Чтение онлайн

– Есть хотелось, и желательно что-то кроме сухарей, – скривившись, отозвалась Инерис и, не выдержав, снова начала почесываться. Если совсем честно, ей просто хотелось доказать огненному, что она тоже чего-то стоит.

Доказала, да уж… Демону пришлось, едва он ловко вытащил ее из зарослей колючек, мученически вздыхая и выразительно закатывая глаза, объявить внеочередной привал, а она теперь сидит, терпя нечеловеческий зуд и покрываясь отчетливо розовыми пятнами. Хорошо еще штаны плотные и рукава длинные…

Плохо, что споры еще и за шиворот со спины насыпались.

Не выдержав, Инерис поскребла запястье.

Ассаэр в очередной раз шлепнул ее по руке.

– Прекрати чесаться, кому сказал! – рыкнул он. – Только дальше разнесешь и глубже эту гадость вгонишь!

– Не могу! Знаешь, как мерзко?!

Демон неожиданно рассмеялся. Но не злорадно, а вполне себе искренне, задорно, басовито. Инерис аж чесаться прекратила.

– Знаю, – хмыкнул он добродушно. – Я тоже в них влетал – правда, в детстве. Гештриры ядовитые, и к ним лучше не прикасаться. Для жизни не опасно, но и приятного мало.

На лице наследницы неожиданно отразилось понимание.

– А… Так вот они какие, гештриры… – протянула она. – А в учебнике ботаники их совсем по-другому изображали, высокими такими, как наш терновник… А они, оказывается, мелкие, колючки острее втрое и с какими-то гадкими спорами… – Зуд усилился, и Инерис страдальчески сморщилась. – А средство от этих… расчесов… имеется?

– Имеется, – утешил ее демон. А потом в черных глазах с синими зрачками блеснуло нечто поистине дьявольское, и Ассаэр вкрадчиво произнес: – Но я хочу, чтобы ты затвердила урок и впредь не совалась, куда не просят, поэтому останавливаться и искать его впотьмах не собираюсь!

Инерис на миг лишилась дара речи.

– Я же не виновата! Я как лучше хотела! К тому же тогда не смогу уснуть и буду всю ночь чесаться, и тебе же придется меня караулить! Или еще лучше, на тебя их тоже начешу! – возмутилась она и запоздало спохватилась: – А почему впотьмах?

Демон снова расхохотался.

– Ну что опять? – обиделась девушка.

– Логика у тебя, Иней, – выдохнул он. – Я тебя очень прошу, в будущем не надо ничего мне доказывать, особенно таким способом.

Девушка покраснела и промолчала.

– Наша цель – просто и без лишних приключений (хотя с тобой это, похоже, невозможно) дойти до поселка. А насчет чесаться – раз так настаиваешь, свяжу тебя покрепче и кляп в рот затолкаю. Не сможешь ни чесаться, ни жаловаться, да и не денешься никуда…

На его лице вдруг появилось выражение предвкушения.

– Боги, неужели я наконец-то высплюсь?!

Инерис, чье плачевное состояние не располагало к терпеливости, без лишних слов швырнула в него ботинком. Не попала, и, судя по ехидному выражению на лице Ассаэра, топать ей теперь босиком за обувкой.

Два шага по горячему песку с молчаливого одобрения демона – и она запоздало сообразила, что ее просто поддразнивают. И довольно-таки беззлобно, в отличие от предыдущих аналогичных случаев.

– Так почему впотьмах? – повторила Инерис, вернувшись к палатке с ботинком в руках.

– Потому что нужный вид кактуса только по ночам распускается, и начинает выбрасывать пыльцу. Она-то нам и нужна… Ее собирают и добавляют в жир, любой, хоть растительное масло. Смесью протирают кожу.

– А если бутон расковырять?

– Попробуй, с удовольствием на это погляжу, – коварно подмигнул Ассаэр. – Они покрыты тончайшими иглами длиной в два пальца. И после них ты чесаться будешь втрое дольше. Иглы хрупкие, сегментированные, обламываются под кожей… Нет, доставать не надо, не пугайся, да и не получится. Сами растворятся… через пару недель. Так что вдоволь наскребешься.

Инерис горестно застонала, уткнувшись в ладони – и взвыла, когда впридачу начала зудеть и левая щека.

– Балда, – неожиданно ласково произнес демон, отвесив ей несильный щелбан. – Ладно, сейчас поищем этот цветок. А как стемнеет – сделаю тебе лекарство.

– Большое спасибо! – с сарказмом отозвалась Инерис.

– Не нравится – ходи и дальше чешись, – невозмутимо пожал плечами Ассаэр.

В него полетел второй ботинок. С тем же результатом.

А после заката демон ушел куда-то, строго наказав ей сидеть на месте у горелки и не отходить ни на шаг, и вернулся с ворохом крупных желтых цветов.

– Интересный вид. У них бутоны прячутся под колючей раковинкой. Та сама распадается на сегменты после заката, выпуская на волю совершенно безобидный цветок. Пустынники называют его гаэрэ наа – «лилией ночи»…

Рассказывая, Ассаэр уселся поудобнее у горелки, потеснив девушку к палатке, расстелил перед собой брезент и принялся соскребать в него крупную, тяжёлую пыльцу с удушливо сладким запахом, которой были сплошь покрыты крупные, длинные тычинки. Кучка получалась немаленькая.

Всякая охота обижаться отпала окончательно. Не такой уж он плохой. Наговорится, конечно, досыта… но ведь поможет… Инерис с интересом слушала объяснения и с любопытством наблюдала за огненным.

Таким она его раньше точно не видела. Ассаэр всегда бесился, когда она попадала в переплет или ухитрялась еще больше задержать их. А тут вел себя как-то по-доброму, что ли… По-прежнему снисходительно, но эта снисходительность не обижала. Он был каким-то… почти нормальным, а не колючим, как кактус.

Это на него так близость поселка действует, что ли?

Пыльцу демон осторожно, но сноровисто смешал с самым обычным растительным маслом из пузырька и, усадив Инерис и проигнорировав ее заверения, что она сама справится, зеркало есть, принялся бесцеремонно обляпывать ее щеки и лоб полученной мазью.

И все бы ничего, но сосредоточенное лицо демона впервые после их озерного приключения маячило в настолько неприличной близости от ее собственного. Девушка, не выдержав, сначала отвела взгляд, потом и вовсе прикрыла глаза, не зная, куда смотреть. Слова тоже как-то сами собой растерялись.

Руки у огненного были по-мужски жесткими, но при этом действовали с грубоватой бережностью.

Но тут демон закончил с лицом и потянул на себя воротник рубашки.

Инерис тут же вцепилась в одежку изо всех сил.

– Ты чего?! – возмутилась она.

Тот выдохнул сквозь зубы.

– Решил к тебе поприставать, с ожогами от гештрир ты невероятно соблазнительна! – огрызнулся он. – Проверяю, не попало ли на шею, наследница!

– Мог бы спросить, – смущенно сообщила Инерис. – Шея и… то, что ниже, не чешется.