Чтение онлайн

— Да нет, это старое. Еще с флота. Погода меняется, завтра потеплеет.

— Вы служили на флоте? А я уж решила, что вы кавалерист. Как вы сегодня изящно скакали…

— Ну, в общем-то, из-за ноги меня с флота в кавалерию и перевели.

— Мудрёно.

— Пока лежал в госпитале, сверху сочли, что в море ничего интересного не происходит, а вот некий дракон, по традиции причисленный к кавалерии, остался без Второго. Вот меня и направили… Я тогда лошадей побаивался. Но ничего — привык.Арина рассмеялась, а потом посмотрела на Цыбина серьезно.

— Мануэль Соломонович, объясните мне, что делают драконы на войне. Слышала о них много, но одни сплетни. То ли города сверху выжигают, то ли наоборот — сидят тихенько и всеми командуют.

— Если совсем упрощать, их задача — прорыв фронта. Понимаете, линию фронта держат особые. С двух сторон. Как, впрочем, границы любого государства, или, допустим, Кремль. И пробить эту защиту может, собственно говоря, только дракон.

— Ой! Здорово! У меня подруга была, Маринка Комарова…

— Слыхал, — Цыбин наклонил голову и глянул на Арину сочувственно.

— Так вот Маринка доказывала, что игра «Цепи кованые» — она про драконов. Она вообще мечтала драконов изучать. Но не сложилось…

Арина вздохнула, Цыбин еще раз погладил ее взглядом голубоватых глаз. «Как старший брат», — подумала Арина, у которой, впрочем, братьев никогда не было.

— Ну вот так примерно и есть. Только если с другой стороны другой такой же дракон маячит — это уже особый таран. Двое лоб в лоб. И тогда один, возможно, выживает. Ну, как повезет.

А бывает, что какую-то важную точку так держат, что и пара драконов понадобиться может, а то и четверо.

— Моня! Распорядись музыкой, а то благородное общество скучать начинает, — раздался зычный голос Шорина.

— Ух. Все-таки нализался, не уследил я, — встрепенулся Цыбин.

Арина с удивлением обнаружила, что в углу зала стоит патефон с кучей пластинок. Моня отловил кого-то из рябчиков и посадил менять пластинки.

Арина заметила, что, проходя мимо Шорина, Моня дотронулся до его головы — и тот сел заметно прямее.

При первых же звуках танго Шорин встал, огляделся — и протянул руку Арине, оказавшейся ближе других дам.

— Не волнуйтесь, товарищи! У каждого кавалера будет возможность пригласить каждую даму! — прокричал Моня, ведя в танце симпатичную практикантку.

Арина положила руку на ладонь Шорина — и они вышли танцевать. Шорин вел без форса, но красиво и уверенно.

— Снимите очки! — вдруг шепнул он ей в ухо. Арина остановилась.

— Зачем?

— Ни за чем. Просто снимите.

— Да чем вам помешали мои очки?

— А может, я хочу вашими прекрасными глазами полюбоваться? — пьяно хмыкнул Шорин. Арина вырвала свою руку из его — и убежала на крыльцо.

— Да не идут они вам. Старят, — крикнул ей вслед Шорин. Арина даже не обернулась.

Пару минут спустя на крыльцо вышел Цыбин.

— Не злитесь на него, ладно? — попросил он, заискивающе глядя Арине в глаза, — Человек пьян.

— В перечне смягчающих отсутствует.

— Но вы ведь не уйдете? Я прослежу, чтобы он больше к вам не подходил. А вы развлекайтесь…

— Простите, Мануил Соломонович, кажется, я совсем разучилась развлекаться…

Идти было некуда. В общежитии девушки планировали пить-гулять до утра. Арина

прошмыгнула в каморку, гордо называемую ее кабинетом, и ушла с головой в отчеты.

Когда она закончила все документы, из актового зала не доносилось ни звука. Все уже разошлись.

Она прошлась по темным гулким коридорам угро, ища место для ночлега. В приемной стоял новенький диван, привезенный Цыбиным. Похожий был у папы в кабинете — большой, кожаный, с зеркалом и закрытой полкой правее. В папином диване в такой полке жил тайный невидимый друг Арины — мальчик с рекламы зубного порошка. Папа придумывал для Арины новые и новые приключения этого мальчика, и только когда она подросла и пошла в школу, истории эти как-то постепенно закончились.

Арина вспомнила, как мальчик из полки пошел кататься на трамвае, как убегал от дворника… И сама не заметила, как уснула.

— Дава! Милый! Я готов танцевать с тобой это танго с утра до ночи, но тут диван точно не пройдет!

Арина проснулась от громкого натужного шепота Мони — и почувствовала, что диван не то шатается, не то парит в воздухе.

Она чуть-чуть приоткрыла глаза. Диван действительно качался в полуметре над полом. Моня держал его за изножье. Кто держал в головах, догадаться было нетрудно.

— Должен пройти, я сказал, — раздался не менее громкий шепот Шорина.

Их движения, и верно, со стороны напоминали танго. Шорин вел, а Цыбин, повинуясь его молчаливым распоряжениям, то делал крохотный шажок влево, то вправо, то пятился, то двигался вперед.

Им все-таки удалось миновать коварный угол (наклонив диван так, что Арина вжалась в его спинку) и даже затащить его в кабинет Арины.

Кабинет был действительно крошечным. Основное его пространство занимал стол

с микроскопом, множеством реактивов и другими полезными приборами и приспособлениями. Были стеллажи, был маленький шкафчик для одежды, был венский стул, притащенный накануне Цыбиным. Но точно не было места для дивана.

— Ну и куда его? — Цыбин широким жестом обеих рук показал на обстановку кабинета. При этом его угол дивана даже не шелохнулся, остался замершим в воздухе.

— Надо подумать, — Шорин вышел из-за головы все еще притворяющейся спящей Арины. Его угол дивана тоже не упал.

— А если так?

Стол Арины аккуратно сдвинулся в угол.

— Неудобно. Она дымит как паровоз, весь дым в коридор тянуть будет.

— А если…

Шкаф передвинулся в угол, стол встал возле окна — и вполне расчистилось место примерно на полдивана.

— Уже лучше.

Шорин уставился в пустой угол — и вся мебель еще немного потеснилась, куда спокойнее и аккуратнее.

— Вот теперь — в самый раз! — Шорин гордо оглядел свою работу.

— Задвигаем — и к делу!

Диван с Ариной довольно резко влетел в угол. Притворяться спящей было уже невозможно, Арина села.

— Моня! Ты неизящен! Бутылки побьешь!

Диван поерзал, вставая аккуратно.

На пороге появилась раздраженная Лика.

— Два ночных дежурства каждому. Фоните так, что у меня девочка чуть в обморок не упала. Устроили тут спектакль!