Чтение онлайн

— Теперь в расчёте? — спрашивает он и протягивает руку.

— Нет, — резко отвечаю и жду, когда он уже сделает хоть что-то, чтобы мы куда-нибудь поехали или пошли.

От ночного воздуха становится холодно, ёжусь в красивом и дорогом платье своей мечты, повторяя в голове: своих желаний надо бояться, иногда они сбываются и не совсем так, как ты того хочешь. А, может, платье просто не приносит удачу, как и в фильме? Может, моя история закончится так же плачевно? И уже, как по привычке, Лукас накидывает пиджак на плечи, киваю в знак благодарности. Кажется, между нами снова образуется хрупкое перемирие, и надеюсь, что это ненадолго и скоро я всё исправлю: накажу виноватых в лице сестры и верну себе друга. От мыслей о Тоби щемит в груди, там образуется пустота размером с небольшую вселенную. Как я могла так с ним поступить, сделать ему больно, наломать столько дров и сделать огромный костёр, который нифига ничем не потушишь? Такое чувство, словно чтобы исправить, мне придётся подождать, когда дотлеет последний кусок.

Лукас наблюдает за мной, взгляд проходится сверху-вниз, он как будто анализирует моё состояние, а, удостоверившись в каких-то своих предположениях или догадках, проходит через меня дальше, призывая перестать примораживаться к асфальту и стучать зубами. Он ведёт с минуту до своего автомобиля, мы молча садимся в тот же форд, что и раньше — значит, он привёз нас сюда на нём, но как он мог это сделать, он же тоже пил или это тоже было игрой? Я теряюсь в своих мыслях и предположениях, а ещё боюсь копаться в памяти — я наверняка найду ответы на свои вопросы, но стоит ли это того? И пока я абстрагируюсь от действительности, наблюдая за областью света от фонарей и огнями витрин, Лукас спокойно ведёт машину без своих замечаний. Поездка длится каких-то десять-пятнадцать минут, и Мэй останавливается у особняка. Наверняка тот самый, о котором говорил Кеннетт. Да уж, хибара размером с континент.

— Впечатляет? — спрашивает Лукас, появляясь рядом со мной после того, как я вышла из машины и застыла, держась за дверь, и идёт ко входу. Я хлопаю дверцей так, что Лукас вздрагивает и на секунду останавливается, но потом продолжает движение. Я держусь на расстоянии и ему хватает времени, чтобы открыть дверь и я бы не стояла в непосредственной близости с ним, ощущая его запах — чёрт бы его побрал!

— Давай, не будешь мучать экскурсией сегодня, и я просто лягу спать, — скидываю его пиджак и кладу на первую попавшуюся горизонтальную поверхность, дрожь пробегает по телу и я дольше, чем надо, удерживаю свои пальцы на ткани, вспоминая, как было чертовски уютно. И прокашливаясь, спрашиваю: — Где моя комната?

— Твоя? Может, ты хотела сказать, наша? — по его ехидной улыбке понимаю, что он шутит, и оставляю предложение без ответа. — На втором этаже, первая дверь слева, ты поймёшь.

— Спокойной ночи, — не знаю, с чего проснулась такая вежливость, он явно тоже не ожидал этого, но, скидывая удивление, произносит:

— Отдыхай, Лорин.

В комнате нахожу часть своих вещей, сложенных на тумбочке, на столе и даже, блин, в шкафу — это же нарушение частной собственности. Он вечно что ли ворует чужие вещи или ему кто-то помог? Сегодня не стану беситься из-за этого, а завтра накричу на него, как только солнце встанет. С кровати беру заготовленную новую пижаму, умываюсь в ванной, которая находится смежно с комнатой, и переодеваюсь. Сон находит на меня сразу. Без сновидений. Да и какая разница?Просыпаюсь от громкого звука: хлопает дверь в доме.

— Что за чёрт? — нервно откидываю с себя одеяло с целью выяснить, что происходит, но вместо того, чтобы бежать на разведку, мгновенно возвращаю его на себя, когда понимаю, что на мне нет пижамы. Более того — вообще ничего нет. Покрываюсь красным румянцем от ненависти к этому ублюдку, который сотворил со мной это, но мой пыл остывает стоит только раздаться голосу отца в доме:

— Ну и где вы прячетесь? Мы вошли, дверь они запирать не умеют!

— Мы наверху! — раздаётся голос Лукаса. Хочу уже одеться, найти его и накостылять по светлой шевелюре, только вот я поворачиваюсь и вижу его в своей постели.

Часть 6. Лорин Хорн. Знакомство с Факерами

Из пальцев выскальзывает край одеяла от возможности нахождения меня и его в одной постели, но, успевая вспомнить, что на мне ничего нет, натягиваю на себя другую половину постельного белья, закрываясь им до подбородка. Не сразу замечаю, что чем больше тяну на себя, тем меньше остаются на Лукасе. Поэтому не один раз приходится зажмуриться и понять, что это не иллюзия и, к сожалению, не шутка. Он не только рядом со мной, да ещё и абсолютно голый.

— Скрой свой срам! — кричу на него, отталкивая ногой, отчего его оголенной плоти перед взором становится только больше. На моём лице вспыхивают костры небывалой мощности, на нём можно сжечь мясо до углей.

— Тебе точно не нравится? Я вот не уверен, твоя реакция говорит об обратном, — шепчет Лукас и нехотя скрывает своё тело частью одеяла, которую я ещё не успела натянуть на себя, но взгляд так и возвращается к тому месту, где видно маленькую дорожку волос. Моё молчание, видимо, даёт плодородную почву для издевательств и вместо того, чтобы объяснить: почему он в моей постели, почему голый, почему я-то обнаженная? Его рука касается моей ноги выше колена и выписывает какие-то узоры. Вот если он хотел растравить меня ещё больше — у него выходит.

Пинаю его изо всех сил, и он слетает с кровати, больно ударяясь чем-то об пол, понимаю это по соответствующему громкому звуку и оху. Почти ликую, пока он не встаёт и его достоинство чуть ли не упирается в лицо, а я и так всё запомнила до конца своих дней, которые стремительно сокращаются.

— Ребята, где вы? — уже недовольно отзывается отец за стенкой громче, приближаясь.

— Первая дверь слева! — с коварной улыбкой громко говорит Лукас, когда я в немой просьбе кричу: «Нет-нет-нет!», на что он отвечает: «О да!». На моё счастье он успевает натянуть на себя шорты, которые того и гляди снова спадут, прежде чем дверь открывается. А я всё так же сжимаю одеяло до белых костяшек от страха, что сейчас будет. И первое, что отцу попадается на глаза — я и наверняка моё пунцовое лицо, которое как будто сейчас лопнет от натуги. Его недовольство сменяется угрозой, когда он видит полуголого Аполлона, в его голове складывается простой такой пазл, от которого я хотела бы бежать как от чумы.

За отцом появляется мама с восхищенным лицом и фразой:

— Только посмотри на эти картины — целое состояние! — удивительно, но до мамы доходит вся эта сцена куда дольше, она даже не замечает Лукаса, пока он не здоровается.

— Доброе утро, миссис Хорн! И, конечно же, мистер Хорн. Мы тут немного разоспались, надеюсь, дадите нам пару минут, чтобы собраться?

Отец закусывает губу и выталкивает смущённую мать за дверь, громко хлопая ей. А Лукас победно улыбается и, поворачиваясь ко мне, говорит:

— Классный у тебя батя! — он легко находит рубашку в хаосе на полу и уже залезает в один рукав, когда оборачивается на меня:

— Долго будешь валяться? Нам ещё предстоит разыгрывать представление, — он держит моё бельё, я протягиваю слегка дрожащую руку. Лукас успевает схватить её и поддержать в ладони, отчего моё смущение становится только больше. — Ты такая красивая, Лорин Хорн! — негодование не даёт рассмотреть, серьёзно он это говорит или снова издевается.

— Отвернись, ублюдок, а вообще — пошёл вон! — шиплю я, вырывая руку и бельё из его лапищи.

— Будет странно, если выйду, я же уже всё там видел, — он легко подмигивает, по его улыбке опять же сложно определить, шутка это или нет.

— Как… как ты смеешь? — злость словно взболтанная и открытая газировка вырывается через горлышко. — Мелкий ублюдок!

— Прости, просто я в хорошем настроении! Я тебя не раздевал, успокойся, и даже не подглядывал, хотя очень хотелось. Честное слово! — Лукас стирает улыбку с лица, и я вижу его серьёзное выражение, которое не искажается в очередной гримасе — он говорит правду.