Минеральные клоны
Шрифт:
Правда, за четыре часа до стыковки на Детро-Десять, в опустевший уже к этому времени вирт-аттракцион ворвалась Занович и погнала всех троих… в бассейн. Примерять купленные обновки. Очень жаль – мы с Сабриной как раз выбирали модель планетарного подавителя для прорыва ПКО какой-то наземной базы – шанс победить эту супер-женщину оценивался нами, как очень высокий.
Ну, женщины-то понятно – полупрозрачное парео можно натянуть на себя сотней различных способов (лично считал и сбился на двадцати пяти). А вот мне это зачем? Плавки. Три штуки. Белые, черные и зеленые – что там примерять? А, главное, зачем?
Неожиданно, но в бассейне свою порцию «лулзов» я таки получил. И вовсе не от разглядывания женских телес. Ну, не только. Я вдруг оказался центром внимания почти всех сисясто-попастых девиц в бассейне. Нет, в лицо они меня не знали, нет, мой маркер был закрыт. Но…
– Слишком приметное телосложение. – С видом большого ценителя объяснила Занович, рассматривая меня сквозь «рамочку», образованную большими и указательными пальцами. – Такое не получишь ни модификациями, ни в косметических салонах. Такого даже химией и «качалкой» тяжело добиться. Тем более, в его возрасте. Загореть бы ему еще…
Девок разогнали, а меня вернули к подсчету способов оборачивания тела в полупрозрачный кусок ткани.
«Шестой» – муж Занович – облегченно выдохнул. В сторону сисясто-попастых он даже смотреть боялся. А сидел он тоже в «комиссии» – то есть рядом со мной. А они тут терлись своими сисясто-попастыми телами, забрасывая мой инком «визитками». Тут уж – смотри, не смотри… А он – тоже в одних плавках. А перед нами – Занович со своей «рамочкой» и гнусной улыбочкой. Гадюка. Бедолага.
Планета Детро-Десять – обычная заурядная кислородная планета. У нее есть только две… нет, три особенности, которые сделали ее курортом: она вся покрыта океаном, в этом океане тысячи островов, и на ней только растительный мир – животного мира нет.
В различных рекламных проспектах упоминается о чудовищном возрасте планеты. Как обоснование приводится низкая сейсмическая и вулканическая активность и периодическое обнаружение всяких окаменелостей, доказывающих, что фауна таки была, но благополучно передохла.
(В упомянутых буклетиках об этом упоминается буквально в одном абзаце. Реже в двух – это уже в случае, когда владелец разрешил инкому показывать внешним системам свой, владельца, высокий коэффициент интеллекта… сам факт предоставления которого лично меня заставил бы усомниться в таких данных)
Вот и получается, что на планете нет ничего, кроме воздуха, пригодного для дыхания, океана, небольших островков (самый большой – его называют Архипелаг Детро – это тонкий неровный и неправильный «полумесяц» размером 280 км по самому большому «габариту»), покрытых разнообразной растительностью.
А потом на планету высадились люди. О том, чтобы сделать планету курортной, подумали не сразу – пока она была на Фронтире, это не имело смысла. Так… воткнули десяток, даже не фортов (защищаться от местной живности было не нужно), а обычных поселков. И периодически прилетали сюда, чтобы пополнить запасы рабочего тела – воды. Ну, и воздух, чтобы сэкономить энергию и ресурс своих регенераторов. Команды разведчиков, корсаров и прочих праздношатающихся по Галактике конечно же устраивали себе пикники на одном из многочисленных островов – но об этом в рекламных буклетах не упоминается.
А вот примерно через сотню лет, когда маршруты перелетов в окрестностях Детро-Десять оптимизировали до двух-трех суточных, вспомнили про ее «великолепные пляжи», «свежий, наполненный запахом йода и соли, воздух», «умеренный теплый климат»… тем более, что в радиусе двадцати парсек колонизированные планеты в этом смысле – пляжи, воздух, климат – были… так себе.
У любой планеты есть владелец. Владельцем Детро-Десять является «Яшма». Небольшая, но очень разветвленная корпорация: ее планеты – двести с чем-то – раскиданы по всему освоенному космосу. Сами они себя считают настоящими «корпоратами», но, почему-то в какую их планету не ткни – она будет именно курортной.
Наверно, из-за такой своей узкой специализации «Яшма» никому и не нужна – во всяком случае, мне неизвестно о чьих-либо попытках отжать у нее планеты. Соответственно, и вооруженных сил, кроме сил обеспечения порядка, у них нет. Отсюда и нет необходимости в покупке боевых кораблей, тяжелого вооружения и найме соответствующих специалистов.
Еще и считаются «нейтралами», предоставляя «площадки» для межкорпоративных «терок» – встреч, переговоров и конференций.
Хорошо устроились, засранцы: каждая вторая рабочая поездка или командировка – на курорт!
На Детро-Десять – чудовищный транспортно-пассажирский трафик. Не у поверхности, хотя и там оживленно, а в околопланетном пространстве.
Во-первых, конечно, сами пассажиры – они тут миллионами ежедневно туда-сюда перемещаются. А, во-вторых, всё то, что эти миллионы будут кушать, одевать и использовать во время своего отдыха. Учитывая, что постоянного населения на Детро-Десять едва ли наберется больше пяти миллионов, то все остальные миллиарды – это отдыхающие с планет в сфере радиусом сорок-пятьдесят парсек. И они периодически МЕНЯЮТСЯ. Две, максимум три, декады – стандартный отпуск, которого в основном придерживаются все корпорации для своих сотрудников. Меньше – обидно работнику, больше – обидно работодателю. Нет, «топы» конечно могут забуриться на курорт и на большее время, но в том-то и фишка «топов» – их относительно мало.
Чтобы не затягивать этот транспортный узел еще туже, на Детро-Десять 22 (двадцать два!) орбитальных лифта. И среди них нет ни одного с количеством пар «вверх-вниз» меньше четырех. Ни одного!
«Карнавал» – так охарактеризовал происходящее «второй».
«Карнавал» начался, как только мы вышли на «конечной», на станции-противовесе орбитального лифта «номер девять».
Встречал нас оркестр с зажигательной популярной мелодией и танцующие-улыбающиеся-и-поющие парни и девушки в каких-то оригинальных нарядах – херня из листьев на щиколотках, херня из листьев на запястьях, херня-по-больше из листьев на бедрах и, опционально для девушек, херня из листьев на груди (опять-таки, у кого побольше, а у кого – … увы). Столь же странные головные уборы и лица, весьма искусно раскрашенные тонкой изящной разноцветной татуировкой-орнаментом.
А! Еще – на шеях – разноцветные гирлянды из цветков. Искусственных, скорее всего. Огромные толстые связки.
Сверху сыпались настоящие конфетти, справа-слева вылетали серпантины. Хлопали хлопушки. Горели приветственные транспаранты. Хотелось даже верить, что рады тут видеть именно нас, а не наши денежки.
Руководствуясь каким-то своим порядком – видимо, записью о гендерных предпочтениях на инкомах прилетевших пассажиров – танцующие и улыбающиеся «аборигены», совершая хитрые танцевальные движения бедрами и ногами, стали подходить и надевать эти самые гирлянды на шеи прибывающих.