Чтение онлайн

Фигура отца садится за стол, а я всё не знаю, стоя в проёме, проходить ли внутрь так или всё-таки снять уличную обувь.

— Садись, Лорин, — указывает на стул передо мной, и я через силу двигаюсь вперёд, слегка улыбаясь, потому что он глаз с меня не сводит. Стоит опуститься в кожаное кресло, и отец начинает:

— Твоя сестра сейчас грустная, ты наверняка это заметила. Не думай, что она не рада за тебя — боится, что всё это обман. Что это очередная твоя шутка или розыгрыш, который, в конце концов, разобьёт ей сердце.

У папы легко получается правда, только она не объективна — всё не совсем так. Не думаю, что её состояние депрессии случилось по моей вине, но могу ли говорить об этом ему?

— Поэтому скажи, серьёзна ли ты на самом деле? Действительно любишь Лукаса и готова выйти замуж? Всё так быстро происходит, пойми, я не знаю, чему верить. Пат тоже немногословна о ваших взаимоотношениях, такое чувство, словно она о них и не знала, — отец впивает свой острый взгляд, я уже привыкла, поэтому умею не проявлять истинные чувства, просто накидываю задумчивый вид, давая себе время найти слова.

Что ему сказать? Такое чувство, словно правда разобьёт сердце не только Пат, но и моим родителям, и, если честно, то не хочу этого делать. Не хочу снова быть разочарованием. Может, фиктивный брак не так и страшно? Всё-таки Лукас не только издевался надо мной, но и помогал. Да, он поставил под вопрос наши взаимоотношения с Тоби — мысли о нём заставляют забиться сердце чаще и в очередной раз начать переживать о том, что же всё-таки творится между нами, на это не хватает времени, в конце концов, после ужина я должна узнать правду. Правду всего, что от меня скрывали эти люди. И, может, получится так, что и весь сговор раскроется, но не я буду в роли виновной? И именно эта мысль наталкивает на то, чтобы соврать родителям в очередной раз.

— Да, мы с Лукасом … Мы влюблены, — делаю эти щенячьи глаза, словно он самый прекрасный человек на земле, только вот чаще всего ведёт себя как миллион заноз в заднице.

— Хорошо, — отец складывает руки на столе. — Я верю тебе, Лорин. Может, у тебя и было превратное мнение о том, что мы с мамой относимся к тебе иначе, но это не так. Я действительно очень тебя люблю, — вижу, каких усилий стоит отцу это признать.

— Я тоже люблю тебя. И маму, — не так уж и часто выпадает шанс это сказать и не словить от них: «Что ты опять натворила?», поэтому знаю, что если не выйдем сейчас из кабинета — расплачусь.

— Милая, у меня для тебя кое-что есть, — неожиданно заявляет отец, выдвигая ящик стола, и что-то усердно там ищет. — Не знал, пригодится ли это, но давно уже запаковал, это лежало здесь несколько лет. Хотелось сразу его подарить, как только скажешь о том, что собираешься замуж.

Передо мной небольшая коробочка, размером с несколько небольших книг и обёрнутая подарочной бумагой.

— Не спрашивай, что там, когда откроешь — всё поймешь. Теперь это твоё, — отец протягивает коробку ещё ближе ко мне, я медленно забираю её из рук, практически не ощущая никакой тяжести.

— А теперь нам пора вернуться, милая. Вечер обещает быть насыщенным.

«Да уж, действительно», — проносится в голове, пока отец чуть ли не выталкивает меня из кабинета, у него как будто груз с души упал, а на меня вот навесили несколько якорей.

Стоит вернуться в комнату, и Пат преображается, не до конца, но она действительно выглядит лучше — теряюсь в догадках того, что здесь могло произойти. Сажусь рядом с Лукасом, он опускает на меня взгляд, его внимательность, может, и радует меня, но всё ещё не могу ему доверять, да и то, что не знаю, что в этой коробке, мучает меня. Уже поскорее хочу оказаться одна и открыть подарок, это явно что-то важное и ценное для отца.

Проходит ещё часа полтора прежде, чем Кеннет говорит, что они устали и хотели поехать домой, аж вся загораюсь — этот день подходит к концу. Лукас обращает на меня внимание, когда я почти пищу от удовольствия, только вот его лицо не выражает какой-то готовности. Чего это ему тут штаны просиживать? Неужели боится, что та девушка ждёт у входа?

Мы прощаемся с уходящей парой, Пат обнимает меня дольше, чем необходимо, списываю это на то, что ей полегчало. Кеннет тоже притягивает к себе, целуя в щеку, да так неаккуратно: поцелуй уходит в уголок губ, у него и мускул не дрогнул, когда он отстраняется от меня и ласково произносит: «Поздравляю». А вот Лукас явно напрягся — замечаю, как руки сжались в кулаки, а желваки бегают под кожей.

Он оттягивает меня к себе, обнимая со спины. Знаю, что это чертовски неправильно, но расслабляюсь в его объятьях, пока они прощаются с родителями и выходят на улицу. Я замечаю, как властно и спокойно Кеннет притягивает к себе сестру, а она словно растворяется в нём, оказываясь рядом. Мы машем им на прощание, как и родители, и Лукас неожиданно заявляет:

— Нам бы тоже пора идти: забыл, что завтра рано вставать.

Родители понимающе кивают и отпускают, они ещё долго стоят в дверях, обнимаясь, и смотрят на то, как наша машина уносится прочь.

— Ты молодец, — говорит он, проезжая наш поворот.

— И куда мы едем? — прижимаю подарок отца к животу.

— Обещал рассказать правду, хочу сделать это там, — Лукас указывает вперёд, разворачивая машину, и я вижу кусок воды. Мы едем на берег озера Мичиган.

Весь оставшийся путь тереблю в руках ленточку, порываясь открыть коробку. Прекращаю это делать, когда Лукас останавливает машину и просит выйти, держа дверь и подавая руку, уже не в первый раз. Он берёт сзади спортивную сумку, которую не видела до этого и ведёт вперёд. Мы идём по песку, в обувь набиваются песчинки, но вместо того, чтобы испытывать дискомфорт, получаю удовольствие — не ездила сюда со школы. Мои интересы ограничивались сериалами, фильмами и чтением книг, и вот уже пять дней, как нет на них времени, и не скажу, что сильно жалею. Реальная жизнь иногда имеет свои плюсы.

Лукас останавливается, оценивая место и оглядываясь по сторонам, явно вспоминая то ли место выбрал и удостоверившись, расстёгивает сумку и достаёт два больших пледа, один стелет на песок, а второй кладёт сверху.

— Садись.

Ветер сдувает пряди волос ему на лицо, он откидывает их, чтобы освободить глаза, и я впервые смотрю на него так, как если бы увидела в первый раз. Мэй безумно красив, а в лунном свете его образ становится просто магическим. Его расстёгнутый пиджак показывает, как идеально на нём сидит рубашка, а узкие джинсы обтягивают всё, абсолютно всё, как надо. Заглядываюсь на то, что не стоит смотреть приличным девушкам, но ничего не могу сделать. Я видела всё это без одежды и легко представить даже сейчас. Ведь совру, если скажу, что не понравилось.

Завешиваю лицо прядями, чтобы он не видел румянца, который, уверена, горит, как фонарь, в ночи, и сажусь на плед, Лукас — следом? стягивает с себя слипоны, вытряхивая песок. Он мне тоже доставляет неудобство, но предпочитаю не двигаться и просто подождать.

— Лорин, не буду тянуть. Знаю, кем меня считаешь, скорее всего, многие считают именно таким.

— Это ж каким? Демонического происхождения? — он расслабляется, видимо, это говорит о том, что я всё та же, со мной всё хорошо — ему от этого спокойно.