Металлическое вторжение
Шрифт:
– Не понимаю, что из этого следует, - признался Шелест.
– Зато я прекрасно понимаю, - сказал Йон.
– Но закончим на этом, мы отправляемся к королю. Если тебя, Шелест, интересует ситуация, можешь пойти с нами.
– А я?
– требовательно произнесла Юфория.
– Мне теперь тоже интересно.
– Боюсь, вам придется воздержаться от похода с нами, Ваше Высочество. С королем сейчас старейшины...
– Ясно.
Шелеста насторожило ее смирение, но, припомнив прошлую встречу Юфории со старейшинами, он окончательно убедился в том, что отношения там сложные. Ему и самому было неуютно среди таких высокопоставленных, напыщенных и строгих людей, хотя, конечно, осаживать их методами Юфории он не собирался.
Вчетвером они побрели по коридорам. Юфория вскоре свернула в сторону, ничего не сказав.
– Я с ней пойду, ладно?
– спросила Ют.
– Давай, - ничего не имел против Шелест.
– Эй, принцесса!
– окликнул он Юфорию.
– Что?
– обернулась та.
– Значит, я зайду потом?
– полувопросительно произнес Шелест как само разумеющееся.
– Зачем?
– Ну, расскажу, чего там все наговорили о случившемся, - удивился ее непонятливости Шелест.
Юфория, казалось, растерялась. Но лишь коротко кивнула, после чего они с Ют удалились.
На этот раз прием был не в тронном зале, а в большой комнате, которая, впрочем, тоже восхищала своими размерами и убранством. Посреди нее стоял длинный стол светлого дерева, за которым по обе стороны от короля уселись четверо старейшин. Вид у них был мрачнее некуда. Шелест пожалел о том, что не остался в неведении и не посвятил время общению с Юфорией на какие-нибудь бытовые темы. Своего сожаления он никак не выказал, но ему стоило большого труда сохранять серьезную мину, поэтому, как только вновь прибывшие уселись за стол, честь рассказывать о битве была оказана Тейту.
Его недолгое, предельно четкое повествование произвело впечатление на всех, кто находился в помещении. Исключение составлял Йон, но Шелест уже привык к тому, что все его мысли скрываются за улыбкой, иногда едва уловимой, как и было сейчас. Старейшины же возбужденно перешептывались, из их уст то и дело слышалось «немыслимо!», «как такое может быть!», «невозможно!»
– Больше всего меня беспокоит то, Ваше Величество, - заговорил Йон, - что напавшая девушка обладала странной силой. Сила эта похожа на силу Лучафэра, но весьма... специфичную.
– Но ведь она не может обладать силой Лучафэра?
– король еще сильнее приуныл.
– Не знаю, но Лучафэр ее точно ей не одаривал, - сообщил Йон.
– Ты уверен?
– спросил один из старейшин.
– Уверен.
– Но...
– Какие могут быть «но», Дилейн?
– король простодушно удивился.
– Если кто и может знать, что делал или не делал Лучафэр, то это Йон.
Старик нехотя согласился с ним, а Шелест шепотом поинтересовался у Тейта:
– Чего это они так уверены? Он что, беседует с богом?
– Конечно, - покосился на него Тейт.
– Он же жрец.
Шелест почему-то представил, как Йон и верховное божество Вавилона сидят за столом и, попивая чай, беседуют о разных разностях. Он с трудом удержался от смеха - фантазия вышла очень яркой и, как ни странно, вполне реалистичной, хотя как может выглядеть бог, особенно вавилонский, Шелест представлял себе мутно.
– Есть еще кое-что, - продолжал тем временем Йон.
– Тиарнан мудро заметил, что Шелест развеял чары нападавшей. Он не зря сделал акцент именно на этом моменте своего рассказа. Дело в том, что, судя по подробностям, - Шелест навострил уши, - Шелест каким-то образом сумел почувствовать мысленную атаку...
– О чем речь?
– тихо спросил Шелест.
– О том шепоте, что ты слышал, - ответил Тейт.
– Поэтому это заставляет задуматься о том, что у девушки или и впрямь сила Лучафэра, или очень на нее похожая. Ибо подобное явление могло произойти только в этом случае.
– Но почему именно я?
– Потому что Лучафэр наиболее чувствительной силой решил наградить именно твою светлую голову, - подмигнул ему Йон.
– Светлую - это я в буквальном смысле, - уточнил он, глянув на светлые волосы Шелеста.
– Касательно содержимого, там все гораздо...
– Ясно-ясно, можете не продолжать, - торопливо прервал его Шелест.
– Так и предполагалось, - добавил Йон.
– Иначе зачем бы нам так ждать защитника из другого мира?
Разговор продолжался еще несколько часов, но ни к чему новому беседующие так и не пришли. В конце концов Шелест не выдержал и попросил разрешения уйти, сославшись на неотложное дело, хотя и не смог придумать, что ему могло понадобиться такого срочного. Но его ни о чем не спросили и отпустили.
Шелест немного поплутал, но в результате нашел знакомый коридор, полный стражников. Он с опаской приблизился к дверям комнаты Юфории. По обе стороны стояли охранники, но они лишь смерили пришедшего внимательными взглядами, и только. Шелест постучал и, услышав разрешение войти, беспрепятственно прошел в комнату.
Юфория сидела на кровати, на ее плече устроилась Ют, и обе смотрели на какой-то листок, который принцесса держала в руках.
– Надо же, пришел, - казалось, удивилась Юфория.
– Я же говорила, - сказала Ют.
– А почему я должен был не прийти?
– не понял Шелест.
– Потом, - Юфория отодвинулась, приглашая его присесть рядом.
– Ну, о чем там толкуют?
– Когда я уходил, они решили, что едва ли на Вавилон нападут, потому что первичной целью, судя по тому, что нам сказала Алона, является уничтожение нас любимых, то есть воинов Лучафэра, - вяло проговорил Шелест.
– Но на самом деле они в основном по триста раз перетирали одно и то же...
– Я же говорила, - кивнула Юфория.
– Но давай все же поподробней. Что там нашему лорду приелось?
Шелест подробно рассказал ей и Ют все, что слышал на стратегическом сборе - то есть, почти ничего нового.
– Тоска, - подвела итог Юфория.
– Точно, - согласился Шелест.
– Так почему я должен был не прийти?
Юфория не ответила. Ситуацию прояснила Ют:
– Все-таки в Вавилоне девушек в таких ситуациях игнорируют.
– Понятно, - Шелест, не церемонясь, плюхнулся на кровать.
– Шелест!
– с укором воскликнула Ют.
– Ничего не знаю, я устал, а покрывалу от этого только хуже, - припомнил он ненависть Юфории к этому предмету.
– Вы тоже не отдыхали?
Юфория вместо ответа протянула ему листок, который они с Ют рассматривали до его прихода.
– Что это?
– У вас есть такая группа?
Шелест сел и внимательно изучил листок. Ему показалось, что это что-то вроде газеты или журнальной страницы. Несколько статеек и рисунков были оформлены броско - по одному полю сверкал не то черно-белый фейерверк, не то брызги чернильной крови, поверху струилась лента из мрачного вида звезд. Рисунки изображали людей в темной одежде, на которой белели непонятные надписи, с цепями тут и там и странными штуковинами в руках. Вглядевшись, Шелест пришел к выводу, что это музыкальные инструменты. Он усмехнулся. Напоминало его собственные рисунки, которые он делал в начальной школе после того, как попал на первый концерт тяжелой музыки со своим братом Феликсом.