Чтение онлайн

– Прости, – сказала Фелиция. – Ты не ощущаешься, как т’эйхе. Будто в тебе нет силы.

– Ничего, – ответила я, снова поворачиваясь к ней. И сказала подсказанные кем-то слова: – Я не помню себя, как т’эйхе. Я жила среди людей, как человек, и никогда не пользовалась своей силой. Я не знаю, как чувствовать и использовать ее. Может, поэтому ее и нет, – и для убедительности улыбнулась. По-моему получилось не очень правдоподобно и несколько наиграно. Но вроде мне поверили.

Фелиция недоверчиво улыбнулась в ответ и сказала:

– Что ж, с возвращением домой!

Когда вернулся Аарон, мы вместе с Фель и ее учениками сидели за столом и обедали. Т’эйхе оживленно болтали. Говорили они на том самом незнакомом мне языке. Но постепенно смысл разговора становился мне понятным. Если бы я решила поддержать разговор, то, казалось, смогу говорить так же. Но я молчала. Они смотрели на меня и понимающе кивали – шутка ли, убить страшнейшего из врагов т’эйхе, «лунного призрака»? Они были в восторге. Обычно они лишь выгоняли их, запирая проходы из тех слоев пространства, откуда они появлялись. А я чувствовала себя все хуже. Полный событиями день всплывал яркими картинками и тут же сменялся новыми образами. Имена, лица проходящих мимо т’эйхе, окружающие предметы, ароматы блюд – все вызывало калейдоскоп воспоминаний. Обрывки чужой памяти кружили голову, мешали мысли.

Вскоре вернулся Аарон. Он что-то сказал Фелиции, взял меня за руку, и мы вышли из зала. К его дому мы подъехали уже в темноте.

– Наконец-то, мы вместе, – сказал он, включив свет в гостиной и прижав меня к себе. – И занятие на будущее тебе придумали – будешь распылять призраков. Т’эйхе так не умеют. Как ты это сделала?

Он с восторгом смотрел на меня. Я молчала. Тоже мне, охотник за привидениями. Перед глазами мелькали сцены будто бы пережитые мной. Эти сцены мешались с моими собственными чувствами и мыслями, соединяясь во что-то невообразимое. Я закрыла глаза, чтобы замедлить пляску образов, и почувствовала, как тону в них.

– Что с тобой? – сквозь пелену я услышала голос т’эйхе. Я открыла глаза и прошептала:

– Устала.

Он подхватил меня на руки и куда-то понес. А я отдалась круговороту образов и провалилась в сон.

Я открыла глаза. Незнакомая комната была освещена утренними лучами. Попытки вспомнить, кто я и где я, давались очень тяжело. Я помнила ночь, наполненную яркими картинками, сменяющими друг друга. Сны или реальность? Я называла себя разными именами и понимала, что ни одно из них, не принадлежит мне. И каждое из них мое больше, чем другое. Тысячи вечеров и пробуждений – какие из них мои? Может и это пробуждение – очередная иллюзия? Я помнила десятки и сотни собственных рождений и смертей. Готова была разорваться от боли утраты и стать целым миром от всепоглощающего счастья. Слышала голоса, зовущие меня разными именами…

Запах кофе, шаги на лестнице, т’эйхе входящий в комнату. Я узнала его не сразу. Аарон, - услужливо подсказала память. Мысли постепенно входили в нужное русло. В памяти всплыл вчерашний день. Он казался далеким и полузабытым. Но с ним была связана единственная ниточка в беспорядочном клубке воспоминаний – память человека, которым я была. Я почувствовала некоторую пустоту в душе, в той ее части, которая была когда-то мной. Я больше не человек. А была ли я когда-нибудь человеком? Или это тоже всего лишь сон? Странное чувство. Кажется, вот я, мои мысли, чувства, даже воспоминания о прежней жизни остались. Но это уже не я. А может то, что было раньше, не было мной?

– Доброе утро, – улыбнулся Аарон, ставя поднос с кофе и булочками на тумбу и отвлекая меня от самокопания. – Как спалось?

Я села на кровати и обнаружила, что осталась в одном лишь белье, а вся моя одежда аккуратно лежит на стуле рядом с кроватью.

– Нормально, – ответила я, кутаясь в одеяло и принимая протянутую т’эйхе кружку.

Он молча сел рядом. Сейчас я видела его иным взглядом. Опыт поколений, передавших мне свою память, и восприятие т’эйхе показывала Аарона несколько иначе. Я ощущала бурлящую в нем силу и видела, что это за сила – сила Стражей. А вот кто они такие, эти Стражи, выловить из воспоминаний пока не удавалось. Чужая память пыталась подсунуть мне образы о нем и о природе его силы, которые я усердно гнала прочь. Все это было не то, бесполезный мусор, не нужный мне сейчас. Я даже увидела его ребенком, неловко орудующим мечом. Я ощущала прежнюю тоску о нем, смешанную с обидой, и одновременно необъяснимый восторг. Вообще сложно было осознать и описать это чувство. Одновременно, будто взрывается бомба, и будто нет ничего, будто кружилась голова от нахлынувших от близости (любимого?) чувств, и будто я видела его четким трезвым взглядом. Это сводило с ума еще больше, чем прежние мои чувства. Потому что теперь я совсем не могла понять их. Я не могла объяснить себе различия между прошлым и настоящим, но чувствовала его. Казалось, это сон, хотелось, чтобы это был сон, но это было не так. Ар молчал и смотрел на кофе в своих руках. Наконец он тихо произнес на языке т’эйхе:

– Почему ты не сказала, что ты одна из нас? – он поднял на меня взгляд. Мое сердце замерло. Но вовсе не от заданного вопроса – я понимаю язык т’эйхе? Память подсказала мне несколько слов на древнем наречии, но я не стала произносить их вслух.

– Я… я не знаю, – ответила я на родном человеческом языке, действительно не зная, что ответить. Мне не хотелось врать ему, но сказать правду было бы самоубийством. Почему? Не знаю. Но знала, что говорить правду нельзя. – Разве это что-то меняет?

– Может быть, – он пожал плечами и ответил уже на моем родном языке, пристально глядя на меня. – Кто подослал тебя тогда ко мне?

– Никто, - кажется, мой голос неуверенно дрогнул, потому что я не сразу вспомнила, как встретила его в своей собственной жизни. Но меня тут же накрыло волной вполне человеческого возмущения: – Вообще-то, если мне не изменяет память, ты сам ко мне пришел.

– Но ты мне не сказала…

– А ты бы остался, если бы знал?

– Да, ты права. Не остался бы, – он помолчал. А потом вдруг сказал: – Я не чувствую тебя. Как т’эйхе. Не вижу твоей ауры. Где она? Почему ты так похожа на человека?

– Я с рождения живу среди людей. Как человек, по законам людей. Может поэтому? – я сама удивлялась сказанным мною словам. Или это кто-то другой говорит моими губами? Не самое приятное чувство, быть безвольной куклой. Хотя сама я вряд ли бы сама сочинила что-то такое, что было бы правдой и одновременно не раскрывало все карты.

– Но где же твоя сила? – недоверчиво спросил Аарон.

– Ну-у, я никогда не пользовалась ей. Не было случая…

– Случая? Это как не научиться ходить. Это не естественно для т’эйхе, – Аарон начинал злиться. Я поняла это по его взгляду – будто замелькали ледяные искры. Хотя голос его оставался спокоен. Он не верил. Потому что лгала я не убедительно. Сама понимаю.

– Я… – тут мой внутренний голос, который подсказывал мне все ответы, внезапно замолчал. Видимо у него не нашлось достойных ответов. – Не знаю, так получилось, – выпалила я и отвернулась. Обижусь. Пусть чувствует себя виноватым. – Может я вообще бракованный т’эйхе… Вот и жила.. так…

– А твои родители? – все так же спокойно спросил он. Не понятно было: злится он или уже раскаивается. – Кто они?

– Меня воспитали люди, – объявила я. Ага, почти Маугли. И хотя жутко хотелось высокомерно оскорбиться, пытаясь доказать чистоту крови, внутренне я возмутилась: а чем плохи люди? И добавила: – Они точно люди, я знаю.

– И тебе никогда не хотелось попасть к нам?

– Хотелось. Из любопытства.

– Так почему не сказала, когда я был у тебя?

– Ты был занят другими проблемами. И мне показалось это не столь важным. И я спрашивала. О т’эйхе. Но ты молчал.

– Потому что я был уверен, что ты человек!

– Если ты был так уверен, то исчезнуть на год – для человека это слишком долго! – а что? Лучшая защита, это нападение. А когда память т’эйхе замолчала, мне стало проще вспомнить собственные надежды и обиды.