Чтение онлайн

У меня был большой ящик с компакт-дисками, их там было сотни три – те, что я украл, и те, которые я покупал на свои деньги еще в старших классах. Вскоре после того, как я ушел из магазина, я положил этот ящик на крышку, которая закрывала грузовую зону машины, и забыл его там. И так и поехал, а значит, потерял не только украденные диски, но и диски из своей личной коллекции. Такова карма: всё проходит полный круг, хотя и не всегда так же быстро.

Я стал устраиваться на странные временные подработки в специальном агентстве. Они давали мне только адрес: я никогда точно не знал, что там за работа, пока туда не приезжал. Скажем, я приходил на склад и слышал: «О’кей, разгрузи эти два грузовика». Вот как компании искали постоянных сотрудников: им нужны были голодные парни, которые бы разгружали эти грузовики как заведенные. Я довольно крепкий для своего размера, но я не огромный качок, поэтому таскать коробки было тяжело. Я надрывался по восемь часов подряд. Но было круто: благодаря этой работе у меня оставались деньги на диски и барабанные палочки.

Мечты не работают, пока ты сам не работаешь.

Иногда я выходил в ночную смену и работал с двух ночи до десяти утра. При таком графике по выходным я не мог спать по ночам. Как-то в выходной я сказал папе: «Я ухожу вечером, и меня не будет всю ночь».

К моему удивлению, он ответил: «Знаешь что? Ты молод – иди гуляй. Когда-то я тоже гулял всю ночь и веселился – иногда я не спал по два дня». У него были моменты, когда он спокойно воспринимал то, что я делаю: думаю, отчасти из-за того, что я становился старше, а отчасти потому, что он видел, как я тружусь, и уважал это.

После того как он это сказал, я стал развлекаться чаще. Для жизни нет никакой инструкции: во всём нужно разбираться самому. Прошло четыре года с тех пор, как умерла мама, и я ощутил готовность исследовать мир. Я знакомился с людьми и валял дурака. Иногда мы с друзьями просто садились в машину и катались по городу. Иногда мы оказывались на ночных уличных гонках.

В Фонтане такие гонки всегда были опасными – проводили их обычные ребята, которые не сильно заботились о безопасности. Иногда кого-то сбивали, иногда кого-то подстреливали. Обычно гонщики соревновались за документы на машину, то есть, по сути, за саму машину, но иногда проигравший говорил: «Пошел ты, я не отдам тебе документы!» – и люди дрались или доставали пушки.

Однажды вечером мы с Джимом поехали в Ньюпорт-Бич. Имея автомобиль, можно было добраться до Тихого океана. Когда я был маленьким, я всё время уговаривал папу отвезти меня на пляж. Иногда он меня возил, но, будь моя воля, я бы занимался бодибордингом и серфингом каждые выходные.

Мы колесили по городу и встретили пару местных девушек: мы показались им крутыми только потому, что были не местными. Мы с ними тусовались, и девчонкам захотелось алкоголя. Мы сказали: «Хорошо, без проблем», – и они показали нам дорогу к магазину с алкоголем. С нашей стороны это были только разговоры – мы были несовершеннолетние, и у нас даже не было поддельных документов, так что мы не думали, что кто-то нам что-то продаст, – но девчонки и правда хотели выпить. Мы решили, что будем блефовать.

Нам повезло, потому что у входа в магазин стоял парень, явно старше двадцати одного года. Я спросил его: «Эй, парень, купишь нам выпивку? Я дам тебе лишнюю двадцатку – мне нужна одна упаковка пива». Он отнесся к этому спокойно: взял деньги и вернулся с пивом. Когда мы уходили, из кустов выскочила целая куча копов. Не так уж нам и повезло: тот парень оказался копом под прикрытием, и, очевидно, он следил за магазином, потому что там продавали много алкоголя несовершеннолетним. Это была подстава.

Нас арестовали. У Джима с собой были спиды, но он вел себя спокойно и выбросил их до того, как его стали обыскивать. Девчонки ждали нас в машине, но, когда увидели, что происходит, сразу же убежали. Это было унизительно. Я попытался объяснить копам, что мы даже не планировали пить пиво – мы купили его для девочек. Они сказали, что это не имеет значения: мы купили пиво у копа под прикрытием. Они отвезли нас в полицейский участок и заперли в камере. Это было ужасно – единственным утешением было то, что Джим успел выбросить спиды, иначе мы по-любому оказались бы в заднице.

Я был достаточно взрослым, так что им не пришлось звонить отцу, чтобы он приехал меня забирать. Пришлось просто посидеть в камере и выйти на следующий день. Одним из условий моего освобождения было то, что я буду каждый день ходить на собрания анонимных алкоголиков пару недель. Эти собрания открыли мне глаза: у меня были неприятности только потому, что я хотел купить девчонкам выпить и развлечься с ними. А у этих людей были настоящие проблемы. Перед собранием некоторые из них выпивали, а потом блевали в туалете. Я решил впредь быть умнее и больше никогда не просить полицейского под прикрытием купить мне алкоголь.

Как-то раз мы с Джимом пересекли мексиканскую границу и отправились в Тихуану на концерт группы Tool. Я впервые побывал в Мексике, и концерт был просто улетный. Группа играла в темноте, на сцене были только странные синие огоньки. В зале были местные и люди из Сан-Диего. Охрана выглядела серьезно, так что надо было быть осторожнее. Двое пьяных американцев подрались, и помню, как я подумал, что эти парни сегодня вечером окажутся в мексиканской тюрьме, и это будет совсем не весело.

На концерте мы познакомились с американскими девчонками, и они пригласили нас к себе на ночь в Сан-Диего. Мы тусовались с ними, пили и обсуждали, какой был крутой концерт. Я сказал что-то вроде того, что Мэйнард – вокалист группы Tool – так разошелся на сцене, что трясся словно в припадке. Одна девчонка обиделась: она сказала, что сама страдает припадками. Я извинился, но решил, что она преувеличивает. А потом у нее начался настоящий припадок. Ее подруга знала, что делать, и всё уладила, но вечер на этом закончился. Я чувствовал себя ужасно. Когда эту девчонку трясло, она смотрела прямо на меня, как будто пытаясь сказать: «Чертовски вовремя, чувак».

Я был просто одержим девушками. У меня не было проблем с тем, чтобы уложить девушку в постель, – зато проблемы начинались из-за того, что я не мог удержать своего дружка в штанах и принимал ошибочные решения. Друзья называли меня секс-машиной, потому что я трахал всех подряд. Как-то раз я пошел на вечеринку с Джоном Санчесом, моим другом-татуировщиком. Вечеринка была не очень – пиво закончилось уже к тому времени, как мы туда пришли, и там было мало девчонок. Я болтал с Джоном и своими приятелями Рикардо и Уилмером, курил и думал, чем бы еще заняться. Потом я услышал, как девушка разговаривает с парнем, который привел ее на вечеринку: «Мне нужно домой».

«Я не могу сесть за руль, – ответил он ей, – я пьян».

«Я могу отвезти ее домой, – сказал я. Я решил, что отвезти классную цыпочку домой хотя бы веселее, чем торчать на этой вечеринке. – Только я приехал со своим другом Джоном, и у меня нет машины».

«Хочешь, поведешь мой пикап?»

«Да, без проблем. Я хорошо вожу, только возьму свою музыку». Мы друг друга особо не знали – он был знакомым знакомого и решил, что я норм. «Ладно, бро, отвези ее домой», – сказал он. Я не знал точно, что между ними. На полпути к ее дому мы остановились на светофоре, и она начала меня целовать. И пошло-поехало. Пятнадцать минут спустя мы занимались сексом в пикапе. Мы два часа целовались и трахались. Примерно через час тот чувак стал названивать мне на пейджер и присылать кучу сообщений со своим номером телефона.