Между рейсами
Шрифт:
— Ты сама не понимаешь, о чем просишь, Саманта.
Его глаза стали совсем темными.
— Тогда покажи мне.
Он глубоко вздохнул, и я заметила, как изменилось выражение его лица.
— Раздвинь ноги еще шире и не двигайся.
Я послушно замерла, наблюдая, как он подходит к ночному столику. К моему удивлению, он взял мой вибратор.
— Открой рот, — скомандовал он, подходя к кровати и заставляя меня подчиниться его воле. — Ласкай его и не отводи глаз от меня.
В этот момент я поняла, что мое белье действительно безнадежно испорчено. Он начал ритмично поглаживать меня свободной рукой, пока я выполняла его приказ.
— Сейчас будет глубоко, — предупредил он, продвигая игрушку глубже. Я почувствовала легкий спазм, но продолжала подчиняться. — Умница.
Он извлек предмет, отодвинул край моих трусиков и медленно ввел его внутрь. С моих губ сорвался тихий стон, и я попыталась свести ноги.
— Нет, откройся мне.
Он играл со мной, доводя до предела. Другой рукой он расстегнул мой бюстгальтер, освобождая грудь, и тут же прильнул губами к одному из сосков, слегка прикусывая его ровно настолько сильно, чтобы доставить мне сладкую муку.
Я чувствовала, что нахожусь на грани.
— Тео, возьми меня, пожалуйста.
— Нет, — ответил он с поразительным спокойствием, продолжая терзать меня ласками.
Он включил игрушку на максимальную мощность, и мне показалось, что мир вокруг взорвался миллионом искр. Оргазм накрыл меня с головой. Я стонала, задыхалась и выкрикивала его имя.
— Я сделал то, что ты просила. Показал тебе то, что ты хотела увидеть. Теперь я могу сказать, чего хочу я?
Я лишь судорожно кивнула в ответ.
— Я хочу провести эту ночь, занимаясь любовью со своей женой.
Я невольно рассмеялась.
— После того как ты довел меня до такого состояния?
Он кивнул и начал целовать меня медленно, глубоко, и я окончательно растаяла в его объятиях. На этот раз он не спешил. Мне казалось, что он запечатлел поцелуй на каждом сантиметре моей кожи, изучил каждый шрам и сосчитал каждую веснушку. Он буквально боготворил меня. И я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного.
— Теперь я могу снять это белье?
— Ты уже всё равно его испортил, так что да, — со смехом ответила я.
Я ощутила электрический разряд, когда он стянул шелк с моих ног. Он обхватил мои лодыжки, уложив их себе на плечи, и медленно вошел в меня. Его движения стали совсем другими — размеренными, контролируемыми и даже нежными.
Я потеряла счет позам и тому, сколько раз это повторялось за ночь.
— Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то подумал, что тебя подослали, чтобы отвлечь меня. Мне как раз нужна была какая-то встряска, и жизнь словно знала, что мне необходима именно такая сексуальная и необычная стюардесса.
— Я действительно отвлекла тебя, но это была исключительно твоя вина.
— Почему же? — спросил он с неподдельным любопытством.
— Ты не переставал со мной разговаривать, а потом пригласил разделить бутылку вина и едва не предложил присоединиться к третьему лишнему.
Он громко и искренне расхохотался.
— У меня есть один вопрос по этому поводу.
— Да, я бы согласилась той ночью.
— Правда? — он удивленно вскинул бровь.
— Послушай, когда с тобой флиртует такой привлекательный мужчина, а горячий бармен намекает на определенные возможности в чужой стране, ты думаешь, что больше никогда не увидишь этих людей. Поэтому ты говоришь «да».
— Похоже, ты весьма опытная женщина, Саманта.
Я рассмеялась. Было так здорово иметь возможность говорить с ним обо всём на свете без всякого стеснения.
— Это была далеко не первая моя остановка в Париже, Теодор.
— Ты полна сюрпризов, не так ли? — он притянул меня ближе и начал нежно целовать кожу за ухом.
— А сколько подобных приключений было у вас, мистер Джонс?
— Разве такие вопросы не должны задаваться на первом свидании, а не в первую брачную ночь? — он снова поцеловал меня, и я почувствовала, как его рука скользит вниз по моему позвоночнику.
— Справедливо, но мы ведь никогда не соблюдали правильный порядок действий.
Я услышала его негромкий смех, его дыхание опалило мою шею.
— У меня было несколько таких случаев.
— С мужчинами или женщинами? — я начала медленно вести рукой по его бедру.
— И с теми, и с другими, — прошептал он мне на ухо.
Я картинно ахнула.
— Теодор Джонс, какой же вы грязный тип.
— Мы все были друзьями, нам хотелось экспериментов, и мы это сделали.
Я продвинула руку чуть выше, подбираясь к самому сокровенному.
— И ты целовался с тем парнем?
Я сжала его ладонью и начала медленные, дразнящие движения.
— Вынужден тебя разочаровать, но нет, я его не целовал.
Я на мгновение прекратила свои ласки и шутливо изобразила плач.
— Какое разочарование.
Он лишь рассмеялся, продолжая ласкать меня в ответ.
— А ты не хочешь спросить о моем опыте?
Он даже не вздрогнул.
— Мне всё равно. У тебя была жизнь до меня, и я уверен, что ты отлично проводила время.
Я снова начала дразнить его своими прикосновениями.
— У меня было больше двух раз, и однажды это было с двумя мужчинами одновременно.
— Какая жадность. Так вот почему тебе так нравится, когда я использую игрушки?
Он обхватил меня за талию и повернул к себе. Я подтвердила это кивком. Он снова потянулся за вибратором.
— Что ж, проверим. Тебе нравится это?
Он прижал его ко мне, и я почувствовала, как мощная пульсация проходит сквозь всё мое тело. Я лишь судорожно закивала.
— А это?
Он ввел один палец внутрь, продолжая воздействовать на меня игрушкой. Я не сдержала стон.
— А как насчет этого?
Он ввел игрушку глубоко внутрь, а один из своих пальцев, который он только что ласкал губами, направил туда, где я этого совсем не ожидала. Это заставило меня вскрикнуть и выгнуться в его руках.
— Да, мне это нравится.
Он продолжал свою игру, переключаясь на мою грудь.
— А это ты выдержишь? — спросил он, направляя себя к входу, при этом не вынимая игрушку. — Ты примешь меня?
Я жаждала его всем своим существом и только кивнула в ответ. Его вхождение было настолько полным, что я невольно ахнула. Ощущение было на грани боли и высшего наслаждения. Я чувствовала его палец, вибрацию и его самого.