Чтение онлайн

Тогда же все три мира огласило мычание. Индра, пробудившись ото сна, поднял голову.

— Что это за звуки? — спросил он у своего советника–риши.

— Это корова–Земля взывает о помощи! — отозвался риши. — Ибо злодеяния Кансы достигли предела возможного, и должен вступить в действие Закон.

И отправился Индра, сопровождаемый богами, к владыке Закона. Прочитав протянутую богами челобитную, Брахма задумался.

— Вот что, — произнес он, нахмурив лоб. — Поскольку от неистовства этого Кансы более всего пострадал Вишну, пусть он, о боги, и предпримет необходимые меры.

И отправились боги к Вишну, как обычно дремавшему на благом змее Шеше. Услышав шаги, он открыл глаза, и в его четырех руках заколебались чакра, раковина, булава и цветок лотоса. Выслушав рассказ о злодеяниях Кансы и решение, принятое Брахмой, он молвил:

— Не сомневайтесь! Зло в Матхуре будет низвергнуто и искоренено. Я возрожусь в одной своей части в человеческом облике. Тот, на котором я восседаю, — он коснулся лотосом чешуйчатой спины змея, — будет мне помощником.

Вырвав из себя два волоса, черный и белый [89] , он продолжил:

— Эти мои волосы опустятся на землю и освободят ее от подавленности. Черный волос воплотится в восьмом ребенке, зачатом богоподобной Деваки, женой Васудевы, в мальчике, который убьет Кансу.

Вскоре после этого вся Матхура поднялась на ноги. Началось торжественное жертвоприношение и молебствие о рождении у царской четы сына и наследника. Бросив в алтарь горсть благовоний, Нисумба отступила на несколько шагов, и ее место занял Канса. Обратившись к жрецу–возжигателю, считавшемуся также предсказателем, он спросил:

— Скажи, какая из моих жен родит владыку мира?

И в это время к алтарю приблизилась сестра Кансы, рожденная от Уграсены, а не от демона, принявшего его облик. Ее звали Деваки. Она была женой Васудевы [90] и была известна добродетельным образом жизни и трудолюбием. При виде Деваки на лицо жреца внезапно пал свет, и он воскликнул:

— Ни одна из твоих жен, о царь, не родит владыку мира. Но его родит твоя сестра, которая сейчас стоит на коленях.

Лицо жреца потемнело. Через несколько мгновений он продолжил:

— Она родит восемь сыновей, и одним из них ты будешь погублен.

Услышав это, Нисумба подняла голос:

— Прикажи, царь, немедленно убить Деваки!

Канса обернулся.

— Деваки моя сестра, а Васудева мой родственник, — сказал он. — Мы с ним вместе решим, как нам быть.

В тот же день Васудева узнал о предсказании и дал совет, как обезопасить жизнь царя, не погубив дорогой ему Деваки:

— Заточи меня вместе с Девакой в крепости, в той, что на островке посреди Джамны. Я сам буду передавать тебе рожденных ею сыновей, а после восьмого ты нас выпустишь. Слово мое нерушимо.

И стали Васудева и Деваки царскими узниками. И рождались у них сын за сыном. Шестерых убил Канса, пока Васудева не догадался, как их можно было спасти. На воле у него оставалась еще одна жена, Рохини, которой было разрешено посещать островок и общаться с мужем через решетку. Ей–то и передал Васудева через прутья зародыш в виде змейки, попросив выносить его в своем чреве. Чтобы об этом не узнал Канса, он предложил Рохини перебраться в страну пастухов и поселиться в семье знакомого ему пастуха Нанды.

Прошла еще одна луна, и Деваки услышала небесную музыку. Под эти звуки вышел на свет еще один ребенок, сразу явивший облик изначального Чуда. Родился он темнокожим, и поэтому родители назвали его Кришной. Был он в тиаре, с ожерельем и с маленькими, похожими на детские игрушки символами власти.

В момент рождения в темницу сквозь ее стены прошли боги, чтобы поклониться родившемуся владыке мира. Но Брахма вычеркнул это чудо из памяти узников, да и знаков будущей власти Кришны никто не увидел.

Деваки, кормящая Кришну

Вместе с Кришной Васудева и Деваки вышли наружу, но оставалось непреодолимое препятствие — бурная Джамна. На островке не было ни только лодки, но и дерева, которое можно было бы использовать для переправы. Васудева, глядя в бурные волны, загоревал: «Удастся ли спастись?» Но младенец коснулся волны ножками, и могучая Джамна обмелела, и беглецы перешли на другой берег, не замочив ног.

На другом берегу их ожидали пастух Нанда и его жена Яшода. Она была на сносях. Вскоре у нее родилась девочка. Васудева подменил новорожденную Кришной и сделал так, чтобы родители забыли о рожденной девочке и считали Кришну своим сыном.

Васудева, уносящий Кришну к Яшоде

Подхватив девочку, вернулся с нею Васудева в темницу. Утром, узнав от стражи о рождении младенца, Канса захотел его убить. Но ребенок на его глазах вырос до огромных размеров и, рассмеявшись ему в лицо, вознесся на небо. Тогда Канса собрал подданных и приказал им уничтожить всех мальчиков, обладающих необыкновенной силой. Васудеву же и Деваки он выпустил из тюрьмы, ибо от них больше не исходило угрозы.

Нанда с Кришной отправились в Гокалу. Он вырос в коровьем мире (го–локе), третьем после мира людей (манушья–лока) и мира богов (дева–лока). Его называли гопа (пастух).

Он, как все, был опоясан пастушьей бечевою. Вместе с ним рос Баларама, но пастухи не знали, что они братья [91] .

Однажды Яшода заметила, что младенец ест землю, и связала это с тем, что у нее не хватало молока. Она открыла Кришне ротик, чтобы очистить его от грязи. И вдруг ей показалось, что нёбо Кришны — это небесный свод с солнцем, луной и звездами. Но этому видению она не придала значения. Молока продолжало не хватать, но вот в деревне оказывается какая–то женщина. Нанда приглашает ее к себе разделить трапезу. Увидев ползавшего под столом младенца, гостья, изобразив умиление, подносит его к своей груди. Проголодавшийся Кришна начинает сосать, да с такой силой, что поднятый шум стал слышен снаружи и в дом сбегаются соседи. На их глазах гостья начинает бледнеть и вскоре падает на землю, превратившись в безобразную старуху. Это была богиня оспы Путана, которую прислал Канса, намазав ей соски ядом.

В другой раз с небес в колыбельку Кришны опускается какой–то демон. Ребенок убивает его ударом ножки. Одолевает он еще одного, водного демона, который, выйдя из Джамны, нападает на стада. Кришна загоняет его в океан.

Не раз удивлял Кришна окружающих своими проказами. У пастушек стало пропадать масло, которое они взбивали из молока с помощью деревянной ступки. Возникло подозрение, что в деревню проник чужак, которому удалось каким–то образом обмануть свирепых пастушьих собак. На охрану селения вышли пастухи, вооруженные кольями. И вдруг они слышат женский крик. Нет! Их не звали на помощь. Это был крик удивления. Одна из пастушек увидела младенца, облизывающего пустой глиняный котел, используемый для хранения масла.