебе с ней делить? Даже меня не придется.

Ольга лишь усмехнулась. Его бы устроило и такое положение, если бы Ама вместе с ней занималась любовью с гражданином начальником, но Ольге надо было получить доступ к телу единолично. Тогда она сможет выставлять его столько раз, сколько захочет.

Майор и так скопил за свою мрачную жизнь много яда и желчи в груди, и встреча с Дарзиньшем, а тем более разговор с ним, ничего нового не внесли в его копилку яда и желчи, но зато интересная мысль мелькнула у него в голове, что было неожиданно приятно.

Во время отсутствия Дарзиньша майор заменял его в исправительно-трудовом учреждении, являя собой высшую власть, почему он так и старался всеми доступными ему способами вывести из строя начальника.

Воспоминание о прибывшем недавно „князе“ зоны Вазгене сразу же натолкнуло его на мысль попытаться сговориться с „князем“ и устроить маленькую заварушку в колонии, может, хоть это поможет вытолкнуть Дарзиньша на пенсию.

Впрочем, после разговора с Ольгой, майор почему-то поверил, что ему удалось заставить Ольгу заглотнуть крючок невозможной надежды и что она лишит старика сил, а может, и жизни.

Устроившись поудобнее в кресле в своем кабинете, майор по селекторной связи велел привести к нему Вазгена. И в ожидании его прибытия стал проигрывать детали предстоящего разговора.

Подумать было о чем. В случае проигрыша Дарзиньш мог запросто арестовать своего заместителя и посадить его в БУР. За неимением тюрьмы в поселке БУР частенько использовался администрацией исправительно-трудового учреждения для охлаждения излишне горячих голов. Мог и отдать под суд. Зная его отношение к своей персоне, майор ни капельки не сомневался, что полковник так и поступит.

„Кто не рискует, тот не пьет шампанское!“ —.сказал себе майор.

В кабинет громко постучали.

— Введите! — гордо и властно разрешил майор.

Контролер ввел в кабинет Вазгена и, повинуясь жесту майора, быстренько освободил кабинет.

— Что будем пить: водку, кофе, чай? — дружелюбно спросил майор у „князя“.

— Пейте, что хотите! — добродушно разрешил Вазген — Я лично, ничего пить не буду. Я пью только с друзьями.

Майор проглотил обиду как ни в чем не бывало, и в волнении заходил по кабинету, не зная, с чего начать.

— Ты, гражданин начальник, начни с главного! — помог майору Вазген.

Такое нарочитое нарушение внутреннего распорядка, как обращение к заместителю начальника исправительно-трудового учреждения по воспитательной части на „ты“ майор даже не заметил. Он тоже решил говорить с „князем“ на „ты“ для большей доверительности.

— Случайно я услышал, как „хозяину“ докладывали об убийстве Ступнева, Ступы — осторожно начал подводить „князя“ к противостоянию с Дарзиньшем майор.

— Разве его убили? — сделал удивленное лицо Вазген. — Мне сказали, что он повесился, не выдержав разлуки с Полковником. У них такая любовь была…

И Вазген гнусно ухмыльнулся.

— Дарзиньш по-другому считает! — тоже ухмыльнулся майор, которому очень понравилась мысль представить Ступнева в роли пассивного гомосексуалиста.

Это, кстати, объясняло бы экспертизу, выявившую большое наличие спермы в заднем проходе трупа.

— Как он считает? — насмешливо спросил Вазген. — По-арабски или по-римски?

— Напрасно у тебя такое шутливое настроение, Вазген! — миролюбиво сказал майор. — Я, лично, тебе верю, что Ступнев покончил с собой, не выдержав смерти Полковника. Но хозяину дана другая команда: из „черной“ зоны делать „красную“. И он намерен раскручивать убийство.