Между рейсами
Шрифт:
— И вкусная еда, — тут же добавляет она.
— Разумеется.
— И никакой речи дольше трех минут, — говорит она.
Я улыбаюсь.
— Это явный выпад в сторону Наоми.
— Это в сторону всех, но да, в сторону Наоми в особенности.
Я смеюсь. Она отстраняется, берет мой блокнот и начинает изучать список.
— Место, регистратор, список гостей… ого, — говорит она под впечатлением. — Ты оформил это как бизнес-план.
— Я так справляюсь со стрессом.
Она стучит пальцем по бумаге.
— А это что?
— Страховка кольца.
Сэм медленно поднимает взгляд.
— Тео.
— Что?
— Оно у меня на пальце, — говорит она, демонстрируя руку. — Мы же не на яхте женимся.
Я наклоняю голову.
— Это просто мера предосторожности.
Она смотрит на меня, а потом начинает хохотать так, что сгибается пополам.
— О боже. Ты думаешь, я его потеряю.
— Я думаю, ты выкинешь что-нибудь импульсивное, и оно упадет, или ты положишь его в «надежное место», и оно исчезнет, — поправляю я. — Это разные вещи.
— Я не импульсивная! — заявляет Сэм, как будто это не она однажды сбежала из бара, и мне пришлось тащить её на плече, пока она орала: «Я СОСТОЯВШИЙСЯ ВЗРОСЛЫЙ ЧЕЛОВЕК!».
Я сохраняю невозмутимый вид.
— Ты права.
Она сужает глаза.
— Этот тон был подозрительным.
— Я просто поддерживаю твоё заявление, — говорю я, и блокнот летит мне в грудь. Я легко ловлю его, ухмыляясь.
— Ай.
— Ты невыносим.
— И тем не менее, — я подхожу ближе, — ты выходишь за меня.
Взгляд Сэм падает на мои губы.
— К несчастью.
Я кладу руку ей на затылок, притягивая к себе так, чтобы она резко вдохнула.
— Я буду очень хорош для тебя.
Её взгляд смягчается.
— Ты уже.
Это бьет по мне сильнее, чем должно. Просто. Честно. Она даже не понимает, что дает мне этими словами.
Я целую её медленно, осторожно, будто всё еще учусь любить её так, чтобы не спугнуть.
Когда я отстраняюсь, она улыбается.
— Ладно, — выдыхает она. — Маленькая свадьба на крыше. Час заката. Простое платье. И никакого хаоса.
Я вскидываю бровь.
— Никакого хаоса?
Ухмылка Сэм становится порочной.
— Ладно. Минимальный хаос.
Я киваю.
— Это мы можем пообещать.
Она снова прижимается ко мне, шепча, как секрет:
— Но я хочу одну вещь.
— Любую.
Она смотрит на меня снизу вверх.
— Я хочу, чтобы всё было как в ту ночь, когда мы встретились.
В груди теснит. Я сразу вспомнил Париж, те бутылки вина. Её смех. То, как она смотрела на меня.
— Будет сделано, — говорю я низким голосом. — Мы сделаем это по-своему.
Сэм выдыхает так, будто месяцами задерживала дыхание. Прижимается лбом к моему лбу.
— Хорошо.
Впервые в жизни планирование чего-то не кажется давлением. Это ощущается как мир.
— А теперь, могу я сделать кое-что по-своему? — спрашиваю я, разводя её ноги.
Она просто смотрит на меня. Я подцепляю край её трусиков и сдвигаю их в сторону, опускаясь перед ней на колени. Она откидывается на столешницу, разводя ноги шире.
— Делайте это как вам угодно, мистер Джонс.
— О, я так и сделаю.
Я прижимаюсь губами к её плоти и провожу языком. Всего один раз. Затем начинаю ласкать её, вводя палец внутрь. Она плавится, стонет и отчаянно притягивает меня ближе. Но когда наши взгляды встречаются — всё. Я знаю, что ей нужно.
— Теодор, возьми меня. Сейчас же.
Я поднимаюсь, продолжая ласкать её, пока освобождаюсь от одежды, дразня её у самого входа. Моя рука, уже влажная от неё, продолжает сводить её с ума. Она ахает, сжимаясь вокруг моих пальцев.
— Так, Саманта?
— Да. О черт, да.
Она потеряла голову, и я тоже.
Эта женщина станет моей женой через 72 часа, и я не могу дождаться.
Глава 29
Глава 29
Сэм
Три дня спустя
?????
Я проснулась в день своей свадьбы с тем самым чувством безмятежности, которое кажется почти преступным. Внутри не было ни тени тревоги, ни пресловутого страха перед алтарем, о котором так часто твердят невесты. Я не терзала себя лишними мыслями и не ощущала внезапного желания сбежать из страны под вымышленным именем. Я просто чувствовала абсолютный покой.
Но это умиротворение бесследно исчезло, когда Роуз ворвалась в мою квартиру, словно отряд ФБР во время облавы.
— Просыпайся! — закричала она, рывком распахивая шторы. — Сегодня день свадьбы!
Я подскочила в кровати так резко, что душа едва не покинула тело.
— Господи Иисусе, Роуз! Я уже не сплю, а если бы и спала, поверь, после такого пробуждения это было бы невозможно.
Она уже сжимала в руках два стаканчика с кофе и чехол для одежды, ведя себя так, будто руководила сложной тактической операцией. Впрочем, так оно и было. Вся моя жизнь прежде напоминала одну сплошную спецоперацию.
Следом за ней в комнату неспешно вошла Елена с бутылкой шампанского в девять утра, выглядя при этом как французская вдова с тайным любовником. Я знала, что ее будущее будет именно таким — ярким и интригующим.
Харпер следовала за ними, не выпуская из рук планшет с зажимом. Кто бы сомневался. А Наоми зашла последней с таким выражением лица, будто присутствовала на судебном заседании. Ничего необычного. Она окинула взглядом мой халат и растрепанные волосы, а затем едва заметно улыбнулась.
— Ты выглядишь счастливой, — произнесла она.
— Это одна из самых приятных вещей, которые ты мне когда-либо говорила.
— Я только учусь быть сестрой, — ответила она. Это заставило меня улыбнуться, ведь она действительно искренне старалась сблизиться со мной.
Роуз энергично хлопнула в ладоши.
— Так! Сверяем график! У нас по плану прическа, макияж, платье и эмоциональный срыв, запланированный на...
— У меня не будет эмоционального срыва, — перебила я ее.
Наоми иронично выгнула бровь.