Чтение онлайн

Доктор Маннер слегка побледнел и невольно обернулся в сторону лестницы. Сара почувствовала его страх потерять ребенка, как он потерял жену, и пожалела о своих пугающих словах.

— У меня есть маленький кузен, и он точно так же хочет быть самостоятельным. К счастью, до сих пор не случилось ничего страшнее нескольких синяков и царапин, — прибавила она, чтобы успокоить мистера Маннера.

— К сожалению, я не могу нанять другую женщину следить за Харриет, — объяснил он. — Мои средства не так велики, а Бесси соглашается на то, что я ей плачу, так как я бесплатно лечу ее больную мать.

Сара подумала о несправедливости подобного распределения средств. Старший брат Люси и Лоренса, лорд Маннер, получил в наследство большое состояние, Люси как его сестре досталось немалое приданое, и только мистер Лоренс Маннер, как младший брат, вынужден пробиваться в жизни собственными трудами.

— Леди Уэвертон очень добра, она не откажет вам, если вы попросите помощи какой-нибудь горничной. В доме полно прислуги, и кто-нибудь может иногда заменять вашу Бесси, — сказала она.

Доктор Маннер кивнул и тут же спохватился:

— Давайте я возьму ее, мисс Мэйвуд. Она довольно плотный ребенок, и вы, вероятно, уже устали держать ее, пока я тут отвлекаю вас разговорами.

— Вовсе нет, — Сара с нежностью посмотрела на кудрявую головку девочки. — Но вы очень поможете, если откроете мне дверь.

— Конечно, мисс Мэйвуд, — он поспешил исполнить ее требование. — Но куда ведет эта дверь? Я ни разу не входил в нее и даже едва замечал, она выглядит какой-то… потайной.

— Это дверь в царство экономки, — усмехнулась Сара. — Через этот коридор удобнее всего пройти в кухню, где мы найдем пирожные. Идемте!

— Вы полагаете это удобным? — джентльмен, казалось, был обеспокоен вторжением.

Сара открыто рассмеялась.

— Не бойтесь, экономка здесь, конечно, женщина сурового нрава, как и требуется для управления таким большим домом, но мы с ней давнишние приятельницы!

Мистер Маннер не стал спорить, и вскоре все трое уже спускались по боковой лестнице в огромную кухню, состоявшую из трех обширных помещений.

Кухарка и многочисленные помощницы хлопотали над последними приготовлениями к ужину, который должен был вскоре прийти на смену балу, и суета и нервозность, царящие в кухне, поразили доктора Маннера. Он и сам начал испуганно озираться, явно опасаясь, что их всех попросят покинуть это сердце дома, но из облака дыма и пара к ним уже шла экономка, сухопарая женщина средних лет.

— Мисс Мэйвуд! — ее суровое лицо осветилось приветливостью. — Захотели проведать нас? Вы можете испачкать бальное платье! А этот джентльмен и малышка гостят у нас, мистер Маннер и мисс Маннер, не так ли?

По лицу экономки доктор понял, что, если Сара, по мнению экономки, имеет право находиться здесь, то присутствие его самого и ребенка требует объяснений. К счастью, Сара пришла ему на помощь.

— Я знаю, дорогая миссис Реддок, насколько им сейчас заняты подготовкой к ужину, но вот эта маленькая мисс, дочь доктора Маннера, отказывается ложиться в постель прежде, чем отведает пирожных.

Миссис Реддок с новым интересом взглянула на мистера Маннера, потом улыбнулась девочке.

— Ну конечно же, мисс Мэйвуд, мы не откажем ребенку в такой малости. Погодите чуток в моей комнате, и я сама принесу вам чаю и пирожных, ведь вы и доктор тоже, полагаю, не откажетесь попробовать?

— О нет, конечно же, я так давно не ела здешних пирожных. — Сара повернулась, чтобы выйти, а экономка обратилась к мистеру Маннеру:

— Доктор, не откажете ли вы мне в небольшой просьбе? В последнее время меня беспокоит колено. Не могли бы вы взглянуть на него?

Мистер Маннер, к удивлению Сары, заметно помрачнел, но все же принужденно кивнул.

— Завтра, в любой час, как вам это будет угодно, я осмотрю вас, миссис Реддок.

Экономка кивнула и устремилась в глубь кухни, а Сара с девочкой на руках направилась в небольшую комнату неподалеку, где миссис Реддок обычно проверяла счета, пила чай с кухаркой и занималась прочими полезными делами.

Мистер Маннер хотел посадить девочку себе на колени, но Харриет, до сих пор молчавшая пол впечатлением от увиденного на кухне, решительно воспротивилась, всячески давая понять, что желает сидеть на коленях у красивой мисс Мэйвуд. Мистер Маннер развел руками и уселся на против Сары за маленький круглый стол.

— Простите за все это беспокойство, мисс Мэйвуд, надеюсь, после чая она позволит отнести ее в кроватку.

— Ну что вы, доктор Маннер, она такая славная девчушка, что мне доставляет удовольствие держать ее на руках, — заверила его Сара.

Мужчина снова нахмурился.

— Жаль, что вы назвали меня доктором в присутствии этой женщины, — с укором сказал он.

— Но почему? — Сара не могла понять, чем он недоволен. — Разве вы не практикующий врач?

Он внимательно посмотрел на нее.

— Вероятно, вам не сказали. В последние два года я не практикую, помогаю иногда соседям, вроде матери нашей Бесси, но не более того.

— Простите, я и вправду не знала этого, — смутилась Сара. — Бобби… то есть миссис Ченсли говорила, что вы работаете в каком-то городке близ Лондона…

— Ну, скорее это деревня, — усмехнулся невесело доктор Маннер. — Дело в том, что два года налил я оставил практику и теперь занимаюсь своей дочерью и кое-какими научными изысканиями.

Сара подумала — что же, в таком случае, составляет источник его дохода? А мистер Маннер нехотя продолжил:

— С тех пор как умерла моя жена, я не могу заниматься врачеванием.

— Почему же? — осторожно спросила Сара.

— Если я не смог спасти ее, какое право имею помогать другим? — с неожиданным надрывом воскликнул мужчина. — Я негодный врач, если не сумел помочь своей жене!

Харриет вздрогнула и прижалась к Саре — отец напугал ее, и мистер Маннер виновато улыбнулся дочери.

— Простите меня, мисс Мэйвуд, я не должен был говорить это. Харриет, дитя мое, папочка вовсе не хотел испугать тебя. Скорей бы уже принесли эти пирожные!

Сара поняла эту скрытую просьбу сменить тему разговора, и до появления миссис Реддок с подносом они обсуждали стол Уэвертонов. Мистер Маннер сдержанно похвалил красоту поместья Уэвертонов, живые нотки словно исчезли из его голоса вместе с тем внезапным порывом, когда он явно сказал больше, чем намеревался. В конце концов, он видел мисс Мэйвуд впервые, и молодой хорошенькой девушке не дано понять, как может страдать тридцатилетний мужчина, потерявший разом любимую женщину и уверенность в правильности выбранного однажды пути.