Чтение онлайн

–  А почему они у тебя в броне? Пусть снимают, их доспехи нам пригодятся.

–  Будет исполнено.

Были отданы нужные распоряжения и вскоре толпа пленных приобрела ещё более жалкий вид. Видогост вновь посмотрел на них. Было уже поздно, солнце почти село за горизонт. Хотя тучи, принесшие дождь,более-менеерассеялись. Владыка Миргорода достал свой меч и взвесил его в руке. Около него было до трёх сотен младших и старших дружинников. Посмотрел на пленных, медленно поводив мечом недалеко от своего лица, так что клинок несколько раз прошёлся туда и обратно, закрывая собой всю толпу. Всеслав Строгов жестоко унизил князя в прошлом году. Разбил его войско, заставил запереться в Миргороде, а сам сыграл роль спасителя от кочевого войска. Люди в Крайнесточье очень зауважали державного князя и удостоили своего правителя неприятных эпитетов. Отдали налоги Всеславу, а его оставили ни с чем. Сегодня Всеслав вновь выкрутился, благодаря этому сосунку Петру, который не дал прирезать раненого брата. Строговым надо вырвать жало, лишить их возможности вообще вести войны и мешать жить предельным князьям. Видогост скомандовал атаку. Сотни конников во главе с князем набросились на безоружных пленных. Избиение беззащитных дело очень увлекательное и вскоре к ним присоединились другие воины, в том числе и пехота. Владыка Миргорода с упоением рубил своим мечом всех, кто попадался ему на пути. После четвёртого десятка он потерял счёт отрубленным рукам, пробитым головам и разрубленным телам.Кто-топытался сопротивляться, но не имея оружия тут же погибал. Большинство пыталось спастись бегством. С радостными воплями обезумевшие от крови и безнаказанности вежинские ратники убивали пленных.

Участь побеждённых

В Древгород были введены Старшие дружины Юрьевых, Озеровых и Булатовых. Частично разместили Храмовые дружины и тяжёлую пехоту для караульной службы у резиденции. Остальная же масса вежинских войск разбила лагерь за стенами. Дворцовая стража заперлась в своих казармах и не высовывалась оттуда. Мятежные купцы, сумевшие словами и золотом убедить победителей в своей полезности, расставили боевиков возле теремов и складов для их охраны. В остальных концах и слободах города усиливалась безнарядица. Никто из победителей не горел желанием брать на себя ответственность за поддержание порядка в столице Рустовесского государства, были дела и поважнее. Поэтому ратники Вежинского содружества, не особо стесняясь, отказывались платить в харчевнях, отбирали у жителей приглянувшиеся им вещи или еду. Появились случаи насилия над женщинами. Видя отсутствие стражи на улицах, к грабежам присоединялись и местные древгородские окаянники.

Пётр Строгов разместился в княжеских хоромах, в покоях своего старшего брата. Ложе занял раненый Всеслав. Здесь же ежедневно были лекарь, Зима с маленьким Красимиром и Егор Михайлов. Все они спали в этой же комнате, на сундуках и скамьях. У входа постоянно дежурила пара охранников Петра. Юный князь с горечью подумал, что эти покои единственное место в Древгороде, которое полностью находится в его власти.

Егор Михайлов ушёл в баню, Зима с ребёнком спали на придвинутом к ложу сундуке, лекарь же дремал на скамье у стены. Пётр сидел у постели брата, облокотившись на колени. В руках он держал кинжал, который бессмысленно крутил в пальцах и размышлял о дальнейших делах. Видогост Булатов был в бешенствеиз-затого, что Пётр не позволил убить брата, даже разговаривать с ним не хотел. Но всё равно, нужно вывезти из Миргорода Веру, а также жену Егора, Агату. Потом надокак-товернуть под свою руку военные отряды...

–  Если хочешь меня прирезать, сейчас лучший момент, - раздался тихий голос Всеслава. Пётр от неожиданности едва не уронил кинжал на пол.

–  Да... Всеслав! Я не хочу тебя убивать. Ты был без сознания и может не знаешь, но я...

–  Ты спас меня и жену от расправы, я знаю, - Всеслав говорил тихо, на пределе сил, с трудом шевеля потрескавшимися губами.

–  Если ты всё знаешь, тогда к чему это?
–  Пётр невольно тоже перешёл на шёпот.

–  Ты... поступил как порядочный человек. Как брат, родич. По совести... Благородно... Не дал убить беззащитного... Но твой поступок глуп, если смотреть на него с высоты престола. Ведь тебя сделают державным князем?

–  Ну да, так решили.

–  И для державного князя Петра Строгова живой старший брат это угроза. Что вы решили делать со мной?

–  Тебя лишат всех титулов и сошлют в острог Яблочный.

–  Яблочный? В устье Рустовеси?

–  Ага.

–  Далеко от Вежинского содружества, им будет начхать. А вот тебе опасно... Если я не умру, то рано или поздно между мной и тобой начнётся война.

–  Зачем ты говоришь мне это?

–  Ты поступил честно и благородно. Я стараюсь ответить тем же. Мы уже не та семья, что дружно жила под защитой нашего отца. Война всё изменила. Ты спасаешь не жизнь брата, а жизнь будущего врага.

–  Я спасаю брата. И если боги повелят нам быть врагами, то пусть так и случится, но потом.

–  Твой выбор...

Повисла тяжёлая пауза. Пётр встал, отворил ставни и в комнату потянуло прохладой улицы, которая разбавила спёртый воздух, наполненный запахами пота, крови и лекарских снадобий. Вернулся, сел обратно и решительно убрал кинжал в ножны.

–  Что с моими войсками?

–  Полный разгром. Вежинцы тоже понесли большие потери, но у твоих... В битве почти сорок тысяч убитых и раненых. По приказу Видогоста раненым никакая помощь не оказывалась, так что многие из них уже мертвы. А потом он набросился на безоружных пленных и перебил их... Почти всех.Кто-тосумел бежать.

–  Сколько?

–  Не знаю. Около пяти тысяч сумели бежать. А всего в плену было двадцать тысяч. Я буду державным князем без войска. Только стража осталась.

–  Лютогост?

–  О нём ничего не известно. Олег Волков погиб. Ростих Клыков в плену у Юрьевых.

–  И как союзники держатся?

–  Ну, пока не рассорились ещё. Хотен Юрьев требует заключать мир как можно быстрее. Ведь по его пределу целое войско сваяльцев сейчас ходит. И ещё тысяча или две из тех твоих ратников, что в битве уцелели. Я слышал, что они тоже в Густошумье направились. Чернек Озеров и Видогост Булатов уже отказались помочь Хотену против сваяльцев. Говорят, твой предел, твои заботы.

–  Понятно, почему Юрьев так торопится.

–  Они казну хотели поделить в качестве возмещения убытков. Но она пустая оказалась.

–  Совсем пустая?
–  Всеслав, превозмогая боль улыбнулся.

–  Кое-чтоосталось. Но намного меньше, чем по ведомостям Чеканной управы числится. Куда делись деньги?

–  Откуда мне знать...

–  Ну само собой, брат, откуда тебе знать? Они разделили то, что оставалось. Я теперь буду державным князем без войска и без казны.

–  Выдавай жалование продуктами. Хлебом, картофелем.

–  Похоже, придётся.

–  По другому никак. Иначе от тебя все писари разбегутся и остатки ратников.

–  Да... Ладно, спи. Завтра уже будем мир подписывать в Большом зале.

Ночью все крепко спали, когда Пётр услышал подозрительную возню за дверью. Он приоткрыл глаза. В покоях горела лишь одна свеча. Зима с Красимиром спали, его телохранитель Егор Михайлов дремал прямо на полу, прислонившись спиной к сундуку, на котором лежала жена Всеслава с сыном. Лекарь на эту ночь отпросился повидать семью. Дверь еле слышно отворилась. Может, он решил вернуться? Пётр приподнял над скамьёй голову. В проходе появился незнакомый человек в кафтане цветов Дворцовой стражи. В руках его тускло отсвечивал кинжал. Незнакомец огляделся, соображая что к чему. Затем, приметив Всеслава, шагнул к его постели. Пётр вскочил со скамьи, грохнув сапогами об пол и доставая своё оружие. От шума проснулась Зима и закричала, следом заплакал испуганный Красимир. Пётр Строгов встал на пути убийцы. Злодей с силой врезал юноше кулаком в лицо, отчего он упал. В глазах потемнело, но Пётр ткнул наугад в сторону врага. Кинжал воткнулсякуда-тои раздался сдавленный крик боли. Егор Михайлов сбил нападавшего ударом ноги и тот повалился на пол. Телохранитель выхватил из его рук кинжал и приставил к горлу. Пётр, шатаясь встал и поглядел под ноги. Из живота злодея торчала рукоять его орудия. Пол был залит кровью.

–  Кто тебя послал? Отвечай!
–  Михайлов надавил убийце на живот.
–  Отвечай! Ты и так покойник.

–  О... О...

–  Озеровы?

–  Купч... О... енег да...
–  только и успел сказать душегуб.

–  Умер...

Егор выглянул за дверь. "Мертвы", - сказал он о дежуривших там стражниках. Пётр дотронулся до начавшего распухать лица. На пальцах осталась кровь. Зима с благодарностью обняла его и усадила на скамью, чтобы осмотреть фингал. В коридоре послышался шум, бежали другие телохранители. Юный князь встретился глазами со своим братом. Всеслав улыбнулся ему.

–  Твой выбор.

–  Знаю, - ответил ему Пётр, - больше не будем об этом.

***

Пётр Строгов восседал на отцовском престоле в Большом зале и осматривал затекшим глазом собравшихся. Распухшее от полученного в ночной схватке удара лицо сильно болело. Можно себе представить как больно Всеславу, если его так искромсали. Предельные князья заверили, что никто из них убийцу не подсылал и никто нарушать договор не собирался, тем более, в ночь перед заключением мира. Было понятно, что наёмник пришёл именно за Всеславом и имел категорический приказ не убивать Петра, поэтому лишь ударил князя по лицу, когда тот сам полез в драку.