Чтение онлайн

К духовной сфере относятся чувства, идеи и идеалы, убеждения, различные теории (политические и правовые, нравственные, эстетические, научные, философские, религиозные). Эти чувства и теории материализуются в соответствующих формах: произведениях искусства, научных трудах, политических программах и философских трактатах. Понятие «духовная жизнь» несколько шире, чем понятие «общественное сознание», хотя оба они принадлежат к одной и той же духовной реальности, но отражают разные её грани. К первому относятся такие её элементы, как духовная деятельность, духовные потребности, духовное потребление, духовные отношения. Второе характеризует преимущественно содержательную сторону идей, т.е. акцентирует его отражательную функцию.

Значение данной проблемы определяется тем местом, которое занимают духовные феномены (идеи, убеждения, теории) в механизме человеческой деятельности. В структуру этой сознательной и целенаправленной деятельности включены не только материальные действия, но также акты мышления, воображения, чувствования, воли и связанные с ними элементы социологизированного сознания. Будучи вторичными по отношению к бытию в механизме деятельности, они выполняют роль «пускового механизма». Поэтому-то политика, мораль, философия, право и т.д. представляют собой и формы общественного сознания, и формы практической деятельности одновременно. Очевидно, что политические отношения не сводятся к сознанию, что существует не только правосознание, но и правовая деятельность.

В этом неразделимом единстве духовной и материальной сторон деятельности, если отвлечься от основного гносеологического аспекта его решения, духовные образования играют, в известном смысле, первичную роль, образуя начало, основание действий. Понятно, что в основе социальной практики людей лежат материальные факторы (объективные потребности и т. д.), но это лишь в конечном счёте. Непосредственными же основаниями и регулятивами социальной практики служат различного рода духовные образования.

Это означает, что идеи-отражения являются одновременно и идеями-предписаниями. Иначе, чем через эту ориентировочно-регулирующую функцию, выполняемую ими в практической деятельности, идеи не могут влиять на действительность. Свою ориентировочно-регулирующую роль они выполняют по-разному, в соответствии со спецификой этих идей и видом практики. Задачи оптимизации процесса, осуществление этой функции каждым из них предполагают знание как общих закономерностей развития духовной сферы, её связей с другими сторонами общественного организма, так и специфических особенностей каждого из его структурных компонентов (форм сознания и его уровней), специфики механизмов их «вплетения» в практику. Таково практическое значение вопроса о духовной сфере общества.

Теоретическое значение данной проблемы состоит в том, что, выясняя природу общественного сознания, мы тем самым отвечаем на основной вопрос социологии об отношении общественного бытия и общественного сознания и характеризуем духовные основания практической деятельности. В рассмотрении духовной жизни общества длительное время гносеологический аспект преобладал над онтолого-социологическим, то есть идеи рассматривались как идеи-отражения, но не как идеи-предписания. Регулятивно–ориентировочная функция идей охотно провозглашалась, но редко принималась во внимание на практике и, соответственно, не выступала предметом специального исследования.

Духовная жизнь общества сложна и зависит от уровней и форм (видов) отражения. По уровням отражения она делится на общественную психологию и теоретическое отражение. Схематично это различие может быть представлено в табл. 1.1.

Указанные два уровня отражения присущи всем видам общественного сознания. Так, мораль выступает и как практически мораль, эмпирическое сознание, и в форме более менее стройной системы взглядов. Эстетические воззрения находят своё выражение в соответствующих теориях и философских учениях, а также в области народного творчества.

Таблица 1.1

Уровни отражения духовной жизни общества

Говоря о двух уровнях духовных оснований, следует иметь в виду, что речь идёт не о том, что вначале возникли общественно-психологические компоненты практики, а потом теоретико-идеологические. Эти два различных уровня духовных образований в реальной деятельности функционируют одновременно – наряду или даже вопреки друг другу. Кроме того, не всегда можно резко отделить общественно-психологические основания от идеологических.

Рассмотрим их различия с точки зрения гносеологических возможностей. Для анализа этих вопросов определяющее значение имеет взгляд на сознание не только как на вид отражения, но и как на определённый вид производства, а также определённую форму существования продукта этого производства. Традиционное рассмотрение его лишь в рамках учения об общественном сознании оказывается недостаточным. Оно не выявляет самые существенные черты теоретико-идеологических образований как ориентиров практики (их гносеологическую ценность, особую форму существования и вплетения в практику).

Существенное значение в этом вопросе имеют идеи К. Маркса и Ф. Энгельса о разделении производства духовных образований на два способа: просто производство сознания и духовное производство. Первое шире второго. Производство сознания включает в себя производство всех феноменов общественного сознания во всех его видах и уровнях (психология и идеология). Второе, более узкое, – это особое подразделение общественного производства – духовное производство. В смысле характеристики процесса оно представляет собой особое производство сознания. Оно осуществляется особыми слоями общества (идеологами) в ходе целенаправленной теоретической деятельности. Её осуществляют наиболее мыслящие представители класса, которые вследствие выделения духовного производства из материального имеют возможность заниматься «чистой» теорией.

Особенности процесса духовного производства (его систематизированность, специализация и т. д.) создают особую логику идей. Отражение происходит на собственной основе, новые знания целенаправленно вырабатываются при посредстве ранее полученных знаний. Именно предшествующие результаты непосредственно детерминируют развитие, являясь источником движения системы. Если прибавить к этому особенности в средствах познания (в отличие от производства общественно-психологических образований), языке науки и т. д., то открываются особые гносеологические возможности продуктов этого вида производства сознания, станет понятно, почему отражение на этом уровне более глубокое, сущностное.

Однако, это не означает, что общественная психология – менее ценное отражение. Обыденное сознание такая же естественная стадия общественного сознания, как и научное мышление. Развитие последнего не отменяло, не отменяет и не будет отменять или изживать обыденное сознание, которое в жизнедеятельности человеческого общества решает свои задачи не только средствами научного мышления. «Специфика этой сферы сознания, – пишет А. К. Уледов, – состоит скорее не в том, что она выполняет в отличие от других сфер особую функцию, а в том, как она выполняет присущие сознанию функции» 14 . Общественно-психологическое отражение, в отличие от теоретико-идеологического, есть непосредственное производство сознания, осуществляемое в ходе самой повседневной практической деятельности. Это означает, что оно идет в рамках определённой познавательной задачи: поиска средств достижения цели той деятельности, в которую оно включено.