Чтение онлайн

Отряд покинул дворец немногим более трех часов назад, однако до замка де Лодвиль было рукой подать. Среди людей, сопровождавших Селину и герцога Анжуйского, оказался тот самый Марк, который во время прошлой поездки Людовика и короля обещал показать ближний путь до замка. Теперь, спустя три года, Марк выполнил свое обещание.

Едва Селина и ее спутники выехали из Королевского леса на огромную зеленую равнину, как перед ними во всем своем великолепии предстал замок де Лодвиль. При виде родных стен у девушки защемило сердце и выступили слезы на глазах. Она судорожно прижала руку к губам, чтобы не зарыдать.

Людовик, безошибочно угадавший ее состояние, тотчас подъехал ближе.

— Я не сказал, — тихо произнес он. — Ваш замок полностью восстановлен. Его величество позаботился, и ничто не напоминает о трагедии, произошедшей здесь.

— Но эти воспоминания живут в моем сердце, — Селина пыталась справиться с душившими ее слезами. Пустив коня в галоп, первой достигла замка и спешилась. В мгновение ока очутилась у огромных, обитых железом, ворот и забарабанила.

— Откройте! Эй, вы меня слышите? Откройте!

Людовик приблизился к ней и спрыгнул с коня, и его примеру последовали остальные. Герцог подошел к Селине и громко постучал в ворота.

— Открывайте! Именем короля!

Через некоторое время они услышали быстрые шаги, и в маленьком окошечке возникло лицо привратника, совсем незнакомое девушке. «Господи, они действительно убили всех, — с горечью подумала она».

Увидев герцога Анжуйского, привратник, не задумываясь, открыл ворота, рассыпаясь в извинениях. Селина не обратила на него никакого внимания и, подхватив юбки, бросилась в замок. Сказав привратнику несколько слов, Людовик последовал за ней.

Селина медленно шла по огромному залу, где три года назад взрыв разрушил одну из стен, под обломками которой погибли ее родители. Теперь эта стена была восстановлена, и зал приобрел свой первоначальный вид. Нигде не осталось следов разрушения, но глазами души девушка вновь увидела ужасную картину: ее отец и мать, погребенные под обломками… Селина закрыла лицо руками.

Она не слышала шагов Людовика, только почувствовала его руки, обнявшие ее за плечи. Всхлипнув, Селина уткнулась лицом ему в грудь. Герцог покрепче обнял ее и прижал к себе.

— Если ты хочешь плакать — плачь, — тихо сказал он. — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы эти слезы были последними в твоей жизни.

Его слова сумели разрушить какой-то невидимый барьер: Селина престала сдерживаться и дала волю слезам. Людовик гладил ее по голове, как маленькую девочку, и шептал слова утешения. Но она никак не могла успокоиться: слезы, невыплаканные три года назад, все текли и текли по щекам, образуя маленькие ручейки, и исчезали в темном бархате платья. Герцог нежно целовал Селину, пытаясь осушить их.

Наконец, девушка перестала плакать, взяла у Людовика предложенный им платок и промокнула глаза.

— Наверное, вы уже устали от моих слез, — слабо улыбнулась она. — Держу пари, еще ни одна девушка не рыдала у вас на плече.

— Вы проиграли, — ласково сказал герцог. — Разве вы не знаете, что слезы — главное женское оружие против нас, мужчин?

— Да, знаю, но считаю, что это очень глупо, — заявила Селина своим обычным тоном. — Я бы никогда не стала применять их в качестве аргумента. Почему вы улыбаетесь, ваше высочество? Вы же знаете, что мне от вас ничего не нужно.

— Я знаю, — согласился Людовик, — и мне очень жаль.

— Что?

Но герцог ответил уклончиво:

— С вашего позволения, мы обсудим это сегодня вечером. А сейчас, может быть, вы покажете мне свои покои?

Еще около двух часов Людовик и Селина ходили по замку, заглядывая в каждую комнату. Знакомые предметы навевали множество воспоминаний, а герцог Анжуйский был благодарным слушателем. И чем больше он узнавал о Шарлоте де Лодвиль, тем более склонен был поверить именно Селине, а не сплетникам и сплетницам из числа придворных. Безусловно, он понимал, что мнение дочери о матери может быть необъективным, но верил, что большинство рассказов мадемуазель де Лодвиль соответствуют истине. Селина же, в свою очередь, поставила под вопрос былую уверенность в причастности короля к убийству ее родителей.

Когда Селина немного успокоилась, они с Людовиком покинули замок через одну из дверей черного хода. Пренебрегая лошадьми, они пешком направились в сторону фамильного склепа, и уже через четверть часа были там. Людовик не стал спускаться в огромное сооружение из серого мрамора, будучи уверенным, что Селина наверняка захочет побыть одна. Ему пришлось ждать очень долго, но он не выказал ни малейшего неудовольствия, когда Селина появилась на ступенях склепа. Коротко спросив, все ли в порядке, герцог обнял свою спутницу за плечи.

Дорога обратно показалась Селине намного труднее. На нее вдруг навалилась страшная усталость, возможно, от пережитого потрясения в замке и от избытка эмоций. Ее глаза слипались, однако, стоило им свернуть на короткий путь, Селина неожиданно проснулась и потребовала ехать дорогой, ведущей через монастырь.

Брови Людовика поползли вверх.

— Меня удивляет ваше желание, — сказал он. — Зачем снова посещать монастырь?

— Там осталась моя подруга, — ответила Селина, невинно хлопая ресницами. — Ее отец вскоре должен приехать за ней, и я опасаюсь, что мы больше не увидимся. Я должна попасть туда сегодня, завтра может быть поздно. Вы не откажете мне в этой просьбе, ваше высочество?

Людовик подозрительно посмотрел на нее, явно чувствуя какой-то подвох, однако не стал спорить и кивнул. Селина заметно повеселела.

Дорога до монастыря заняла больше времени, чем они предполагали. Было уже около двух часов пополудни, когда перед ними, наконец, показался монастырь Святой Катарины.

Спешившись, Селина подбежала к воротам, но прежде, чем постучать, обернулась и лукаво посмотрела на герцога.

— Боюсь, ваше высочество, вам придется подождать здесь. Это женский монастырь, и вам не разрешат войти внутрь вместе со мной.

— Не знаю, что вы задумали, мадемуазель де Лодвиль, — в тон ей произнес Людовик, приблизившись, — но если вы пробудете там более получаса, нам придется уехать и оставить вас на попечение матери настоятельницы.

— Нет, вы не сделаете этого! — воскликнула Селина, не замечая озорных огоньков в его глазах.

— Хотите проверить? — он засмеялся. — Поторопитесь, Селина, иначе у вас появится такая возможность.

Ей тоже захотелось рассмеяться, несмотря на страшную угрозу. Сегодня они стали друг другу намного ближе, и девушка была уверена, что он никогда не сделает так, как сказал. Обижался герцог вполне резонно: она многое скрывала от него, но ничего не могла с этим поделать.