ЖАНРЫ

Миллион запретных наслаждений
Шрифт:

Я взял кусочек бекона, откусил и стал ждать, когда она начнет.

— В выходные я занималась твоей чековой книжкой, платила по счетам и наткнулась на запись о переводе довольно крупной суммы с твоего личного счета на какой-то счет в Хиллсборо, Иллинойс, — начала она вопросительным тоном.

— И что? — Я проглотил кусочек яйца. Оно оказалось недосоленным.

— И что? Что?! Два миллиона долларов,Ной. Я знаю, это не мое дело, но какого черта?

— Ты права, это не твое дело, — сказал я, вдруг потеряв аппетит.

Я знал, что она увидит трансакцию, но раньше Полли никогда не расспрашивала меня о моих тратах, даже очень больших. Хотя в последний раз я спустил примерно такую же сумму, когда покупал свой «Хеннесси Веном Джи Ти Спайдер».

Полли подозрительно прищурилась.

— Ты занялся чем-то незаконным?

— Полли, предупреждаю тебя, придержи язык, — произнес я самым угрожающим тоном. — Насколько я помню, я работодатель, а ты мой работник. Поэтому не нужно приходить сюда и расспрашивать меня о том, что тебя совершенно не касается.

— Ты меня не испугаешь, Ной Патрик Кроуфорд, — сказала она, вставая и грозя мне пальцем. — Что-то происходит, и я не знаю что, но тебе известно: я буду рыть, пока не выясню. И не думай, что я не заметила, будто трансакция прошла именно тогда, когда появилась Лейни.

Она меня достала. Я почувствовал, как на лбу вздулась вена.

— Дилейн, — поправил я.

— Нет, она просила меня называть ее Лейни. Она предпочитает это имя, но ты и сам это должен знать, если вы так любите друг друга, — сказала Полли, переплетая руки на груди. — Что происходит, Ной? «Мы встретились после шоу трансвеститов в Лос-Анджелесе и полюбили друг друга»! Я не куплюсь на такое дерьмо. Ты можешь быть кем угодно, но только не голубым.

У меня глаза полезли на лоб, я чуть не подавился собственной слюной.

— Она сказала тебе, что мы познакомились на шоу трансвеститов?

Это было вполне в духе Дилейн. Я почти не удивился, честно… Даже наоборот, посчитал забавным. Тогда-то у меня и появилась идея оттрахать их обеих. Полли за то, что сует нос в чужие дела, а Дилейн — за придуманную историю.

— Она сказала тебе, что у нее есть пенис?

— Что!!! — Полли распахнула рот, потом быстро захлопнула его, и на ее лице появилось задумчивое выражение. — Минутку. — Она подозрительно насупилась и уперлась рукой в бок. — Я ее видела голой. У нее нет пениса.

— Уже нет, — возразил я. — На что, как ты думаешь, ушли эти самые два миллиона?

По ошеломленному виду Полли было нетрудно догадаться, что происходит у нее в голове.

— О… боже… Лейни сменила пол?

Я пожал плечами.

— Ну сменила и сменила, что тут такого? Ее звали Пол. Теперь и не скажешь, правда?

— Но ты же не голубой.

— Она же не мужчина… теперь. — Я, подложив под затылок руки, откинулся на спинку кресла. — Еще вопросы будут?

Полли какое-то время ошарашенно смотрела вдаль, потом покачала головой и пошла к выходу, но я остановил ее.

— Да, Полли. Вот еще что… — Она повернулась. — Пусть это будет нашим маленьким секретом. Никому о нем не говори. Особенно Дилейн. Сама понимаешь, для нее это больная тема. Она всегда ощущала себя женщиной и хочет, чтобы ее принимали как женщину.

— Да, конечно, я понимаю. — Полли несколько раз кивнула и посмотрела на меня так, будто хотела сказать: «Что я, совсем, что ли?»

Я был страшно горд своей сообразительностью. Дилейн озвереет, когда узнает, что я сделал, а мне это сулило настоящий марафон дикого секса. Ух, на такое можно и подсесть…

Я снова остановил Полли.

— И еще кое-что. Я пошутил.

— Насчет чего?

— Насчет всего, Полли. Я все выдумал. Дилейн никогда не звали Полом, и она никогда не была мужчиной. И уж точно никакого пениса у нее нет сейчас и никогда не было раньше, — рассмеялся я. — Господи, ты бы видела себя со стороны.

— Ах, ты… Ной Патрик Кроуфорд! — прошипела она сквозь стиснутые зубы, приближаясь ко мне. — Тебя убить мало!

Она размахнулась и ударила сумочкой меня по голове.

— Ай! — Я захохотал и пригнулся, чтобы уклониться от следующего удара.

— Я ей все расскажу! — сказала она, снова замахиваясь.

Именно на это я и рассчитывал.

Полли отошла от стола, и, увидев, что опасность миновала, я поднял голову.

— Знаешь, я даже не удивился, что она наговорила тебе, будто мы познакомились на шоу трансвеститов. У нее весьма своеобразное чувство юмора, Полли. Невозможно понять, говорит она правду или вешает тебе дерьмо на уши, — объяснил я. — Этим она мне тоже нравится. На самом деле мы встретились на конференции. Это правда.

Истинной правдой было то, что большая часть сказанного мною былаправдой.

— Я вижу, она не одна здесь, кто вешает дерьмо на уши, — заявила Полли, уперев руки в бока. Потом, вздохнув, продолжила: — Ладно. Давай начистоту. Увидев трансфер, я начала прикидывать, что к чему, но не складывалось… Тогда я копнула глубже и что же узнала? В то время, когда ты якобы с ней познакомился, билетов в Лос-Анджелес ты не заказывал. И еще я не знаю ее фамилии, но среди пассажиров, прилетевших из Лос-Анджелеса в тот день, когда она появилась, не было ни одной Лейни или Дилейн. — Она перевела дыхание. — Зато я нашла другое. Счет из дорогого клуба, которым владеет некий Скотт Кристофер. Дальнейшее расследование показало, что этот Скотт Кристофер занимается торговлей. Торговлей людьми. Конкретнее — женщинами. Итак, — со вздохом завершила Полли, — не хочешь рассказать, кто такая Лейни на самом деле?

Твою мать! Хренова головоломка, черт ее подери, собралась!

— Это сложно, Полли, — смирившись с поражением, сказал я. Черт, мне нужно было выкурить сигарету и хорошо бы ее запить любимой текилой «Патрон».

— Ной… — Голос Полли сделался намного тише, а лицо стало жалостливым, она снова села передо мной. — Ты ее купил, да?

Покусывая внутреннюю сторону щеки, я молча смотрел на Полли. Она явно восприняла это как утвердительный ответ.

— Я не буду спрашивать зачем, потому что и так догадываюсь. Но Лейни… Она хорошая девушка. Почему она пошла на такое?

— Не знаю, — откровенно признался я. — Мы договорились не обсуждать это.

— А ты не подумал, что это нужно выяснить? — всплеснув руками, воскликнула Полли. — То, что вы это не обсуждаете, еще не значит, что ты не можешь навести справки. Господи Боже, Ной. Думай головой, а не головкой. Кто знает, какие у нее неприятности.

Полли, конечно, переходила границу, так разговаривая со мной, но если кому-то это и могло сойти с рук, так только ей. Она слишком умна и симпатична, чтобы на нее рассердиться по-настоящему. Это было бы все равно, что воевать с четвероклассником.

Поделиться с друзьями: