Чтение онлайн

В 1801 году Грузия вошла в состав Российской империи.

Далее синод применил в Грузии тот же метод, что потом советская власть применяла к самой РПЦ: Поскольку единовременно упразднить грузинские епархии было невозможно, было решено постепенно соединять их с соседними после смерти или ухода на покой правившего архиерея.

2 апреля 1803 г. главнокомандующий в Грузии генерал князь П. Цицианов уведомил патриарха Антония Багратиони, что «священная есть воля Его Императорского Величества не умножать в Грузии высоких в духовенстве званий и что упраздняющиеся епархии должны быть присоединяемы к ближайшим, а паче к беднейшим епархиям».

29 мая 1804 г. тот же генерал Цицианов в рапорте на высочайшее имя докладывал, что, придерживаясь этого правила, во время его «пребывания в Грузии, в Карталинии [Картли] упразднено три епархии и осталось три», хотя, как ему «кажется, достаточно в Карталинии иметь одну епархию» [362] .

В начале ноября 1810 г. патриарх был вынужден уехать в Петербург, покинув свою родину. 9 ноября в соборе Светицховели состоялась последняя в 19 веке патриаршая служба.

30 января 1811 г. имп. Александр I утвердил доклад Святейшего Синода об упразднении автокефалии и патриаршего достоинства Грузинской церкви. Решением Синода от 21 июня 1811 г. с Антония был снят сан Католикоса-Патриарха [363] .

В общем, в церковной жизни, как и в светской: «горе побежденным!».

Далее последовало то же, что и в Молдавии: запрет службы на местном языке, перевод ее на церковно-славянский и поставление высшей иерархии только из числа приезжих русских [364] .

В 1817 году рязанский архиепископ Феофилакт (Русанов) был назначен Экзархом Грузии. Он разработал план церковной реформы, направленной на сближение грузинских церковных порядков с общероссийскими: меньше епархий, епископов, храмов, монастырей, штата духовных лиц (ведь на епархиальные управления и монастыри шли средства из госбюджета Империи), проведение секуляризации церковного и монастырского имущества.

И это было справедливо: эпидемия чумы наполовину сократила население по крайней мере Имеретии. К 1821 году там осталось около (из 100 000 населения или 12 975 «дымов» казенных крестьян было 14 000 душ; они кормили 1950 семью дворянскую или поповскую, в т. ч. 693 священников и 197 диаконов) [365] . В итоге шесть крестьянских семей должны были кормить одну семью дворянскую или поповскую.

А еще крестьянам Грузии надо было кормить и обслуживать (в т. ч. гужевым транспортом) 56 161 русского солдата…

Кроме того, русский Экзарх стал вводить богослужения на церковнославянском языке. По его указу в Сионском соборе половина служб велась приехавшими с ним русскими священниками по славянски, а половина — грузинскими священниками на их языке.

Церковная реформа с одной стороны, повышала церковные налоги, с другой — сокращала вдвое число клириков, которые находились на зарплате («в штате»).

В 1819–1820 гг. в Кутаиси началось Имеретинское восстание, которое возглавили митрополит Кутаиси (Кутатели) Досифей (Церетели) и митрополит Генатели Евфимий (Шервашидзе), дочь имеретинского царя Соломона II царевна Дареджан, князь Иван Абашидзе.

Экзарх обвинил их в подстрекательстве народа и убедил власти, что разрядить ситуацию можно только арестом и ссылкой мятежных архиереев [366] . В Западную Грузию были введены дополнительные военные силы, правителем Имеретии назначен полковник 44-го егерского полка И. А. Пузыревский. Начальник корпусного штаба генерал-лейтенант А. А Вельяминов писал полковнику:

В ответ полковник Пузыревский написал генералу о своем плане пленников «в крайности должно будет умертвить и бросить в реку» [368] . До той поры — «дабы пленники были смирнее и не были узнаны во время провоза жителями, поймав, надену на них холщевые мешки с отверстием противу рта и перевяжу сверх мешка по шее и поясу».

23 февраля генерал ответил полковнику, что убийство митрополитов произведет плохое впечатление на православных русских солдат.

Ночью 4 марта 1820 года митрополиты Досифей и Евфимий, архимандрит Григорий (Цкитишвили) и несколько имеретинских князей были схвачены. Досифей оказал сопротивление и был избит прикладами ружей и штыками. Пленники с мешками на головах были отправлены на лошадях через Лихский перевал в Восточную Грузию, чтобы затем по Военно-Грузинской дороге проехать в Россию.

Митрополит Досифей скончался 8 марта 1820 года (Грузинская православная церковь считает, что он умер ещё 6 марта) на пути между Сурами и Гори [370] . Тело митрополита было погребено в Успенской церкви в крепости Ананури.

Синод Грузинской православной церкви 27 мая 2005 года причислил митрополитов Досифея и Евфимия [371] к лику святых.

Незадачливый экзарх Феодосий покинул Имеретию под охраной 300 русских солдат и двух пушек [372] .

А Имеретинское восстание все ширилось. Генерал Вельяминов отправился к Шемокмеди и 24 июня подошёл к монастырю-крепости. Монастырь был готов к обороне. Три роты 44-го егерского полка были брошены на штурм со стороны ворот и еще один отряд с другой стороны. В полчаса крепость была взята. Вельяминов приказал разрушить все укрепления, а заодно окрестные виноградники и поля.

Была совершена и вылазка в Мегрелию — пять рот с двумя орудиями под началом майора Михина захватили село Гведа. Возможно, это Гведи (?????) в Хонском районе, которое формально существует, но на картах не отмечено. Но при селе упоминается «известный монастырь», которого сейчас вроде как не наблюдается.

На этом восстание, получившее имя «церковного», и затихло. После этого Гурия не бунтовала до самого 1841 года.

Грибоедов писал пьесу «Горе от ума» в 1823 году в Тифлисе. События имеретинского восстания ему были известны довольно хорошо. Персонаж его пьесы, полковник Скалозуб, служил в 45-м егерском полку (намек на 44-й егерский?). Он мог получить звание полковника после убийства Пузыревского в апреле 1820 года, но полк ему дали не сразу, а только через два года («Однако за полком два года проводили»). Во всяком случае во фразе «То старших выключат иных, Другие, смотришь, перебиты» может заключаться отсылка на кадровые перестановки в 44-м полку после сражений в Гурии и смерти Пузыревского [373] .