ЖАНРЫ

Миллион запретных наслаждений
Шрифт:

— Что с тобой, Лейни? — вскричал он.

— У меня все прекрасно… уже.

Поднимаясь мимо него в дом, я услышала мягкое урчание двигателя и, естественно, обернулась посмотреть, кто к нам наведался. Это был Ной, и он сам сидел за рулем. Блестящая черная спортивная машина, судя по всему, обошлась ему дороже, чем я, — мне она напомнила крадущегося леопарда.

Вогнав машину на парковку, он выпрыгнул из нее и, даже не закрыв дверь, подошел к моему маленькому костерку. Посмотрел на огонь, потом перевел взгляд на меня.

— Мне не понравился твой подарок, — как бы между прочим произнесла я и, подняв голову, пошла в дом.

Конечно, Ной бросился за мной.

— Сэмюель, неси огнетушитель, нужно погасить огонь! — приказал он.

— Пусть горит, Сэмюель, — равнодушно обронила я через плечо.

— Дилейн! — завопил Ной. — Дилейн! — Но я не остановилась. — Стой сейчас же, или, богом клянусь…

Я резко развернулась.

— Ты что?

Лицо его исказилось, желваки выпятились, когда он заскрежетал зубами, явно пытаясь дать достойный ответ и не находя слов.

— Так я и думала, — сказала я, после чего повернулась и пошла вверх по лестнице. — Знаешь, Ной Кроуфорд, с тобой что-то не так. Ты видел, как меня корежило, когда мы были в магазине твоей подруги. Но по какой-то непонятной причине ты решил, что, если женщина, которая явно тебя еще хочет, выберет и пришлет мне какие-то вещи, я буду прыгать от счастья. Да кто ты такой?! — Усмехнувшись, я покачала головой. На верхней ступеньке остановилась и обернулась, сунув руку в карман. — Она прислала записку.

Я бросила ему скомканный листок бумаги, да так, что он ударился о грудь Ноя и только потом упал на пол. Он поднял его, разгладил и прочитал.

— О, ради всего… — начал Ной и, вздохнув, замолчал. — Дилейн, Фернанда бисексуальна. Ей хотелось увидеть в белье тебя,и она огорчилась, потому что надеялась, что мы с тобой… — Голос его стих.

— Что?

Он поднял брови и выжидающе посмотрел на меня.

— Ох. Ох-х-х-х-х…

— Это шутка? — спросила я и невесело засмеялась.

— Она прямо так не говорила, но я ее достаточно хорошо знаю, чтобы понять: она надеялась на лямур-де-труа.

Я представила себе эдакий Лейни-сэндвич и, должна признать, почувствовала себя немного польщенной. Фернанда была такой красивой и захотела меня, девочку из толпы… Гетеродевчонка во мне слегка заинтересовалась, но не думаю, что когда-нибудь соглашусь на такое. Меня интересуют только парни. Все. Точка. А вот Дез…

— Ей это понравится… — пробормотала я себе под нос.

— Что-что?

— Ничего. Вкусы Фернанды мне безразличны. Ты купил белье, хотя знал, что я из-за него огорчилась. Конец истории. Я до сих пор сержусь. — С этими словами я, развернувшись, ушла.

Я услышала, как он зарычал от злости. Думаю, он мог еще и ударить кулаком в стену, но в этом я не уверена.

* * *

Спустя всего час я почувствовала себя настоящей свиньей и решила извиниться перед Ноем. На стене рядом с первыми ступеньками лестницы, за углом, я и в самом деле увидела вмятину размером с кулак и закатила глаза: не было никаких суперпричин, чтобы так беситься. Впрочем, как и для моего небольшого приступа гнева с поджиганием белья.

Ошибки признавать я всегда умела.

Я не нашла Ноя ни в кабинете, ни в кухне. Мне показалось, что в комнате отдыха был включен телевизор. Я пошла на звук и осторожно просунула голову в дверь.

Ной в расстегнутой до пупа рубашке сидел, развалившись, в одном из театральных кресел. Никогда еще не видела я его таким расслабленным. Пытаясь привлечь его внимание, я кашлянула.

Он повернул ко мне голову. Хоть и ожидала увидеть недовольную мину, судя по его выражению, он скорее ждал меня, чтобы снова впасть в скверное настроение.

— Прости меня, — чуть слышно выдохнула я: непросто извиняться перед человеком, который купил меня, чтобы сделать секс-рабыней.

Ной, вздохнув, похлопал себя по колену.

— Иди сюда, посиди со мной немного.

Я вошла в комнату и уселась на его ногу, положив руку ему на плечо.

— Я тоже прошу прощения, — сказал он, примирительно поглаживая меня по бедру. — Я не подумал. Просто решил, что это белье тебе понравится, и, если честно, мне очень хотелось тебя в нем увидеть.

— Жалею, что сожгла его, — не очень уверенно пробормотала я.

— Не нужно. Тебе было обидно, и я понимаю, почему ты это сделала, — усмехнулся он. — Ты маленькая мегера, знаешь? Честно сказать, это даже заводит. Особенно когда ты назвала меня своим мужчиной.

Вот черт! Я такое сказала?

— И что такого? На следующие два года ты мой мужчина. — Я пожала плечами и переключила внимание на телевизор. Шла очередная серия очередного сериала про вампиров. — Нравится мне этот фильм… Есть в вампирах что-то такое… сексуальное, запретное.

Он рассмеялся.

— Да ну? Что же в них такого сексуального?

Я снова посмотрела на экран — вампир со своей вампирской скоростью трахал какую-то человеческую девицу, привязанную в вертикальном положении за руки и за ноги.

— Вот почему, — ответила я, кивнув на экран.

Надо сказать, меня начал возбуждать вид голой задницы вампира и то, как он колотил несчастную девушку, которая, кажется, не жаловалась.

— Я знал, что не ошибся в тебе. Ты тоже любишь пожестче, верно? — спросил Ной, проведя рукой вверх по моему бедру, и прижался лицом к груди. Он сквозь ткань взял зубами один сосок и осторожно сдавил его. — Хочешь, чтобы я тоже? — продолжил Ной, водя кончиком носа по бутону. — Хочешь, чтобы я отодрал тебя, как этот вампир свою девку?

Да, пожалуйста.

— Я могу, Дилейн.

Я сделала судорожный вдох, и он посмотрел на меня из-под длинных ресниц.

— Подними рубашку, милая, — произнес хрипловатым голосом.

Двойной агент Киска встала по стойке смирно.

Я медленно выполнила его приказание, и в кои-то веки меня это ничуть не задело. Он издал стон, от которого Киска, задрожав, растаяла. Его губы коснулись левого соска, а рука приблизилась к лону. Язык несколько раз медленно обвел возбужденный бутон, а потом Ной сжал его зубами. Я почувствовала, как горячее дыхание разлилось по моей коже — он удовлетворенно выдохнул. Потом с соском во рту немного отклонился, вытягивая грудь, и отпустил, глядя, как она вернулась на место.

Поделиться с друзьями: