Чтение онлайн

Я следовала за каретой скорой помощи до самой больницы. Как следовала? Не знаю. Летела, наверное. А возле больницы остановилась и дальше не пошла. Что я труп не видела? Чем убиваться над своим бездыханным телом, лучше подумаю, что мне делать дальше. Интересно, куда направляются души в этом случае, и почему я какая-то бесхозная, и никто меня не встречает «на том свете». Я попыталась сосредоточиться на своих ощущениях:

1. Тепло. Ночь, видимо, прохладная, а я чувствую себя комфортно.

2. Я ясно вижу, и все вокруг приобрело яркие краски. Не то, что бы я плохо видела при жизни, но сейчас вижу так, как в моменты радости. Когда и серые облака хочется назвать жемчужными, и лужи серебряными.

3. Хочется танцевать и орать песни. Или прыгать. Попробовала попрыгать - так мягко получилось, и я так забавно отскакиваю от земли, как мячик.

4. Раз уж мне подвластны законы притяжения, то попробую подняться над землей выше. Да, действительно, я могу подниматься в воздух на такую высоту, какую захочу. Но сильно высоко не решаюсь - страшно.

5. Из пирожковой, которая стоит у самой больницы, разносится премерзкий запах прогорклого масла, значит, запахи я чувствую. А может, просто привыкла, что здесь так пахнет?

6. Попробовала пнуть ногой камушек. Не вышло. Камушек не движется.

7. Я не прозрачна. Вернее, вижу себя как вполне плотное тело.

Не стоять же мне всю оставшуюся вечность под больницей. Нужно что-то делать. Нужно найти того, кто мне все объяснит. Пойти в церковь?

Есть идея! Пойду к своей недавней знакомой доброй Самаритянке. Может она увидит меня? Ведь судя по всему, она святая. А святые видят души умерших. По крайней мере, я так думаю.

Вот и исполнилось мое желание. Я мертва. Мертва, и иду по улицам своего красивого и любимого города. Я умерла в прекраснейшее время. Весна! Глубокая ночь и людей на улице нет. Чистую и красивую главную улицу, по которой я иду, гордо освещают фонари. Тихо-о-о, не передать словами это ощущение. Одуряюще пахнут почки на каштанах. Деревья, как восковые - не один листик не шевельнется. А вот и дом моих родителей. Их окна темны. Наверное, еще не знают. Сегодня ночью или завтра утром – узнают, и начнут хлопотать. Будет много слез, много расходов. Как на свадьбу, если бы они ее устраивали. Похороны это настоящее торжественное событие. Важней, чем свадьба. Похороны - это то, что, действительно, случается с человеком один раз в жизни.

Моя мечта сбылась, но я не чувствовала счастья и покоя. Со мною остались мои мозги, точнее мой ум (мозги остались в больнице). И я все еще думала о своем будущем. Что мне теперь предстоит? Куда суждено отправится? Я все еще думала, что как только меня похоронят, придут черти и заберут в ад.

Я всегда так думала. Иногда, надеялась, что состарюсь, буду в церковь ходить, может, еще умру по-человечески. Но эти мысли приходили крайне редко. Знала, что плохо кончу. Хотя, кончила не так уж и плохо. Еще похоронят, как человека. Покойная будет не бомжичка подзаборная, а 25 летняя красивая девушка-жертва несчастного случая. На поминках соберутся родные, муж со свекровью, и весь бухгалтерский отдел нашего предприятия. Будут говорить о том, какая ужасная трагедия постигла их всех. Город Ильичевск, весь мир и планета Земля потеряли ценного работника и талантливейшего человека. Особенно будет убиваться мой муж Димка. Настанет его звездный час!

Он будет рыдать, рвать на себе волосы и кидаться в могилу с криками: «Держите меня, я сейчас туда прыгну!». Все станут сочувствовать ему и наливать, ведь только это может хоть как-то заглушить страдания. После похорон Димка будет еще долго ходить по знакомым и рассказывать, что его жизнь кончена. Будет ходить, пока ему не перестанут наливать.

Вот и частный сектор. Улочка, по которой я шла совсем недавно. Это было примерно час назад. Все те же сонные домишки, запах цветущих вишен, два дружка у киоска продолжают свое пиршество. Все тоже, но все совсем по-другому. Подхожу ближе к пирующим. Неуклюже размахивая руками, они ведут какой-то бессмысленный спор. Лица красные и мокрые, глаза злые. Вокруг них сгущаются тучи. И это не аллегория, тучи реальны. Внезапно из темной массы выныривает сгусток, и устремляется прямо мне в лицо, но в нескольких сантиметрах замирает. Я вижу, что этот сгусток - голова уродца. Он словно сошел с картинки с надписью «Злобный дух». Мгновенно отскакиваю и убегаю (или улетаю?). Кажется, что от страха вот-вот выскочит из груди сердце, которого, впрочем, у меня уже нет. Вот нужный дом. Надеюсь, сейчас меня встретят так же ласково, как час назад.

Добрая Самаритянка молится у образов. Воск от свечки капает на пол. Неужели она не видит? Могла бы поправить свечку. Женщина быстро бормочет, повторяя одну и ту же молитву, лицо напряженно и перекошено, будто ей больно.

– Тетя Маша!- пытаюсь привлечь ее внимание, - тетя Маша, - это я, Лиля!

Она не слышит, но я не отстаю. Машу у нее перед глазами,

 и кричу в самое ухо:

– Тетя Маша!

– Что ты надрываешься?- раздается из угла недовольный голос.

Ко мне обращается нечто, что я, когда вошла, приняла за вешалку, покрытую белой простыней. «Вешалка» отделяется от стены, и я вижу высокого юношу в белом балахоне с белыми кудрями, перевязанными голубой ленточкой. Персонаж прямо с картины под названием «Светлый Ангел».

– Не думала я, что ангелов и демонов люди рисовали с натуры. Или это обман зрения?- некстати ляпаю я.

– Какого зрения?- спрашивает он, и добавляет,- что, тебе надо, девочка?

– Мне нужна тетя Маша.

– Она занята.

– Хорошо, я подожду, пока она освободится.

– Иди своей дорогой и не вздумай ее пугать!

– Кого пугать? Я сама боюсь! На меня сейчас по дороге напало какое-то чудище,- возмущаюсь я.- Я пришла за помощью.

– Ну, и чем тебе может помочь Мария?- примирительно спрашивает Ангел.

– Она святая. Я умерла и не знаю, что дальше делать.

– С чего ты взяла, что Мария святая? Она не самая плохая женщина, но жизнь ее еще не окончена,- всякое может быть.

– А когда она умрет, она станет святой?

– А я откуда знаю?

– Ты не знаешь будущего?

– Нет.

– И значит, ты не знаешь, куда попаду я.

– Да. И этого я не знаю. Но у меня есть кое-какие предположения.

– Какие. Прошу. Расскажи!

– Скажи мне лучше, девочка, как это ты ходишь тут бесхозная и где твой Ангел?

– А вот это я и хотела спросить у тети Маши, почему я здесь хожу. А с Ангелом все ясно. Он если и был, то давно меня бросил. У таких, как я не может быть Ангела.

– Я не могу утверждать,- сказал Ангел,- но, по-моему, ты ошибаешься. Твой Ангел наверняка сейчас занят хлопотами о тебе. Ты же у него хоть какая-никакая, но одна.

– Хорошо бы,- вздохнула я,- ну, а сейчас, что мне делать? Может, зайти в церковь и там сидеть, пока меня не найдут?

– Хороший вариант, но только в том случае, если ты действительно этого хочешь.

– Я бы так не сказала…

– Послушай меня, душенька, если ты все еще здесь, значит, ты еще не выполнила своего предназначения. Значит, что-то еще осталось на земле, что ты должна узнать, понять, или сделать. Скажи мне, что это, и я смогу тебе помочь.

– Я понятия не имею.

– Что ты в этой жизни хотела больше всего?

– Кажется, умереть.

– Умереть зачем? Для чего?

– Потому, что не хотела жить.

– Так,- сказал Ангел, и почесал затылок, - дело плохо. Мне жаль тебя. Не ценить жизнь-этот прекрасный Божий дар. Это страшный грех.