Чтение онлайн

Он приветственно махнул мне рукой, завершил звонок и одарил меня теплой улыбкой.

— Саманта, — он жестом пригласил меня присесть. — Рад, что мы наконец-то начнем работать в более тесном контакте.

— Взаимно, — отозвалась я, устраиваясь в кресле. — Хотя признаюсь честно, я не ожидала такого скорого перевода.

Кэмерон негромко рассмеялся.

— В этом нет ничего личного. Отдел кадров просто настаивает на прозрачной структуре. А Харпер спит спокойнее, когда знает, что нам не грозят судебные иски.

— Вполне логичные приоритеты.

Мы обменялись новостями по текущим задачам, обсудили его ожидания и то, как я буду курировать международные партнерства и связи со СМИ со стратегической точки зрения. И тут я поймала себя на странной мысли, что мне это нравилось. Сама работа, ответственность, чувство причастности к большому делу. Возможно, Роуз была права, и я действительно задолжала это самой себе.

Когда встреча подошла к концу, в дверном проеме возникла Харпер с новой папкой в руках.

— Отдел кадров ждет тебя.

Кэмерон бросил на меня понимающий взгляд.

— Удачи. Пора придать всему этому законный статус.

Я поднялась со своего места.

— Погоди, законный? В смысле бумаги? Прямо в юридическом отделе?

Я обернулась и, разумеется, увидела Наоми, стоящую прямо за стеклянной перегородкой.

Черт. Черт. Черт.

— Наоми, — произнесла я максимально непринужденным тоном. — Какая приятная встреча.

Она вопросительно приподняла бровь.

— Ты собираешься официально оформить отношения с генеральным директором «Hayes International»?

Я неопределенно пожала плечом, стараясь сохранить лицо.

— Существует специальная форма. Харпер настояла на ее заполнении.

Наоми сделала шаг навстречу.

— Саманта, я возглавляю юридический отдел и этот документ ни разу не проходил через мой стол.

— Ну, может быть, потому, что это еще не было делом первостепенной юридической важности, — я быстро нашла ответ. — Скорее это кадровые тонкости. Что-то вроде разграничения полномочий. Или соглашение в духе «пожалуйста, не увольняйте друг друга в момент оргазма».

Кэмерон подавил кашель, который подозрительно сильно напоминал смех.

Взгляд Наоми стал еще острее.

— Вот что происходит, когда в залы заседаний пускают неопытных богатых девчонок.

У меня буквально отвисла челюсть.

— Прошу прощения?

Она тяжело вздохнула, явно раздраженная тем, что позволила этой колкости сорваться с губ.

— Я не это имела в виду.

— А что же тогда?

Снова появилась Харпер, держа папку так, словно это был спасательный круг.

— О, как удачно, что вы все здесь собрались. Наоми, я добавила тебя в рассылку для финальной проверки документа еще час назад. Проверь почту. И давайте не будем превращать рабочий процесс в семейную драму. У меня и так полно дел, которые требуют немедленного решения.

Наоми не сдвинулась с места, продолжая медленно прихлебывать эспрессо и смотреть на меня так, будто в ее ненависти ко всему миру была виновата лично я.

— Увидимся на следующем семейном ужине, — бросила я с приторно-сладкой улыбкой, проходя мимо нее и забирая папку у Харпер, словно щит.

Харпер протянула мне ручку.

— Подпиши здесь. Здесь. И вот здесь.

Я оглянулась на Наоми, которая теперь что-то раздраженно выговаривала Кэмерону. Затем я посмотрела на пустые строки. Одним скандалом больше, одним меньше — какая разница в доме, который и так построен на интригах? Я поставила свою подпись.

Стоило мне войти в лифт, как телефон зажужжал от входящего вызова. Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Да, Макс?

— И тебе доброго утра, Саманта, — голос отца звучал гладко, но в нем чувствовались сухие, резкие нотки. — У тебя есть минута для приватного разговора?

Двери лифта сомкнулись.

— Я как раз нахожусь в лифте, так что почему бы и нет.

— Ты подписала соглашение с отделом кадров?

Кто бы сомневался, он уже в курсе. В этом здании ни один секрет не живет дольше десяти секунд.

— Да, подписала, — ответила я. — Потому что Харпер вручила мне бумаги этим утром, и потому что это, оказывается, обязательное условие, если ты спишь с кем-то в этой конторе.

На том конце провода повисла пауза.

— Значит, ты всё-таки спишь с ним.

Я до боли зажмурилась.

— Ты серьезно звонишь мне только ради того, чтобы обсудить мою интимную жизнь?

— Я звоню, чтобы узнать, не поставят ли твои решения под удар компанию, которую я создавал годами. Наследие, которое я доверил тебе развивать. Потому что интрижка с новым директором сразу после твоего прихода в компанию — это не совсем тот способ проявить уважение, которого я ожидал, Саманта Николь Хейс.

— Ладно, вау.

Я переступила с ноги на ногу, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально ровно.

— Это переходит все границы приличия, даже для тебя.

— Саманта...

— Нет, Макс. Я не намерена продолжать этот разговор. Ты не имеешь права судить меня или высказывать свое мнение о том, чем я занимаюсь в нерабочее время. Особенно учитывая, что именно ты нанял его. И, смею заметить, «забыл» упомянуть об этой детали до того, как я увязла в этом по уши.

— Речь вовсе не о суждениях...

— Неужели? Потому что это чертовски похоже на критику со стороны человека, у которого было больше любовниц, чем можно сосчитать. И который, между прочим, женился на одной из них, когда та была его пиар-директором.

В трубке воцарилась гробовая тишина. Я сделала медленный выдох.

— Я выполняю работу, которую ты мне поручил. И я соблюдаю профессиональную этику там, где это действительно важно. Если у тебя есть к этому претензии, то обращайся в отдел кадров. Раз уж теперь мы выставляем свое грязное белье именно там.

Лифт звякнул, оповещая о прибытии. Я вышла в коридор.

— Я жду от вас обоих осмотрительности, — произнес он уже более холодным тоном. — Мне не нужны заголовки о том, что новый генеральный директор спит с одной из наследниц империи Хейс.