Чтение онлайн

По Айванхову, это видение двадцати четырех старцев, сидящих на престолах, и четырех священных животных может быть понято только при условии, что вы знакомы с каббалистическим Деревом Жизни — сефиротическим деревом. Дверь открылась в Небе, и голос, который уже ранее разговаривал со святым Иоанном, теперь приказал ему: «Поднимайся!». Описание двадцати четырех старцев, сделанное святым Иоанном, открывает нам, что он поднялся до третьей сефиры: Бина («Разум»), с которой связана ангельская иерархия Аралим — что христианская традиция как раз и называет престолы. Затем он видит четырех священных животных. Это описание показывает, что он достиг и первой сефироты — Кетер («Венец»), с которой связана ангельская иерархия серафинов. Таким образом, самые возвышенные сферы Творения были открыты святому Иоанну в духе.

Двадцать четыре старца и четыре священных животных находятся перед престолом Бога, чтобы славить и петь Ему. Но Самого Бога святой Иоанн не описывает и не упоминает Его имени. Он говорит только: «престол стоял на небе, и на престоле был Сидящий. И Этот Сидящий видом был подобен камню яспису и сардису». Идею Бога можно передать лишь через образ света: «От престола исходили молнии, и семь светильников горело перед ним» — семь светильников, «которые суть семь духов Божиих».

Тот же самый образ находим мы в книге «Зогар», где говорится: «Семь видов света содержатся в величайшем, и там живет Древнейший из Древнейших, Таинственнейший из Таинственнейших, Скрытнейший из Скрытнейших: Эйн-Соф». Эйн-Соф (т. е. бесконечный, без границ) или же Эйн-Соф-Аур (т. е. свет без границ) — имя, приписываемое каббалистами Абсолюту: наичистейшей квинтэссенции Божества, а семь духов являются семью видами света: красным, оранжевым, желтым, зеленым, синим, индиго и фиолетовым. Поскольку цвета, получающиеся при разложении белого света призмой, имеют символическое значение — они представляют собою первичную дифференциацию изначального света: Бога. Именно потому, что свет разлагается на семь составляющих, цифра семь является числом всеобщности и так часто встречается в Апокалипсисе: семь церквей, семь печатей, семь светильников и семь звезд.

Двадцать четыре старца, восседающие вокруг престола Бога, одеты в белые одежды и имеют на головах золотые короны. Белые одежды, так же как и золотые короны, — это символ духовного света, исходящего от этих тонких сущностей. Белые одежды — это тело славы. Корона, расположенная над головой человека, символизирует тонкую материю, которая более не является физическим телом, не есть голова, но эманация духа, мудрости, всемогущества. Эта корона из золота, а золото, согласно духовной символике, является не чем иным, как конденсированным светом.

В каббале двадцать четыре старца фигурируют как повелители судеб. Ничто из того, что делают люди, не ускользает от их внимания: ни один поступок, ни одно чувство, ни одна мысль. Их функция — награждать или наказывать существа, согласно их заслугам. Судьба человека после смерти или в следующей жизни зависит от того, что они решат. Эти решения не подлежат обсуждению. Вот почему именно двадцать четыре старца обращаются к Богу со следующими словами: «Благодарим Тебя, Господи, Боже Вседержитель, Который еси и был и грядешь, что Ты принял силу Твою великую и воцарился. И рассвирепели язычники; и пришел гнев Твой и время судить мертвых и дать возмездие рабам Твоим, пророкам и святым, и боящимся имени Твоего, малым и великим, и погубить губивших землю» (Откр 11:17).

Что касается четырех священных животных, пребывающих в сефире Кетер, то они воплощают четыре принципа материи. Бог-Абсолют — это неуловимое, то, что нельзя понять. Представить Его себе можно только через Его проявления; а материя как раз и есть проявление Бога. И поэтому материя, имеющая божественное происхождение, достигшая такой степени чистоты и тонкости, является непостижимой, непознаваемой, так как она и дух едины. Эта изначальная материя символизируется четырьмя священными животными, являющимися основой четырех элементов: тельца, представляющего землю, орла — воду, человека — воздух и льва — огонь.

Уровень этих существ настолько высок, что именно им дано право прославлять Господа. День и ночь имя Господа славится устами серафимов, не прекращающих повторять: «Свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет». Они сами святые и не прекращают славить святость Господа.

Почему величайшей похвалой, какую только могут воздать создания Господу, является прославление Его святости? Естественно, из-за повседневного употребления, из-за того, что их столько раз повторяли по всякому поводу и без оного, слова святой и святость потеряли свое настоящее значение. В действительности святость — это качество света, некоторые славянские языки передают это значение довольно точно. Святость связана со светом. То есть святость — это, прежде всего, качество Бога, потому что Он является чистым светом, и именно с помощью света Он создал мир. Если человек и может называться святым, то только в той мере, в какой он обладает светом, сияющим на высшем ментальном плане, т. е. плане истинного разума, истинной мудрости.

Итак, четыре священных животных представляют четыре стихии. Но не надо их путать с четырьмя стихиями, составляющими нашу Вселенную: они выше того, что мы можем познать с помощью наших пяти чувств или даже с помощью самых совершенных приборов. Четыре элемента — огонь, воздух, вода и земля — являются лишь слабыми отблесками тех мощных уплотнений материи, которые находятся там, наверху, в сефире Кетер. Вот почему, чтобы подняться до этой сефиры, нужно достичь исключительно высокого уровня эволюционного развития. Даже из тех немногих существ, кому это удалось, большая часть не смогла вернуться назад — в свое физическое тело. Сефира Кетер — это область, где разрушаются все формы, поэтому тот, кто доходит до нее, исчезает. Входя с ней в контакт, человек возгорается и сам становится пламенем. Те немногие, что вернулись, смогли сделать это только дарованной им милостью Неба: они получали вещество, предохранявшее их физическое тело от разрушения.

Святой Иоанн не исчез во время своих экстатических состояний, описанных в Апокалипсисе, только потому, что ему было даровано это вещество. То есть та книга, которую ангел дал ему съесть, сказав: «Она будет горька во чреве твоем, но в устах твоих будет сладка как мед» (Откр 10: 9), — как раз и есть символ вещества, способного сохранить физическое тело. Пророк Иезекииль также говорит о книге («свитке»), которую ангел дал ему съесть (Иез 3:1–3).

Ангелы четырех стихий являются, следовательно, высшими существами в ангельской иерархии. Человеческие существа только в самых исключительных случаях смогли достичь их уровня. Вот почему, когда мы обращаемся к ангелу воздуха, воды, огня или ангелу земли, мы можем коснуться только тех светлых сущностей, которые управляют на физическом уровне известными нам стихиями, т. е. водой, ветром, огнем, землей. Не нужно путать ангелов четырех стихий нашего физического мира с четырьмя великими ангелами, воплощающими в себе принципы материи. Огонь, который нам известен, не есть настоящий огонь. Истинные огонь, воздух, вода и земля находятся наверху, и если случается, что они начинают действовать на землю, то совершается это с помощью существ-посредников, которыми они управляют. Именно поэтому святой Иоанн, описывая катаклизмы, обрушивающиеся на землю, показывает, как четыре священных животных повелевают стихиями физического плана.

Священные животные числом четыре. «И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый и на нем всадник, имеющий лук…»

«И когда Он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли…»

«И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороный и на нем всадник, имеющий меру в руке своей…»

«И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ними, и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечем и голодом, и мором и зверями земными» (Откр 6:1–8).

По Айванхову, четыре коня и всадники — это символы катастроф, вызванных ангелами четырех стихий там, наверху, потому что эти ангелы столь могущественны, что им достаточно сделать одно движение, чтобы другие силы вступили в действие и опустошили землю. Почему люди не понимают, что все совершаемое ими имеет последствия и что они не могут безнаказанно продолжать нарушать законы природы, мешать работе стихий? Своими поступками, а также своими мыслями и чувствами, своим анархическим отношением ко всему они сами пробуждают силы Природы, которые, в конце концов, начинают действовать, чтобы привести все в порядок. Природа не есть нечто инертное, бесчувственное, над чем можно совершать все, что угодно. Каждый раз, когда люди выходят за пределы того, что она может вынести, Природа наносит ответный удар.

Книга и Агнец. «И видел я в деснице у Сидящего на престоле книгу, написанную внутри и извне, запечатанную семью печатями. И видел я Ангела сильного, провозглашающего громким голосом: кто достоин раскрыть сию книгу и снять печати ее? И никто не мог, ни на небе, ни на земле, ни под землею, раскрыть сию книгу, ни посмотреть в нее. И я много плакал о том, что никого не нашлось достойного раскрыть и читать сию книгу, и даже посмотреть в нее. И один из старцев сказал мне: не плачь, вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил и может раскрыть сию книгу и снять семь печатей ее».